Вспоминай меня ночью...
Шрифт:
Кладет небольшую порцию омлета на тарелку и ставит передо мной. Я с отвращением разглядываю желтое безобразие, пока не получаю болезненный укол вилкой в бицепс.
– Ешь! – садится напротив.
Туда, где обычно сидела Белла. И я, поскуливая, выдыхаю не в силах сдержать тоску.
Не хочу есть, хочу курить. И Беллу. Беллу – больше. Несравнимо больше!
Моя рука тянется за пачкой, но, блять, Кроха перехватывает мой маневр, быстро выдергивая ее у меня из руки. Я в бессилии качаю головой и засовываю в себя кусок еды, стараясь не концентрироваться
Но вкус нормальный, и мой желудок оживает, в истерике требуя еще. Подчиняюсь. Какой сегодня день недели? Даже примерно не могу представить.
– Давай-ка я тебе память пока восстановлю? – допивая мое молоко, предлагает Элли.
Она сама иногда уходит в закумаренные загулы, и я пару раз вытаскивал ее из неприятностей. Поэтому она точно знает мое состояние сейчас.
– Позавчера ты был в клубе. Углюканный, но в меру. Меня, скотина такая, не дождался, трубку не брал. Подозреваю, что ужрался к утру в нулину. Вчера выходил из дому?
Я отрицательно качаю головой, понимая, что пиздец как косячу в глазах Валери, и она меня, вероятно, нагнет еще за это. Но теперь этот факт уже не значим. Бояться и терять больше нечего.
– Короче, ты проторчал еще вчера… Ты сегодня должен быть на работе. Иначе Царевна штрафанет тебя, и не посмотрит на то, что ты любимчик.
– Уже давно не любимчик, – усмехаюсь я.
– Ну да, ну да…
В комнате звонит мой телефон, и Алиса шикнув на мою попытку подняться, сама идет за ним. Значит, Белла ушла с ним позавчера.
«Фисташковое мороженное» – всплывает в моем обожженном мозгу.
А я не знал…
И тут на меня обрушивается оглушающие воспоминания.
«Ненавижу… Ненавижу твои лживые суррогатные глаза… Никогда не приближайся ко мне больше… »
«Ненавижу!»
Боже, Боже, Боже!!!
И, блять, отсутствие кислорода снова жжет мои легкие. Ебучая бесконечная агония…
Мой адский калейдоскоп на этом не останавливается и продолжает херачить в меня картинками.
Ее рука на его ремне.
Его рука у нее на плечах.
Его пиджак на ней.
Прижимается…
Меня колотит и вилка вываливается из рук.
Спокойно! Спокойно… – уговариваю себя.
Я уже вчера оторался по этой теме.
Это ее выбор.
Это – отсутствие выбора…
Все правильно. Я, блять, молодец!
А он-то какой молодец!!! Умный, сука…
Но это не мое дело. Мое дело – добить НАШИ чувства…
Потому что это тоже мой выбор.
Вернее его отсутствие.
Элли входит обратно, разговаривая по моему телефону. Неделю назад я бы психанул, но сейчас мне похую… Прислушиваюсь к ее заигрывающим интонациям и выхватываю – «Эрик». Ебать! Он меня закопает сегодня! Я просрал вчерашнюю запись.
– Мы подъедем в течение часа, – заканчивает она разговор, протягивая мне мобилу.
– Доедай и выдвигаемся. У тебя сегодня запись, а потом сразу на работу. Оденься красавчиком. Я все выяснила. У Сэма ты на «больничном», но Вэл никто не отменял. Сегодня в приват-зоне частная вечеринка и мы отжигаем вместе с компанией золотых.
Мы
Я почти беспрерывно уже читаю четыре часа, мой голос охрип, но каждая строчка о ней и мне почти хорошо. Слушая нашу сказку, Элли рыдает, как сумасшедшая… И мой голос срывается окончательно. Пока мы курим и успокаиваемся, я получаю штук пятнадцать оплеух и такие ругательства, что становится стыдно перед проходящими мимо.
Надо ехать.
Элли давно позвонила Джасу и выяснила, что в тусовке Марк, Джас, Саймон, Стен с Джейн и мы. Ну и золотых человек десять. Отмечаем день рождение какой-то бляди.
Мы прощаемся с Эриком, и Элли дернув-таки его за ремень, врезается в его рот своим. Он провожает нас ошалелыми глазами. Да… Придется тебе еще раз отдрочить, дружище.
Misha B – Home Run
Вечеринка в красной приват-зоне – самой большой. В центре пустует пилон. Кармэн отработав только что, вышла к нам навстречу. Арка, ведущая в эту зону, расположена так, чтобы хорошо была видна сцена и танц-пол, на случай если золотым захочется потусить в толпе. Компания, в основном, женская. Народу – больше, чем мы предполагали – с нашими человек двадцать. Девки уже основательно навеселе, но все абсолютно вменяемы – правильно, мы опоздали на полтора часа – и все расползлись по коленям игрушек и своих. Откровенного порева нет, но разврат прет по полной.
Элли мягко вписывает нас в атмосферу, приземлившись ко мне на колени. Внешне это похоже на интим, но на самом деле она продолжает мне выебывать мозг Беллой, уткнувшись губами мне в ухо. Рассказывая о том, какой, блять, я мудак, что пустил все на самотек. А я не пустил. Я точно знаю, что делаю.
Крохе хочется потусить, потому что парни на креслах курят дурь, и она не прочь присоединиться к ним. Но она спасает мой член от домогательств, прочно оккупировав территорию моих коленей.
Эх, Кроха…
Требовательно раздвинув мне ноги, одна из блядей приземляется на второе мое колено. Я ее знаю. Мы трахались пару раз. Но не помню, как зовут. Она берет в плен мое второе ухо.
Меня корежит от ее мокрого языка и настойчивых губ, заигрывающих с моей мочкой. Но я терплю. Я даже пытаюсь представить, что это Белла, чтобы было легче, но Белла делает это совершенно по-другому, и меня начинает тошнить.
А ведь это еще не одна из них не залезла языком в мой рот…
– Хочешь коксику, дракончик? – шепчет она. – Ты сегодня недоступный, как кремень…