Вторая модель
Шрифт:
– Это передовой отряд, - пробормотал Хендрикс. - А я пришел, чтобы вести переговоры с вашими лидерами...
– Нет больше передового отряда. Его уничтожили. Сейчас мы тебе все объясним. - Они взобрались на вершину. - Мы трое - это все, что осталось от отряда. Остальные навеки остались в бункере.
– Сюда, сюда, вниз, - женщина открыла крышку люка - серую, присыпанную землей. - Забирайся, янки.
Хендрикс начал спускаться. Азиаты последовали за ним. Женщина спустилась последней, на ней, очевидно, лежала обязанность обеспечивать герметичность
– Скажи спасибо, что мы увидели тебя, янки, - проворчал один из солдат, - этот робот так крепко прицепился к тебе.
– Дай мне сигарету, - попросила у Хендрикса женщина, - я уже много недель не курила американских сигарет.
– Возьми, - Хендрикс отдал ей всю пачку.
Она взяла одну и протянула пачку своим товарищам.
В углу небольшого помещения горела лампа, издававшая слабый свет. Низкий потолок был стянут металлическими скобами. Все четверо сели вокруг маленького столика, заставленного грязной посудой. Драная занавеска отделяла вторую комнату. Хендрикс заметил угол койки, несколько одеял, одежду, висевшую на крюке и несколько пар сапог.
Позвольте представиться, - сказал солдат, сидевший рядом с ним. Он снял каску и откинул назад черные волосы. Мое имя Руди Максер. Поляк. Призван на службу в Объединенную Армию два года назад.
Хендрикс заколебался на мгновение, но все же пожал протянутую руку.
– Майор Джозеф Хендрикс.
– Ли Сун Ча, - протянул руку второй солдат. Это был невысокий очень смуглый человек, уже начавший лысеть. - Вьетнамец. Призван бог знает когда. Уже и сам не помню. Нас здесь было трое. - Руди, я и Тассо, - он указал на женщину, - потому-то нам и удалось спастись. Все остальные остались в бункере.
– Но как же они забрались в бункер?
Азиат прикурил сигарету.
– Сначала забрался один из них. Такой же, как тот, который за тобой увязался. Затем он впустил остальных.
Хендрикс насторожился.
– Такой? Их что, больше одной разновидности?
Вьетнамец рассмеялся горьким смехом:
– О, их разновидностей вполне хватает, чтобы лишать нас жизней! Модель номер три - это маленький мальчик с медвежонком в руке. Мальчика зовут Дэвид. И, пожалуй, эта модель до настоящего момента была наиболее эффективной.
– А как выглядят другие модели?
Ли сунул руку в карман шинели и вытащил пачку фотографий:
– Вот, смотри сам.
Хендрикс медленно взял пачку в руки.
– Теперь понимаешь, почему мы намерены начать с вами переговоры? - проворчал Руди Максер. - Мы обнаружили это неделю назад. Обнаружили, что ваши "когти" начали свои собственные разработки смертоносных роботов. Новых типов роботов, послушных только им. И более эффективных. Вас интересует, где это происходит?
– Да.
– Там же, на ваших подземных заводах! Вы добивались, чтобы они были самовосстанавливающимися, все более умными - и вот результат! В том, что теперь творится, повинны только вы сами!
Хендрикс стал изучать фотографии. Ясно, что делали их в спешке. Они были нерезкими, неправильно экспонированными.
– Посмотрите другие, - предложила Тассо.
На остальных фотографиях, тоже сделанных с большого расстояния были раненые солдаты. Высокий солдат, сидящий на обочине дороги с перевязанной рукой. И еще один - одноногий, с тяжелыми костылями. Другие снимки показывали уже двух таких солдат, похожих как две капли воды...
– Это модель номер один. Мы назвали ее "раненый солдат", Ли протянул руку и взял фотографию. - "Когти" сконструированы для охоты на людей, для поражения живой силы, да, они забирались все глубже на нашу территорию, но пока они оставались только машинами - металлическими шарами с лезвиями и всевозможными датчиками, их можно было легко распознать. Достаточно было взглянуть на них. Но вот...
– Но вот появилась модель номер один!
– Да. Она уничтожила кучу народа на нашем северном фланге, - вступил в разговор Руди. - Прошло чертовски много времени, прежде чем нам удалось распознать врага. Это произошло слишком поздно. Они шли к нам - раненые солдаты - стучались в люки, моля, чтобы их впустили. И как только мы открывали дверь, начиналось страшное. Мы же продолжали выслеживать машины.
– В то время мы думали, что это единственный тип, - объяснил Ли, - никто не подозревал, что существуют другие модели. Когда к вам был послан парламентер, нами была идентифицирована всего одна модель. Только "раненый солдат", мы думали, что это все...
– Но окончательно ваши соединения пали перед...
– ...Моделью номер три - "дэвид с медвежонком". Этот тип по эффективности превосходил первый, - горько усмехнулся Ли, - солдаты всегда жалеют детей. Они охотно пускают их к себе в бункер, предлагают им еду и тут обнаруживают, насколько жестоки эти маленькие "дэвиды" со своими плюшевыми медвежонками.
– Нам троим просто посчастливилось, - сказал Руди. - Мы с Ли были... в гостях у Тассо, когда это случилось. Это ее подвал. Возвращаясь, мы увидели, что их полным-полно вокруг бункера. Борьба еще продолжалась, но "дэвиды" со своими медвежатами быстро уничтожили всех. Там-то мы их и сфотографировали.
Вьетнамец кивнул, взял фотографии и снова засунул их в карман шинели.
7
– И это происходит во всех ваших окопах? - спросил Хендрикс.
– Да.
– А как насчет нас? - он машинально прикоснулся к браслету у себя на руке. - Могут ли "когти", или как там их сейчас называют, нападать...
– Ваши радиационные браслеты их не остановят. Они наверняка не будут обращать на них никакого внимания. Этим моделям все равно, кого разрывать на части. Для них все люди одинаковы. Они делают то, для чего спроектированы. Просто выполняют первоначальный замысел - найти жизнь, где бы она ни находилась, и уничтожить.