Вторая любовь
Шрифт:
— Прости меня, — жалобно попросила Дороти-Энн, шмыгнула носом и вытерла слезы. — Не знаю, что это на меня нашло.
— Шш, малышка, — успокоила ее Венеция. — Я же знаю, что ты не хотела меня обидеть.
— Но я не имела никакого права…
— Эй! — Венеция обняла Дороти-Энн за плечи и улыбнулась. — Разве ты не знаешь? Каждому можно один раз выплеснуть свои эмоции.
— Нет, — сурово нахмурилась Дороти-Энн и покачала головой. — Выплеснуть эмоции — это одно, но сорваться на тебя…
— Милая, может, теперь ты об этом забудешь?
Дороти-Энн взглянула на подругу мокрыми от слез глазами.
— Значит… я прощена? — тихонько спросила она.
— Черт, нет конечно! — хмыкнула Венеция. Она смахнула слезинки со щек своего друга. — И знаешь почему? — Негритянка глубоко заглянула в глаза Дороти-Энн. — Потому что мне нечего прощать.
Застрекотал мобильный телефон в кармане Венеции, напугав их обеих. Дороти-Энн судорожно вздохнула и отпрянула назад в кровати, словно пытаясь убежать от чего-то фатального. Телефон зажурчал второй раз. Она смотрела на Венецию огромными испуганными глазами. На третий звонок негритянка достала телефон и раскрыла его.
— Да? — произнесла она и стала слушать ответ.
Не осмеливаясь дышать, Дороти-Энн поднесла руку к губам. Она слышала потрескивание статического электричества и искаженный звук голоса на другом конце, но не могла разобрать ни единого слова.
Ее взгляд скользнул мимо Венеции к горам, где ослепительно сверкал снег, белый, как свежевыстиранное белье, и просторная синева огромного неба резала глаз насыщенностью красок.
— Они уверены? — спокойно спросила Венеция. — Абсолютно уверены? — Она послушала еще. — Ладно, не вешайте трубку. Я узнаю, сможет ли миссис Кентвелл поговорить с вами.
Прикрыв рукой микрофон, она повернулась к Дороти-Энн.
— Дорогая? — взгляд молодой женщины метнулся назад. Она испытующе взглянула на подругу. — Это координатор поисковых групп. Они обнаружили самолет.
— Фредди? — прошептала Дороти-Энн сквозь пальцы. — Он?..
— Ставить точку по-прежнему рано. Но он хочет поговорить с тобой. Ты можешь? — Венеция подала ей трубку.
Дороти-Энн уставилась на нее, как на ядовитую гадину. С усилием, она медленно протянула руку, взяла телефон и поднесла к уху.
— Алло? — осторожно произнесла она.
Воздушные волны принесли мужской голос. В нем звучал своеобразный, неторопливый среднезападный акцент человека, проводящего жизнь вне дома.
— Миссис Дороти-Энн Кентвелл?
— Да… Да, это я.
— Это капитан Уильям Френдли, координатор команд спасателей в Скалистых горах. — Его сообщение звучало спокойно и неэмоционально. Именно так учатся разговаривать офицеры полиции по всей стране. — Прошу прощения за то, что побеспокоил вас в такое время, мэм.
Дороти-Энн громко сглотнула.
— Мисс Флуд сказала, что вы нашли самолет моего мужа.
— Не нашли, мэм. Мы обнаружили его.
Дороти-Энн оказалась в замешательстве:
— А разве это не одно и то же?
— Боюсь, что нет, мэм. Только не в наше время. Видите ли, мы установили
«Удар, — язвительно повторила Дороти-Энн. — Разве может такое простое легкое слово адекватно обозначить страшную катастрофу?»
Она крепко сжала пальцы левой руки и поднесла кулачок к пульсирующему виску.
— Тогда в чем проблема? — дрожащим голосом спросила женщина.
— Мэм, проблема в том, что мы не можем к нему подобраться. Самолет очень рискованно расположен на западном склоне страшно крутой горы, прямо на самом краю пропасти. Обычно мы спускаем команду спасателей на вертолете. Но в этом случае мы боимся, что ветер и шум, вызванные мотором вертолета, могут спровоцировать лавину. А она снесет самолет в пропасть в тысячу футов глубиной. Это просто чертово место, простите мне мои слова.
— Но кто-нибудь сможет туда добраться? — с тревогой спросила Дороти-Энн.
— Да, мэм. Но по старинке, медленно. Пока мы с вами разговариваем, две группы опытных альпинистов продвигаются вверх. Одна по северной стороне, другая по южной.
Если все пойдет по плану, то они достигнут цели сегодня после обеда.
Дороти-Энн закрыла глаза.
На краю пропасти.
Глубина в тысячу футов.
При одной мысли об этом у нее начинала кружиться голова.
— А есть ли, — она глубоко вздохнула и потерла лоб костяшками пальцев, — какие-нибудь признаки, что кто-то остался в живых?
— Нет, мэм. Но это не означает полной безнадежности. И все-таки мне не хотелось бы давать повод для необоснованных надежд. Самолет погребен под снегом. Мы обо всем узнаем несколько позже.
Позже.
— Благодарю вас за звонок, капитан.
— Я просто выполняю свою работу, мэм. Я свяжусь с вами немедленно, как только что-нибудь узнаю. Даю вам слово.
— Спасибо, капитан.
Дороти-Энн опустила трубку и нажала кнопку «конец разговора». И еще долго сидела так, глядя на стену высотой в три этажа из пластика, синтетических, почти диснеевских стекла и кедра, а ее мозг удерживал одно-единственное слово.
Позже.
14
Тяжело дыша и изо всех сил стараясь сконцентрироваться, Глория пыталась сохранить самообладание. Ее глаза ярко блестели, но взмахом ресниц она сморгнула готовые пролиться слезы. Облачившись в доспехи собственного достоинства, молодая женщина целеустремленно вышла из зала ресторана, прошла сквозь похожую на клуб гостиную, потом вниз по короткому коридору, украшенному офортами с изображением балетных танцовщиков. С высоко поднятой головой Глория пересекла вестибюль «Оперной гостиницы», и только когда она оказалась на тротуаре Фултон-стрит, самообладание покинуло ее.