Вспомнить всё
Шрифт:
Значит, Джоан не на Кубе. Джоан в Нью-Йорке… а почему? Похоже, вся суть этой затеи со стороны властей состояла в том, чтоб через Джоан добраться до него!
Стоило отпустить ручки, чужой голос умолк.
– Ну? Отыскали его? – спросила старуха.
– Д-да, – в растерянности пролепетал Меритан, сбитый с толку незнакомой обстановкой.
– И как он там? Жив-здоров?
– Пока… пока точно сказать не могу, – ответил Меритан, ничуть не покривив душой.
«В Нью-Йорк лететь нужно, – решил он, – на помощь Джоан. Выбора нет: она ведь из-за меня во все это влипла. Пусть
– До Мерсера я не дотянулся, – сказал Богарт Крофтс.
Отойдя от ящика сочувствия, он обернулся, окинул приборчик исполненным злобы взглядом.
– Зато дотянулся до Меритана, однако где он, не знаю. В тот самый момент, как я взялся за ручки этого ящика, Меритан – неизвестно где – взялся за ручки такого же ящика тоже. Ящики соединили наши сознания, и теперь он знает все, что знаю я… ну, а мы знаем все, что знает он – то есть практически ничего.
Изрядно опешивший, он повернулся к госсекретарю, Дугласу Херрику.
– О Уилбере Мерсере Меритану известно не больше, чем нам. Он как раз пытался нащупать Мерсера… а значит, сам Мерсером, увы, быть не может.
На этом Крофтс умолк.
– Однако это наверняка не все, – рассудил Херрик и оглянулся на мистера Ли. – Что он еще выудил из Меритана?
– Меритан собирается лететь в Нью-Йорк на поиски Джоан Хияши, – послушно вчитавшись в мысли Крофтса, сообщил мистер Ли. – Об этом он узнал от самого Меритана во время слияния разумов.
– Ну что ж, приготовим Меритану встречу, – поморщившись, решил госсекретарь.
– Значит, я испытал то же, что вы, телепаты, чувствуете постоянно? – спросил Крофтс мистера Ли.
– Не постоянно. Только оказавшись поблизости от другого телепата, – поправил его мистер Ли. – И это может оказаться весьма, весьма неприятно. Мы избегаем подобного: столкновение двух совершенно несхожих разумов вредно для психики. Полагаю, нечто в этом же роде произошло между вами и мистером Меританом.
– Послушайте, а ведь мы же не вправе продолжать задуманное! – объявил Крофтс. – Теперь я точно знаю: Меритан невиновен. О Мерсере ему ни черта не известно, об организации, распространяющей эти ящики, – тоже, если не считать названия!
В разговоре возникла недолгая пауза.
– Но ведь он – один из ряда знаменитостей, присоединившихся к мерсеритам, – напомнил госсекретарь, Дуглас Херрик, передав Крофтсу депешу, полученную по телетайпу, – причем сделал это на публике. Вот, озаботьтесь прочесть и…
– О том, что сегодня вечером он подтвердил приверженность Мерсеру во время телевизионного выступления, я знаю, – охваченный дрожью, оборвал его Крофтс.
– Имея дело с силами нуль-Т, с обитателями совершенно иной звездной системы, следует соблюдать предельную осторожность, – объявил госсекретарь Дуглас Херрик. – Взять Меритана мы все же постараемся, а лучшая ниточка к нему – определенно мисс Хияши. Освободим ее из тюрьмы, установим слежку, и когда Меритан выйдет с ней на контакт…
– Мистер Крофтс, не говорите того, что намерены сказать, – посоветовал мистер Ли, – иначе нанесете непоправимый ущерб собственной карьере.
– Херрик, так не годится, – не слушая телепата,
– Ну что ж, пишите прошение об отставке и давайте сюда, – потемнев лицом, откликнулся госсекретарь.
– Весьма прискорбный поворот, – заметил мистер Ли. – Такое ощущение, мистер Крофтс, будто контакт с мистером Меританом вывернул ваши суждения наизнанку. Прошу, стряхните его дурное влияние – ради вашей долгой карьеры, ради родной страны, ради семьи, наконец!
– Так поступать не годится, – упрямо повторил Крофтс.
Госсекретарь Дуглас Херрик пронзил его испепеляющим взглядом.
– Я и не думал, что эти ящики сочувствия настолько вредоносны, но теперь во всем убедился сам! Теперь-то я не поверну назад ни при каких условиях!
Подхватив со стола ящик сочувствия, которым воспользовался Крофтс, Херрик поднял его повыше и грохнул об пол. Ящик с треском рассыпался на множество бесформенных, разнокалиберных обломков.
– И не считайте это детским, незрелым поступком, – проворчал Херрик. – С любыми контактами между нами и Меританом нужно покончить. От них один только вред.
– А что, если он продолжит влиять на нас… вернее, на меня и после того, как мы его схватим? – заметил Крофтс.
– Как бы там ни было, операцию я намерен довести до конца, – решительно, непреклонно объявил госсекретарь. – И с прошением об отставке вы, мистер Крофтс, не тяните. С этим вопросом тоже необходимо покончить без проволочек.
– Господин государственный секретарь, – заговорил мистер Ли, – читая мысли мистера Крофтса, я вижу: в данный момент он изрядно ошеломлен. Мистер Крофтс – ни в чем не повинная жертва ситуации, вероятно, искусственно созданной Уилбером Мерсером с целью посеять среди нас замешательство и разлад. Приняв отставку мистера Крофтса, вы сыграете на руку Мерсеру.
– Не важно, примет он ее или нет: я в любом случае ухожу, – проворчал Крофтс.
Мистер Ли, тяжко вздохнув, с сочувствием потрепал его по плечу.
– Понимаю, мистер Крофтс. Ящик сочувствия внезапно, без вашего на то желания, сделал вас телепатом, и это оказалось слишком. Сочувствие, сопереживание и проникновение в мысли – две разновидности одного и того же явления. Пожалуй, эти ящики следовало бы назвать «телепатическими». Какие, однако же, чудеса творят эти внеземные создания! Запросто производят то, до чего нам под силу лишь дорасти, эволюционируя в течение долгого времени…
– Раз вы способны прочесть мои мысли, то знаете, что я задумал, и, несомненно, обо всем известите государственного секретаря, Херрика, – заметил Крофтс.
– Мы с господином государственным секретарем сотрудничаем во имя мира и покоя во всем мире, – вкрадчиво улыбнувшись, отвечал мистер Ли. – И у него, и у меня свои инструкции сверху. Этот человек, – продолжил он, повернувшись к Херрику, – настолько расстроен, что действительно готов переметнуться на сторону противника. Примкнуть к мерсеритам, пока ящики не уничтожены все до единого. Непроизвольная телепатия пришлась ему по душе.