Вселенский стриптиз

Степнова Ольга Юрьевна

Левин развернулся и мягко затворил за собой дверь. То, что он не хлопнул ею в сердцах, окончательно вывело из себя Дину.

– Пошли, – легонько пнула она собаку. – Кажется, у него в холодильнике есть докторская колбаса.

День начался плохо.

Яичница подгорела, зеленый лук оказался безвкусным, к тому же всю эту красоту он безнадежно пересолил.

А еще мама не отвечала ни по одному из телефонов. При мысли, что придется тащиться к ней через весь город – выяснять, что случилось, начинала болеть

голова и ощущалась слабость в коленках. Тем более что Левин был абсолютно уверен – мама отключила все телефоны именно для того, чтобы он примчался к ней выяснять, что случилось.

Ирисы испарились, пропали, ехать к матери не имело смысла.

Левин без аппетита, меланхолично съел яичницу и посмотрел на часы.

До судьбоносного визита Титова оставалось четыре часа. Левин бухнулся на диван и за чтением рассказов О’Генри на английском языке благополучно заснул.

Проснулся он от звонка в дверь и ленивого собачьего лая.

Дверь они с Диной открывали вместе, отпихивая от замка руки друг друга.

На пороге – раскрасневшиеся, возмущенные, толкаясь плечами, – стояли Нора и Клим. Они были явно чем-то выведены из себя.

– Привет! Ты и стриптизершу уже притащил? – удивился Левин.

– Нора! – бросившись к подруге, Дина затащила ее в квартиру.

Левин пожал плечами, глядя, как мадам помогает снять шубу высокой красивой блондинке.

– К сожалению, это не стриптизерша. Эта шумахерша только что буцкнула мой «Навигатор», – язвительно сообщил Клим.

– Это я буцкнула?! – возмутилась блондинка. – Я?! Да это вы въехали мне в зад!

– Ага, только вы при том двигались задним ходом! – усмехнулся Титов.

– Есть контакт! – захохотал Левин, поняв наконец, что к чему. – Стоянку, что ли, не поделили?

– Я не двигалась задним ходом! Я осторожно и медленно парковалась!

– Ага, парковалась она! Контактным методом! Американским! Останавливаемся только тогда, когда бампер во что-то тюкнулся! – Титов сбросил ботинки, верхней одежды на нем не было, только джинсы и тонкий пуловер. – Да одна царапина на моем «Линкольне» стоит дороже, чем вся ваша желтая тарантайка!

– Это не тарантайка! – покраснела от возмущения Нора. – Это абсолютно новый «Фольксваген»! И плевать мне на вашу царапину, ее практически незаметно!

– Это вам незаметно, блондинкам.

– Что?! Кто здесь блондинка?!

– Ну уж точно не я! – заржал Клим.

– Вы… вы… – Нора растерянно замолчала, не зная, что сказать в ответ на его бурное веселье.

Дина и Левин с интересом наблюдали за их перепалкой.

– Вы… – задохнулась Нора.

– Придурок пафосный! – с неожиданным энтузиазмом подсказала ей Дина.

– А ты… ты… – дурашливо выпучил глаза Клим.

– Гламурная дура! – с готовностью помог Левин другу.

– Вот и познакомились, – раскланялся Титов на все стороны. – С праздничком вас, девчонки! Ну что, перегуляем их, Лев Сергеич?!

– Перегуляем, – с сомнением произнес Левин.

– А все-таки ты должна мне тысчонку

евро! – весело крикнул Клим Норе, которую Дина повела на кухню.

– Нет у меня тысчонки! Возитесь со страховкой, если охота, – огрызнулась Нора.

– А девчонка-то ничего, – улыбнулся Клим, когда они закрылись у Левина в комнате.

– Которая? – без интереса спросил его Лев.

– Обе! Обе они ничего.

– Бабник ты, Клим Кузьмич. Бабник и шалопай. Сильно она твоего красавца «Навигатора» покалечила?

– Да ерунда, фару противотуманную кокнула, да бампер поцарапала, разберусь. У меня в залах все парни из авторизованного сервис-центра качаются, – отмахнулся Титов и тут увидел Пантагрюэля, который неизвестно как пробрался к Левину в комнату. – Вау! – бросился Клим к собаке. – Откуда ты взял такую масюсю?! Вау! Доходяга! Красавица! Лопотуля!

Титов был заядлым собачником. В его загородном доме жили два добермана, три шпица, два йоркшира и один громадный кавказец.

– А вот тут липома у нее на башке между ушами, – бормотал Клим, ощупывая собаку. – Опухоль доброкачественная. Вырезать ее надо к черту, от греха подальше. И кормить, кормить красотулю побольше, а то доходя-ага!

– Вот гадость, как он сюда пробрался? – пробормотал Левин, глядя, как Клим обнимает Пантагрюэля, тискает его худые бока, целует в затылок. – Это не мой пес, – пробормотал Левин. – Его мадам завела, чтобы выселить меня из квартиры.

– Прелесть, – не унимался Титов. – А главное, родит скоро.

– Кто родит?

– Ну не ты же. Собака! Как ее зовут?

– Пантагрюэль. Это кобель.

– Сам ты кобель, – искренне возмутился Титов. Тычком в бок он перевернул собаку на спину, раскинул ей лапы и быстро прощупал живот. Собака виляла хвостом, позволяя Титову делать с собой все что угодно. – Ну да, где-то через месяц родит, – задумчиво сказал Клим. – Истощенная очень, но стопроцентно беременная девчонка!

Левин с ужасом вспомнил предсказание мага.

«Шторы рвут, диваны грызут, по квартире стаей носятся, писают, какают, лают, визжат…»

Праздновать с Титовым женский день расхотелось. Захотелось удрать из этой квартиры подальше, может быть, даже к маме, у которой отродясь не водилось никаких собак…

– Что молчишь? Удивлен? Ну, Левин, ну ты и даешь! – развеселился Титов. – Кобеля от сучки отличить не можешь!

– Это какая порода? – чувствуя сильную сухость во рту, спросил Левин.

– Шикарная! Шикарная это порода! Дворняжеского роду девчонка, но сенбернары в родне у нее точно были! Фильм «Бетховен» смотрел?

– Про композитора?

– Про собаку, балда! Вот и у тебя родится куча маленьких бетховенят!

– Куча… – эхом повторил Левин, чувствуя, как жажда дерет глотку и как хочется сделать ноги от надвигающейся лавиной судьбы. – Куча бетховенят…

– Не забудь мне кобелька одного оставить, – распорядился, вставая, Клим. – Заберу в свою псарню до кучи!

– Не забуду… – пробормотал Левин.