Вселенский стриптиз

Степнова Ольга Юрьевна

– Давай, Левин! Давай! – заорал Клим.

– Так их, Титов! – в ответ завопил Левин. – Это моя территория!

Девки в островитянских нарядах были уже везде – на подоконнике, на диване, на креслах и, кажется, даже на люстре. Они извивались, мелькая голыми грудями, задами и расписными лицами…

Дина зажмурилась. Это был конец света. Ни в музыке, ни в танцах не ощущалось никакой гармонии – только глупое, пьяное противостояние и выяснение отношений.

«Хоть бы кто-нибудь из соседей вызвал милицию, – тоскливо подумала

Дина, открывая глаза. – Хоть бы кто-нибудь…»

Ей показалось, что маленькая комнатушка, не выдерживая напора веселья, готова разлететься в мелкие клочья.

– Вон из моей комнаты! – вскочив, заорала Дина и запустила в Левина тяжелой кошкой-копилкой. Левин увернулся от кошки, и она, ударившись в стену, разлетелась на керамические осколки. – Вон из моего дома!!! – снова крикнула Дина срывающимся голосом.

И тут одна из девчонок-островитянок отчаянно завизжала. Все замерли, затихли и уставились на нее. На руки, на голову, на голые плечи девчонки с потолка капала кровь. Титов быстро и безошибочно вычислил, где и как выключить музыку. В наступившей тишине показалось, что слышно, как вразнобой колотятся у всех сердца.

– Кровь! – завизжали девицы.

– Спокойно! – приказал Клим. Задрав голову, он внимательно рассмотрел бурые разводы на потолке. Потом пальцем потер плечо девушки, понюхал его, пожал плечами и скучным голосом сообщил: – Кажется, марганцовка. Во всяком случае, на кровь не похоже.

– Кровь! – завизжали девицы.

– Проводка! – крикнула Нора. – Немедленно потушите свет, иначе будет короткое замыкание.

Кто-то выключил свет.

– Клим, я наверх, а ты никого не выпускай из квартиры, – приказал Левин Титову и бросился к двери.

– Как это не выпускай?! Почему только ты наверх?! – Дина бросилась за Левиным и даже вцепилась ему в локоть, чтобы не отстать. – Я, позвольте заметить, тут тоже не посторонняя!

Стараясь обогнать друг друга на лестнице, они ринулись на третий этаж.

Дверь злополучной квартиры оказалась слегка приоткрыта. Левин первым ворвался в темный в холл и сразу бросился в ванную, успев на бегу включить свет.

– Стой! – крикнул он Дине. – Не надо, не ходи сюда…

Но она уже стояла у него за спиной и, задохнувшись от бега, не закричала от ужаса, а лишь схватилась за горло и выпучила глаза. Потому что то, что она увидела, могло быть только галлюцинацией, начавшейся белой горячкой от выпитого мартини со льдом.

В ванной, заполненной до краев буро-красной водой, лежала девушка с перерезанным горлом. Вода хлестала из крана, и длинные белые пряди волос, попадая в поток, шевелились и извивались, словно живые. На девушке было зеленое платье, сапоги на шпильке, а в ушах и на пальцах с возмутительным равнодушием сверкали бриллианты.

Все это было дико, неправильно и не могло быть правдой.

Особенно то, что в кроваво-красной воде, покачиваясь, плавали синие ирисы,

прикрывая тело скорбным, подвижным ковром.

– Не ори, – жалобно попросил Дину Левин, хотя она не издала ни звука.

– Сам не ори, – огрызнулась Дина и, переступив по щиколотку в воде, закрутила кран. Вода перестала хлестать, стало тихо.

Белые пряди больше не шевелились, ирисы прекратили хаотичное движение над телом. Дина неожиданно ощутила гордость.

Умыла Левина. Так умыла, что он нахмурился, покраснел и буркнул:

– Поздравляю, отпечатки твоих пальцев наверняка пригодятся следствию.

– Твои ирисы тоже очень заинтересуют оперативников, – огрызнулась Дина. Она сняла с крючка полотенце и тщательно протерла краны.

– На ирисах не написано, что они мои! – возмутился Левин. – Это могут быть совсем другие цветы!

– Ну-ну! Это ты в прокуратуре расскажешь. – Поняв, что алкоголь придает ей невиданную сообразительность и смелость, Дина, склонившись над трупом, рассмотрела его.

Девушка была красавица. С тонким, породистым, до боли знакомым лицом. И это зеленое платье…

Не его ли подол торчал из багажника?!

– Мама! – Дина зажала себе рот рукой. – Мамочки…

– Говорю же тебе, не ори!

– Да ты знаешь, что это за девица?!

– Конечно! Я знаю в лицо всех девиц Москвы и Московской области!

– Идиот! Это Инна Покровская! Звезда! Светская львица! Известный продюсер! Это она раскрутила Игоря Грига, новую поп-звезду! У нее муж – владелец гостиничной сети «Ренессанс», они живут на Рублевке! Без упоминания об Инне Покровской ни одна светская хроника не обходится, весь глянец в ее фотографиях, весь город в щитах с ее изображением!

– Я не в курсе попсовых российских радостей, – пробормотал Левин и уточнил осторожно: – А ты уверена, что это она?!

– Уверена! Нужно звонить в милицию! Немедленно! Сейчас же! Быстрее!

– Стой! – Левин схватил ее за руку. – Я хотел тебя попросить…

– Ой, да не расскажу я про твои ирисы! – отмахнулась от него Дина. – Тем более что на них действительно не написано, что они твои!

– Спасибо, – проникновенно сказал Левин и даже поклонился Дине легонько. – Большое тебе человеческое спасибо. Я не хотел бы давать интервью многочисленным журналистам…

– Скорее! Милиция! – Дина бросилась к двери, но она оказалась закрыта.

Левин проделал все возможные манипуляции с замком, но дверь не поддавалась.

– Нас заперли снаружи, – растерянно сообщил Лев.

– Не может быть! – Дина бросилась на дверь, поколотила в нее кулаками, ногами, побилась о нее всем телом.

– Нас кто-то запер снаружи! – схватил ее за плечо Левин.

– Кто?!

– Откуда я знаю?! Чертова Россия… Долбаная страна! Тут криминала больше, чем звезд на небе!

– Помогите! – в замочную скважину крикнула Дина. – Эй, кто-нибудь…