Встретиться вновь
Шрифт:
— У вас плохо получается обманывать.
Он предложил Лорен сесть на диван. Лорен подчинилась, не понимая, что ему нужно,
— Видите, если бы этажерки не заслоняли окно, отсюда открывался бы прекрасный вид.
— У меня нет глаз на спине. Обычно я сижу на этом диване задом наперёд.
— Ну так развернули бы его: что хорошего во входной двери?
Лорен упёрлась руками в бока и уставилась на него.
— Никогда не обращала внимания на такие вещи. Вы отправились из госпиталя прямо ко мне, чтобы заняться здесь перестановкой?
— Простите
— Нет, это вы меня простите, — сказала Лорен более спокойно. — Я в последнее время легко раздражаюсь. Сварить вам кофе?
— У вас нет воды!
Лорен открыла холодильник.
— Не могу угостить вас даже соком.
— Тогда пойдёмте куда-нибудь завтракать?
Она попросила его подождать, пока она сходит за почтой. Стоило ей выйти, Артур испытал сильное желание возобновить отношения с местом, где раньше жил. Он вошёл в спальню, приблизился к кровати. Вернулось, словно сбежало со страниц упавшей с полки книги, воспоминание об одном летнем утре. Ему очень хотелось, чтобы время двинулось вспять, чтобы вернулся тот миг, когда он любовался её сном.
Он провёл кончиками пальцев по покрывалу, и ворс медленно приподнялся навстречу прикосновению. Он заглянул в ванную, скользнул взглядом по флаконам у раковины: косметическое молочко, духи, редкостные косметические препараты. Его посетила попам мысль, он выглянул из ванной в решимости осуществить старую мечту. Он залез в платяной шкаф и закрыл за собой дверцу.
Прячась между вешалками, он рассматривал одежду, сложенную внизу и развешанную вокруг, и старался представить Лорен в разных нарядах. Он предпочёл бы остаться здесь, дождаться, чтобы она нашла его. Вдруг к ней вернётся память, и она вспомнит слова, которые они говорили друг другу. Тогда он заключит её в объятия и поцелует, как раньше, а может, совсем по-другому. После этого ничто и никто нe сможет отнять её у него. Но ведь это глупо: если он здесь задержится, она испугается. Попробуй не испугайся человека, прячущегося в шкафу твоей ванной комнаты?
Надо отсюда выбраться, прежде чем она вернётся. Нет, ещё чуть-чуть, кому это повредит? Пусть она помедленнее поднимается по ступенькам, так он украдёт ещё несколько секунд счастья находиться здесь, среди её вещей.
— Артур?
— Иду.
Он извинился за то, что заглянул без разрешения в ванную, ему просто понадобилось вымыть руки.
— В кранах нет воды!
— Я вспомнил об этом, отвернув кран, — смущённо пробормотал он. — Вам доставили книгу?
— Да. Сейчас поставлю этот фолиант на полку — и мы уходим. Умираю с голоду!
Проходя мимо кухни, Артур глянул на миску Кали.
— Собака сейчас у моей матери.
Лорен забрала со столика ключи, и они вышли из квартиры. Улица была залита солнцем. Артур испытывал сильное желание взять Лорен за руку.
— Куда хотите пойти? — спросил он, пряча руки за спину.
Она сильно проголодалась, но не хотела признаваться, что мечтает о гамбургере. Артур заверил её, что
— К тому же в Нью-Йорке уже обеденное время, а в Сиднее вообще ужинают, — добавила она, сияя.
— Можно посмотреть на это и так, — согласился Артур, шагая рядом с ней.
— Врач привыкает есть что угодно и когда угодно.
Она потащила его на Гирарделли-сквер, они прошагали по набережным и достигли мола, где примостился на сваях круглосуточный ресторанчик «Синбад». Женщина-метрдотель усадила их за столик, дала Лорен меню и отошла. Артур не был голоден и даже отказался читать протянутое ему меню.
Немного погодя появился официант, он принял у Лорен заказ и вернулся на кухню.
— Вы действительно ничего не станете есть?
— Я целую неделю жил под капельницей, по-моему, у меня сжался желудок. Но я буду любоваться, как едите вы.
— Вам нужно отъедаться!
Официант поставил на их столик огромное блюдо с булочками.
— Зачем вы пришли этим утром ко мне?
— Чтобы починить свёрнутый кран.
— Я серьёзно.
— Думаю, чтобы поблагодарить вас за спасение моей жизни.
Лорен, уже вооружившаяся вилкой, положила её на стол.
— Пришёл, потому что мне захотелось прийти, — сознался Артур.
Она внимательно смотрела не него, поливая своё блюдо кленовым сиропом.
— Я всего лишь исполняла свой профессиональный долг, — проговорила она тихим голосом.
— Не уверен, что вы каждый день делаете коллегам обездвиживающие уколы и угоняете «скорые помощи».
— Угнать «скорую» придумал ваш лучший друг.
— Так я и думал!
Официант вернулся к их столику и спросил Лорен, не нужно ли ей чего-нибудь.
— Нет, а что?
— Мне показалось, что вы меня подзывали, — свысока ответил официант.
Лорен проводила его взглядом, пожала плечами и возобновила беседу.
— Ваш друг рассказывал мне, что вы познакомились в пансионе.
— Мама умерла, когда мне было десять лет, мы с ней были очень близки.
— Смелые слова, чаще люди не произносят это слово, они говорят об умершем «ушёл» или даже «покинул нас».
— Уходят и покидают по собственной воле.
— Вы росли один?
— Одиночество может быть формой общения. А вы? Как поживают ваши родители?
— У меня только мама. После того как я попала в аварию, у нас с ней натянутые отношения, она меня слишком опекает.
— Авария?
— Моя машина перевернулась, меня выбросило, меня сочли мёртвой, но один из моих профессоров не сдался и после нескольких месяцев комы вернул меня к жизни.
— У вас не осталось никаких воспоминаний о тех месяцах?
— Помню только последние минуты перед столкновением, а после этого в моей жизни зияет дыра размером в одиннадцать месяцев.
— Неужели никто никогда не пытался вспомнить о том, что происходило с ним в это время? — спросил Артур с надеждой.
Лорен улыбнулась, косясь на тележку с десертами, красующуюся неподалёку от неё.