Всю ночь напролет
Шрифт:
— Без сомнения, — согласился Джек.
Он успел заметить, что на приеме малолюдно, а среди тех, кто все же присутствовал, не было ни одной титулованной особы. Бедняжка София явно переоценила свои возможности. В любом другом доме с нею могли свободно флиртовать, как с первой попавшейся хорошенькой девицей. Приняв приглашение у нее отобедать, мужчина тем самым давал понять, что намерен всерьез взять на себя роль ее воздыхателя.
— И давно ли вы в городе, мисс Нэпп? — спросил Джек. Необходимость вести праздные разговоры его раздражала.
— Нет, — ответила мисс Нэпп. — Я приехала сюда всего неделю назад вместе с семьей моего брата. Вчера вечером в музее я повстречала Софию, и она была так добра, что позвала меня к себе в гости. Мой брат с семьей еще раньше был приглашен в другое место.
Она отвела глаза в сторону. «Стало быть, мисс Нэпп не пригласили сопровождать брата», — подумал Джек.
— Вы, наверное, уже много лет знакомы с мисс Норт?
— Еще с тех пор, как она была ребенком. Она тогда проводила каждое лето в Милл-Энде.
— Милл-Энде? — переспросил Джек.
— Так называется загородный дом моих кузенов, Уайлдеров, — пояснила София. — Я любила приезжать туда летом. Фамильное поместье Нэппов граничит с Милл-Эндом. Они были соседями в течение многих столетий.
«Выходит, Джулия знала Мэтью Уайлдера», — вдруг пришло в голову Джеку. Интересно, что представлял собой его покойный соперник? Что в нем было такого особенного, из-за чего траур Энн затянулся намного дольше предписанного этикетом срока?
— Значит, у вас был случай познакомиться с миссис Уайлдер, — произнес Джек.
— О да, Джулия хорошо знает Энн, — промурлыкала в ответ София.
Джулия покачала головой, отчего тугие колечки ее локонов подпрыгнули.
— Не совсем так, София. Мы впервые встретились с миссис Уайлдер в том году, когда она начала выезжать в свет. Она выглядела такой жизнерадостной и уверенной в себе. Мы все стремились ей подражать. — Ее голос выражал самое искреннее восхищение.
— Да, — отозвалась София задумчиво. — Энн тогда была просто великолепна. Я считала ее самым обворожительным созданием на свете. — Затем, словно не желая быть уличенной в излишней сентиментальности, она одним щелчком раскрыла веер. — Я только хотела сказать, что когда-то Энн отличалась непревзойденным чувством стиля. Но сейчас она совершенно забыла о моде ради своих постылых мрачных одеяний.
— О, дорогая! — воскликнула Джулия. — Неужели она до сих пор в трауре?
— Я советую вам спросить об этом у нее самой… Не хотите ли пунша, полковник Сьюард?
Не дождавшись ответа, София жестом подозвала официанта.
— Прошу прощения, — Джулия покраснела. — Кажется, я позволила себе вмешаться в то, что меня не касается. — Она бросила извиняющийся взгляд в сторону полковника. — Видите ли, я… словом, я так надеялась, что Энн наконец-то обрела покой.
— Не стоит извиняться, мисс Нэпп, — ответил он. — Ваша забота делает вам честь.
— А! — лицо Софии вдруг оживилось, и на нем появилась натянутая улыбка. — Прибыл лорд Веддер.
Высоко подняв подбородок, с горящими от волнения глазами она пробежала мимо них и скрылась в толпе.
— София очень повзрослела с тех пор, как умерла ее мать, — заметила Джулия, пока сама девушка со звонким притворным смехом приветствовала лорда Веддера.
— Вы только что упомянули о своей давней дружбе с семейством Уайлдеров, — как бы невзначай заметил Джек.
— Ах да! — подхватила Джулия. — Я была другом детства Мэть… то есть капитана Уайлдера.
«Мэтью», — отметил про себя Джек.
— Значит, вы потеряли своего старого доброго знакомого. Примите мои соболезнования. — Как ни странно, до сих пор ему не приходило в голову выразить соболезнования вдове Мэтью. — А что за человек был капитан Уайлдер?
Джулия не ответила ему сразу, как это бывает при обычном быстром обмене репликами. Она помолчала, старательно подбирая слова для ответа, и Джек сразу догадался о причине. Она хотела поговорить с ним о Мэтью Уайлдере, из чего следовало, что их былые отношения в Милл-Энде не ограничивались простой дружбой — по крайней мере с ее стороны — и что для Джулии эта беседа была способом воскресить Мэтью, пусть даже только в воспоминаниях.
— Он был необычайно красив и полон сил, но вместе с тем отнюдь не отличался повышенным вниманием к своей внешности. Кроме того, ему были присущи благородство, великодушие и общительность. Его нельзя было назвать салонным острословом, но он обладал непередаваемым обаянием. Я бы даже сказала, бездной обаяния.
Джулия посмотрела вдаль, словно воскрешая в уме образ покойного, и ее некрасивое лицо озарилось улыбкой. Когда-то она была влюблена в Мэтью Уайлдера, это было очевидно.
— Благородный, великодушный… одним словом, весьма достойный человек, — заметил Джек.
Должно быть, в его тоне не хватало одобрения — Джулия устремила на него укоризненный взгляд.
— Я знаю, что вам, полковник Сьюард, он может показаться уж слишком безупречным, но дело вовсе не в нем. Просто у меня недостаточно слов, чтобы как следует описать вам его характер.
Дьявольщина! Даже если он ревновал к покойнику, ему не следовало выказывать это так явно.
— Он заслужил ваше одобрение, мисс Нэпп. Это уже само по себе является лучшей рекомендацией.
Она улыбнулась.
— Благодарю вас. Знаете, так думала не только я одна. Когда-то я даже упрекала его в безудержной погоне за людским обожанием. — Она рассмеялась. — Правда состоит в том, что Мэтью умел выявить в окружающих их лучшие черты. На меньшее он бы просто не согласился.
— Что само по себе уже немалый дар, — заметил Джек.
— Вы правы, — медленно проговорила Джулия. — Кроме тех случаев, когда кто-либо не оправдывал его ожиданий. Это всегда ему претило, словно чужие недостатки или безразличие каким-то образом отражались на нем самом. Тогда он чувствовал себя уязвленным.