Вспоминай меня ночью...
Шрифт:
– Ты не сравнивай! – все-таки психую я.
Смеется!
– Смешно?!
– Не рычи! – успокаивающе сжимает мое бедро. – Они еще и в экспозиции бодиарта выставлены… Думаю, Ричи один из пары-тройки тысяч видевший их, так что…
– Это ты, блять, меня так успокаиваешь?!
– Давай отложим твою ревность, пока ты их не посмотришь, ладно?
Я посмотрю их?!
– Не знаю… Как давно ты знаешь Ричи?
– Три года. И успокойся: между нами ничего не было, нет и не будет – просто дружим! Он клевый! Веселый, преданный, всегда выручает меня, прикрывает,
– И где он был, когда ты в больнице лежала?
– Я в Европе была. Он не настолько богат, чтобы летать туда по выходным. Да я и не сказала почти никому. Как ты себе это представляешь вообще? У нас в коллективе одни парни были и я. Меня почти без сознания туда запихали с разрывом маточной трубы. Только Майкл знал, да семья… Майкл не сказал ребятам о причине. И я рада, что никто не знает. Ричи узнал от Анжелы, а она – от Валери, когда искала меня. Он писал мне все время смс-ки подбадривающие. Встретил меня, когда вернулась. Ушел от них сразу, как только Майкл привел свою девчонку на мое место.
– Майкл – просто скот!
– Ладно, давай не будет обсасывать мои жизненные трагедии! – со вздохом просит она. – Мне до сих пор это неприятно.
– Конечно, маленькая… Извини, что скатываюсь все время в это! Просто, блять, жестко это все. Не отпускает…
Припарковавшись у его дома, открываю ей дверь.
– Поднимешься со мной?
– Конечно.
Я же, блять, маньяк! Могу я отпустить ее одну, когда могу не отпускать? Нет.
– Из вежливости или паранойи? – уточняет она со смехом, вкладывая свою руку мне в ладонь.
– Уже напрягает? – ухмыляюсь. – Ты говори… У меня тормоза не работают!
Целует, и я немного зажимаю ее, пробегаясь руками по бедрам. И потом еще немного…
Ричи живет на первом этаже, и я со своей фантазией – потискать немного ее в лифте – в пролете. Но я сделаю это в машине.
Открывает: заспанный и в одних трусах. Он всегда так встречает ее?
Обнимашечки, поручкивания, и мы внутри. Квартира однокомнатная, и, как у меня, только одна кровать – здоровый траходром. Они, блять, вместе спят на ней! Охренеть…
– Чай? – спрашивает с кухни Ричи.
– Да! – кричит ему Белла, застилая за ним кровать под моим нахмуренным взглядом.
– Иначе он будет дрыхнуть до вечера! – она кивает мне на поднос у кровати с пустой бутылкой вина и двумя бокалами. – А у него сегодня по «фанку» квалификация!
– Курируешь его расписание? – рычу я.
– Это необходимо! – целует меня в губы, заваливая на только что застеленную кровать. – Если его не курировать…
И мне, как пацану, хочется, чтобы он зашел и увидел, как мы целуемся! Я придурок! Можно выбить еще одно тату с этой надписью, на лбу, например. В сочетании с первой это будет полный пиздец! Как раз то, что со мной происходит.
– …он вылетит с чемпионата. А я ХОЧУ, чтобы он вышел в финал.
– Я выйду! – фыркает сзади Ричи. – Разлепитесь уже! Чай готов. Жду вас на кухне, – и уже из коридора. – Надеюсь, не слишком долго…
Ну, ладно…
Нормальный чувак.
Белла и Ричи непрерывно болтают и хихикают. Я не очень вслушиваюсь в их стебную болтовню, просто наблюдая за тем, какой Белла может быть беззаботной и веселой. Но мне комфортно в их компании, и я еще раз решаю для себя, что готов мириться с Ричи. Этому есть еще один повод. Мои глаза все время сползают на чуть просвечивающиеся через ее майку соски, а его стойко держатся в районе лица…
– … Приходите сегодня на сейшн! – и я включаюсь в суть разговора.
– Не знаю, у меня работа сегодня… – прикусывает пальчик Белла, заставляя меня опять немного отвлечься от разговора… – Во сколько тусовка начинается?
– Часов в восемь.
– Лекс, ты работаешь сегодня? – переводит на меня взгляд, сжимая под столом мою ладонь.
Да, я все еще держу ее за руку. Почему нет?
– Нет. Но мне нужно часа два потусоваться там.
Отвечаю на автомате, но меня тут же прошивает ужас – только бы, блять, не спросила, по какому поводу!
– Я Сэма попрошу, он перекинет меня на вторую половину… – начинает быстро набирать что-то на телефоне и резко останавливается. – Ты хочешь? Если не хочешь, то…
Хочу ли я с ней на сейшн?
– Конечно! Давай сходим.
– Ну, круто тогда! – комментирует Ричи.
– Альбом у тебя? – закусывает губу.
– Не альбом, – качает головой он. – Я нашел только несколько фоток в твоей папке, в столе. Божится, что не трогал. Может, эта девка его… – достает из лежащего в пороге рюкзака тонкую стопку фоток. – В общем, все, что есть, Белочка!
Белочка?!
Черт!
И еще жутко напрягает, что она попросила его, а не меня.
– Да и хрен с ним! – отмахивается она, забирая фотографии. – Надеюсь, вы там миром эту проблему решили?
– Да у него еще с «дэмки» ебало не отошло! – ржет он, переводя глаза на меня. – Ты ему нехило зарядил, зубы долго стоматолог назад собирать будет!
Блять – да!
Почти оргазм…
– Ах, эти мужчины… – угорает Белла, закатывая глаза, и мы уже ржем все втроем.
Все хорошо…
Глава 27
Легко
Басы рвут колонки, народ в одуревшем драйве отжигает там, где стоит – сплошной танцпол.
Белла, ловко лавируя между отрывающимися би-боями, тянет меня в самый центр тусовки – ищем Ричи.
Лет пять назад, когда я еще активно тусовался, народу на таких мероприятиях было раз в десять меньше. Сейчас все глобальнее и более качественно организовано. После пятилетнего зависания в «Сумерках» с его пафосной атмосферой, несмотря на толпу, ощущаю, что попал на дружественный междусобойчик. По сути, так и есть – здесь все знают друг друга. Сплошной «позитифф», мля… И этот факт активно подтверждается систематическим облапыванием моей девушки всякими уродами – обнимашечки, поцелуйчики, поручкивания… Раньше я и сам был такой «радушный», пока «Сумерки» не отучили. Там только с Алисой у нас низменные объятия, не имеющие отношения к работе. С другими девочками только на показуху.