Вторая попытка
Шрифт:
Вечером, не знаю зачем, начала поддразнивать Матиуша - не боится ли он оставлять меня подолгу наедине с молодым человеком. Он ответил, что не сомневается в моей порядочности. Господи, хоть бы кто-то засомневался в ней!!!"
"14 августа
Не могу прийти в себя. Это что-то странное. Или страшное. Эта пьеса... Я не могу сказать, что она талантлива. (Я не представляю себе, как ее можно поставить - даже если допустить на минутку, что кто-то захочет ее ставить!
– ведь танцы должны как-то играть на сюжет или хотя бы не создавать диссонанса.)
Но
Я понимаю, что Сашка не мог знать о произошедшем со мной. Это какие-то его "творческие вывихи". Но такое неожиданное соответствие... Было или не было? Укус вампира или несчастный случай? Обычная собака или нечто страшное, в образе собаки?
При том, что героиня ничуть на меня не похожа. Но тем не менее, я ее очень ясно себе представляю. Очаровательная, между прочим, девочка. Готовая на все... ради славы? Черта лысого! Ради той себя, которой нет, понятно? Которой нет, но которая должна быть...
Но почему в поисках себя вдруг понадобилась нечистая сила?! Странно это как-то. Надо бы поговорить с Сашкой... да, но непонятно, захочет ли он со мной разговаривать?
Грустно. И поделиться, как обычно, не с кем."
"15 августа
Сегодня Гена начал работать. Делал какие-то наброски, заставлял меня читать вслух стихи - "для выражения глаз". Мне надоело за два часа до того, как я об этом сказала.
Показала свою "мистическую коллекцию". Больше всего, казалось, Гена был удивлен, что собрала я это все меньше чем за три месяца. По-моему, он с трудом удержался от реплики - что-то вроде "хорошо быть коллекционером, когда больше делать нечего".
Может быть, рассказать ему о собаке? Неловко... а почему, собственно? В конце концов, мне в этой истории стыдиться нечего."
"17 августа.
Называется, рассказала! Черт бы побрал все на свете... Не ожидала, не ожидала, не ожидала... Ну, и дура, что еще сказать! Меня всегда удивляло, как мои преподаватели психологии меня терпели? Наверное, вздохнули с облегчением, когда я ушла с факультета. Впрочем, теорию-то я знала хорошо. Да, но можно ли при этом в жизни быть такой бездарностью? Можно ли настолько не разбираться в людях?!
Короче, по порядку. Я рассказала Гене о "квазисобаке". Ну, хорошо... В ответ я услышала банальнейшие утешения, уговоры и прочее - то самое, чем Матиуш меня уже четвертый месяц пичкает. Я удивилась - настолько это было непохоже на обычные разговоры Гены. И вдруг до меня дошло...
То есть я даже не догадалась, я почувствовала, буквально увидела... Матиуш нанял его, заплатил ему за эти успокоения! Своего рода психотерапия... Решил, что человеку "своего круга" я поверю. Никаких поправок в портрет вносить не требовалось, да и что это на самом деле за бред - править готовую работу?
Я думала, я умру на месте. От стыда, от досады... Но так и не решилась спросить Гену прямо. Да и зачем? Его можно понять, В общем-то, он выбрал отнюдь не худший способ заработать.
Но мне захотелось проверить - верна ли моя догадка. Спросить прямо я не могла, и придумала... Ну, не очень-то милосердный
Вот вам и лишнее доказательство, пожалуйста... Однако я почувствовала уважение к навязанному мне "психотерапевту". Раз взявшись, он шел до конца, а это всегда привлекает. Ну, что же... Поиграем в привидения, и я признаю себя побежденной. Ура-ура здравому смыслу! А жаль, честно говоря, что я не знаю, как вызвать этого пса...
"23 августа.
Сегодня похоронили Гену. Матиуш и я ездили на похороны, я видела многих знакомых - но подойти побоялась. Потому что никто не знал, как на самом деле умер Геннадий Фельцман, двадцати восьми лет. Боже мой! Двадцать восемь лет... И я - я!
– виновна в этой смерти.
На самом деле, я не думала, что все так получится. Эксперимент должен был закончиться стыдом или смехом, но не трагедией. Если только... Если только я не научилась кое-чему, что человеку уметь не следует.
Буду полностью честной: я хотела позвать собаку. Я даже не боялась любопытство пересилило страх. Несколько дней подряд я думала, читала, сопоставляла - все с одной целью: вызвать НЕЧТО по собственной воле. Все мои творческие способности, сколько их ни есть, были направлены на это...
Мы дождались полнолуния. Гена сказал, что ему нужны зарисовки при лунном свете - вот и законный повод уединиться среди ночи. Вначале он и вправду рисовал, потом... Потом он стал изображать Матиуша. Весьма пародийно, кстати сказать, но и очень выразительно. Естественно, за игрой в графа последовали приставания к графине. Я не знаю, зачем он это делал от страха, по глупости, еще зачем-то...
Я возмутилась. Хотела позвать кого-то - Матиуша, горничную, хоть Антона - но вряд ли кто-нибудь из них услышал бы меня. И тогда я, крикнув: "смотри, собака!", швырнула в окно тяжелой пепельницей. До сих пор уверена, что хотела только отвлечь и напугать...
Еще не затих звук падающих осколков, как в комнате снова ПОЯВИЛАСЬ СОБАКА. На этот раз она не угрожала мне, и я чувствовала это. Но тот, кому она угрожала... Я никогда не видела на лице человека такого страха. Гена даже не пытался убегать - стоял и, замерев, ждал смерти...
Самое ужасное - я не пыталась помочь ему, хоть и знала почти наверняка, что собака меня послушается. Я получала удовольствие от ощущения своей силы. От того, что меня кто-то защищает... Это наваждение длилось всего несколько секунд - но его хватило, чтобы жизнь покинула Геннадия.