Второе дно
Шрифт:
— Руки! — позабыв о вежливости, рявкнула я, в качестве наглядного примера быстро положив ладони на стол. Отрывистая команда заставила всех повиноваться раньше, чем господа сообразили, кто посмел повысить голос в их присутствии, и я поспешила задать вопрос, прежде чем кто-то вспомнил о правилах приличия: — Станете ли вы честно и открыто отвечать на наши вопросы, Ваше Высочество?
Стол ощутимо взбрыкнул под нашими руками, но на сей раз обошелся без левитации. Я ощутила, как кто-то бесплотный и невыносимо холодный перегнулся через мое плечо, с интересом рассматривая
А бегунок подскочил на месте.
— О чем вы желаете спросить Его Высочество, мистер Кантуэлл? — спросила я — и голос у меня все-таки дрогнул.
Над моим ухом кто-то беззвучно рассмеялся, потревожив холодным дыханием длинную рыжую прядь.
— Прежде всего, я хотел бы убедиться, что это действительно Его Высочество, — хрипловато произнес мистер Кантуэлл. — Если это правда принц, то он должен знать, откуда у мистера Лата шрам за левым ухом.
Я прикусила губу, судорожно соображая, куда направить бегунок, но он сам внезапно решил подыграть мне, резко сдвинувшись на категорическое «нет».
— Это не Его Высочество? — с облегчением спросила Ее Светлость.
— У Тао нет шрама за левым ухом, — тихо расшифровала я и, осознав свою оплошность, поспешно замолчала.
Мы не называли друг друга по имени. Ни той безумной ночью, ни после.
— Совершенно верно, — не своим голосом подтвердил мистер Кантуэлл, ничем не дав понять, что заметил мою оговорку. — Кажется, это действительно вы, Ваше Высочество…
— Тогда просветите нас, какая часть джунглей сейчас занимает ваши мысли, Ваше Высочество? — встряла я и едва заметно кивнула.
Тао выронил чашку. Тончайший фарфор жалобно зазвенел, рассыпаясь полупрозрачными хлопьями осколков по темному паркету, но я смотрела не на них, а на бордовую струйку, прочертившую маслянисто поблескивающую линию вдоль пальцев камердинера.
— Тао! — забывшись, выпалил Кристиан и попытался встать — но я прижала его ладонь к столу.
Кровь капнула на паркет раз, другой — и Тао медленно, словно лунатик, двинулся в нашу сторону. Леди Изабель ахнула и прижалась плечом к мистеру Кантуэллу. Ее Светлость округлила глаза. Кажется, я могла не рассчитывать на новые приглашения на спиритические сеансы, но этот определенно имел успех.
Тао перегнулся через наши с Кристианом руки и прочертил темно-багровую линию прямо на доске. Замер над ней с вытянутой вперед ладонью, слепо поведя плечом — и одна-единственная капля крови беззвучной бомбой рухнула точно в то место, куда при гадании выпала черная бусинка.
— Довольно! — не выдержал мистер Анги и вскочил на ноги, разрывая круг. — Это все какой-то фарс!..
Его возглас оборвался. Запертое окно вдруг распахнулось настежь, плеснув в комнату прохладным ночным воздухом. Газовые занавеси взвились в воздух, полупрозрачным стягом развеваясь над столом, на котором погасли все свечи до единой. Порыв ветра облетел комнату, потревожив шелковые гобелены и темно-красные розы в вазе, и протяжно завыл в каминной трубе. Деревянный бегунок сам по себе съехал со спиритической доски, гулко ударившись
Тао с подозрительно похожим звуком упал на пол.
Мистер Кантуэлл тотчас сорвался с места, внося нотки паники во всеобщую суматоху, и схватил старшего брата за плечи. Леди Изабель подскочила к нему с другой стороны, и Ее Светлость подбежала к ней, деликатно придерживая подол.
Я молча встала и дернула за расшитую ленту возле камина. Что-то подсказывало, что от прислуги сейчас будет куда больше толку, чем от испуганных господ.
— Мисс Блайт, что с ним?! — нервно вопросил Кристиан, обернувшись через плечо.
На мой взгляд, оба безнадежно переигрывали, но зрители, кажется, были готовы рукоплескать стоя, не будь они так испуганы.
— Позвольте, — ровным голосом попросила я, втиснувшись между Кристианом и Изабель. — Кажется, ваш камердинер — неплохой медиум, мистер Кантуэлл. Призрак говорил с нами через него, но оставил нас, едва мы разомкнули круг. Должно быть, контакт с темной сущностью стал большим шоком для мистера Лата, но ничего непоправимого не произошло. Ему нужен воздух и покой.
Чего-чего, а воздуха в комнате было хоть отбавляй. Сквозняк кружил по гостиной, развевая занавески и подхватывая мои распущенные волосы; однако в каминной трубе так завывало, что ни о каком покое и речи не шло.
Но Тао сделал глубокий вдох, приоткрыл глаза — и заморгал. Поморщился, с глухим стоном коснувшись затылка, и сел, неуверенно озираясь.
— Вам лучше подняться к себе, мистер Лат, — тотчас велел ему Кристиан. — Ваша Светлость, могу я рассчитывать, что вы пришлете кого-нибудь присмотреть за ним?
Почтенная супруга губернатора только кивнула, и мистер Ливитт, застывший в дверях, тотчас испарился, спеша отыскать кого-нибудь из горничных. С уходом Тао суматоха несколько поутихла, но Кристиан все равно места себе не находил — а мистер Анги, бледный, как простынь, старался не смотреть на испачканную кровью спиритическую доску.
— Приношу свои извинения, Ваша Светлость, — сдержанно произнесла я. — Я не должна была призывать живого. Надеюсь, вы не позволите этому происшествию испортить ваш вечер.
Вечер, тем не менее, был очевидно испорчен — и, хотя губернатору хватило воспитания не взваливать на меня вину за прихоть своего гостя, мне дали понять, что мое присутствие более не требуется. Я не стала возражать и быстро собрала нехитрый инвентарь для спиритических сеансов. У меня были проблемы поважнее нежной душевной конституции высшего сословия.
Бесплотный холодок из-за левого плеча никуда не делся. Дух, явившийся на зов, все еще оставался со мной.
Глава 12. Об истинной природе фамилиаров
После «неудачного» спиритического сеанса обо мне будто забыли. Я с удовольствием вернулась на соленые болота и посвятила неожиданно освободившееся время накопившимся домашним делам: перебрала травы на чердаке, выскоблила добела рабочий стол на кухне и на всякий случай пополнила запас леденцов.