Встречи с Фаустом
Шрифт:
ЕВГЕНИЙ:
Давно мне непонятно это:
Славянские как племена
Собою володеть призвали
Варягов полуночных стран,
Так мясника зовёт баран.
ФАУСТ:
Не знаешь как? Так полетели!
В Новогородские места,
Там Вечу власть вся отдана,
Народ там правит и сполна!
ФАУСТ берёт со стола коробочку с порошком и дует в неё. Поднимается облако пыли, поглощающее
Часть VII. ВЕЛИКИЙ НОВГОРОД.
ЕВГЕНИЙ:
Однако, быстро прилетели,
На сход народный мы успели,
Шумит, как вешняя вода,
Все говорят, никто не слышит,
Кричат: Потише! Тише! Тише!
Сегодня только иль всегда
У них такая глухота?
ФАУСТ:
Поближе проберёмся друг
И включим абсолютный слух,
Глаголет староста народный,
Но голос у него холодный,
Чем меньше слушают его,
Тем больше он доволен делом:
Давно боярам надоело,
Народу подчинятся сдуру,
Давно пора призвать фигуру,
Чтоб усмирила пыл свободы,
В прямое русло вышли воды,
Кругом разруха и бардак,
Все не торгуют, а воюют,
Мечами разрешая спор,
Не видят выгоды в упор
Ни в мирной жизни, ни в хозяйстве,
Сосед соседа рвёт на части,
Едва ли не за каждый чих,
Народ свободный крайне лих!
Сейчас за что-то голосуют,
Никто не понял, а за что?
А за порядок, мир и волю,
За сытую навеки долю!
Ты не болтай, а голосуй
И руку в мой карман не суй!
ЕВГЕНИЙ:
Я догадался, что бояре
Письмо варягам написали
И пригласили володеть,
Власть под мечом своим иметь,
Карать по мере бунт голодный,
Чтоб власти был народ угодный,
И притеснения терпел,
И знал свой нищенский удел.
ФАУСТ:
Сильна обманом власть любая,
Ты как её не назови,
У ней к народу нет любви
И справедливости не знает.
Ты пригласи меня, мой друг,
Туда, где ты живёшь, алкая,
Чтобы судьба глухонемая,
Прозрела, обрела свой слух,
Иль что-нибудь из этих двух.
Что изменилось с той поры,
Когда свободы дух летал
Над россами, без дел скучая,
Лишь кое-где собой венчая,
Их жизни сумрачной исток,
Где не алел ещё Восток?
ФАУСТ и ЕВГЕНИЙ с трудом выбираются из толпы и идут к реке. На берегу ФАУСТ взмахами рук создаёт густой туман, в котором они исчезают. Когда туман рассеивается, ФАУСТ и
Часть VIII. САНКТ-ПЕТЕРБУРГ.
ФАУСТ:
С тобой удачно приземлились,
Не долго над лесами вились
Среди дымящихся болот,
И всё же дым набился в рот.
ЕВГЕНИЙ:
Мы приземлились в Петербурге,
Мой дом в забытом переулке,
И здесь мой маленький удел,
Я здесь лишенья терпел,
Среди громад соборов громких,
Под звон литых колоколов,
Я ночью избегал воров,
А днём безрадостно трудился,
Жалел, что птицей не родился,
Пред императорским дворцом
Стоял с задумчивым лицом,
Передо мной царь Пётр вздымался
Верхом на бешенном коне,
По телу моему топтался
В тяжёлом беспокойном сне,
Хрустели кости у народа,
Лежащего в болотной мгле,
И в бой шагали снова роты,
И гибли храбрые в огне.
Империя здесь создавалась,
Прошло всего лишь триста лет,
И что же от неё осталось?
Звон отчеканенных монет?
Менялись профили стальные
И пропадали в никуда,
Навеки оставалась людям
Одна беда, одна беда,
Петра сменил товарищ Ленин,
Перевернул опять страну,
И развязал, слегка картавя,
Внутриусобную войну,
Затем явился предостойный
Своей решимостью Борис
И дух похмельный, алкогольный
Вновь над страной моей завис.
К чему бы это, мудрый Фауст,
Бог испытания шлёт и шлёт?
Зачем народ многострадальный
Одним лишь будущим живёт?
ФАУСТ:
Не только ваш народ страдает,
История уж такова:
Писатель пишет и слагает,
Свои заветные слова,
К нему приходит вдохновение
И мысли быстрые летят,
И прочь уходят все сомнения:
Топить ли маленьких котят.
Действительность - она печальна,
Как разлюбившая жена,
И трагедийна изначально
Страданий горестных полна,
Мы в будущем опору ищем,
Мечтой питаем оптимизм,
Обманом заменяем пищу
И губим этим организм.
Я предлагаю прогуляться
По Невскому проспекту, друг,
И наблюдением заняться,
Чтоб получить из первых рук
Ответы на твои вопросы:
А как живут сегодня россы?
Что говорят о жизни вслух?
ЕВГЕНИЙ:
Гулять по Невскому опасно,
Народу много, жизнь ужасна,
Вокруг застыла красота,
Течёт каналами вода,
Всё перемешано напрасно:
Дворцы, Собор, особняки,
Поэты, воры, дураки,