Всего лишь каприз
Шрифт:
— Никки…
— Хорошо. Говори, что мне нужно делать.
— Возьми его за ошейник и скажи: «Идем».
Гейб снова обрел землю под ногами. Тренировка собаки. С этим он справится.
— Идем, — сказала она и потянула, но Коняшка не сдвинулся с места. Он продолжал преданно смотреть на море. — Идем! — Последовал очередной рывок.
Гейб вздохнул:
— Ладно, пока не получается. Попробуем устроить ему встряску.
— Не поняла…
— Он должен научиться подчиняться,
— Лежать!
— Скажи так, будто ты действительно имеешь это в виду.
— Лежать!
— Твой голос еле слышен. Представь себе — тонет лодка. А на другом конце лодки стоит малыш с глупым выражением лица, держащий в руках жестяную банку. Он должен начать вычерпывать воду, или вы утонете. Ты собираешься кричать ему «Черпай!» тем же голосом?
— Речь идет о брошенной собаке, которая чуть не умерла. Она ранена, она страдает. И ты хочешь, чтобы я на нее кричала? Покажи мне сам, как надо крикнуть.
— Я не собираюсь быть его вожаком. Это должна сделать ты, Никки, или тебе предстоит неделями слушать его вой под дверью и наблюдать, как упоенно он сам себя губит. Ты скажешь «Сидеть!».
— Сидеть! — вскрикнула она голосом, в котором прозвучала такая властность, что и Гейб, и пес одновременно вздрогнули.
Гейб держал Коняшку за задние лапы, а Никки — за ошейник. Гейб подвернул его лапы и завалил назад, прежде чем Коняшка понял, что с ним пытаются сделать.
Огромный пес сидел на песке. Удивленный, но подчинившийся команде.
— Скажи ему, что он хороший пес, но не позволяй ему вставать, — сказал Гейб.
— Это жестоко. Нельзя…
— Он этого очень ждет. Сделай это.
— Хо… хороший пес.
— Теперь позволь ему встать.
Пес поднялся на лапы.
— Теперь снова сесть.
— Сидеть!
Гейб снова повторил трюк с подворачиванием лап. Пес опять оказался сидящим на песке.
— Хорошая собачка, — сказала Никки, удерживая Коняшку в сидячем положении, и пес восторженно завилял хвостом.
— Еще раз.
— Сидеть!
На этот раз Гейбу не пришлось вмешиваться. Пес сам присел на задние лапы, подчиняясь команде и легкому толчку со стороны Никки.
— Хороший пес. Отлично, — сказала Ники, и ее голос слегка задрожал.
Коняшка снова поднялся, слегка неуверенно, но на этот раз он сделал чуть заметное движение в направлении Никки. И посмотрел на нее — вместо того чтобы смотреть на море.
— Теперь прикажи ему идти и потяни за ошейник, — сказал Гейб, и Никки так и сделала.
Огромный пес послушно сдвинулся с места и пошел по направлению к дому рядом с ней.
— Хороший
Весь путь до дома они преодолели в тишине. Подошли к крыльцу. Никки открыла дверь и, впустив Коняшку внутрь, на секунду замешкалась.
— Сейчас он встанет около двери и начнет выть, — сказала она.
— Только в том случае, если ты позволишь ему это сделать.
— А как мне не позволять?
Гейб вздохнул:
— Где он спит?
— В моей спальне.
— Не пускай его в кровать. Ты — вожак.
— Я уже поняла. К тому же в моей кровати он не поместится.
— Позволь мне глянуть.
Она широко распахнула дверь спальни. Кровать на одного человека. Совсем маленькая. Гейб удивленно посмотрел на нее. Он не заходил в ее часть дома с тех пор, как она сюда въехала. Казалось, в комнате стояла детская кроватка.
— Ты не любишь вертеться по ночам?
— Нет, если при этом я никому не мешаю.
На его вкус, комната выглядела вульгарно. Слишком много розового цвета. Даже приторно.
Пес заскулил, и Гейб подумал: «Я тебя понимаю, парень. Спать в такой комнате…»
По крайней мере, у самого Коняшки было нормальное спальное место. Генриетта знала все о собаках, поэтому привезла для него надувной матрас, который по размерам был почти такой же, как кровать самой Никки.
— Скажи «На место», — обратился он к Никки.
— На место!
Коняшка не подвинулся ни на дюйм.
Гейб вздохнул:
— Представь, что лодка тонет…
— На место! — Команда прозвучала уже правдоподобнее.
Гейб подтолкнул Коняшку сзади. Коняшка взобрался на надувной матрас.
— Скажи «Лежать».
— Лежать! — сказала Никки, и пес свернулся калачиком. — Оставайся на месте, — сказала Никки, сделала шаг назад и улыбнулась Коняшке, который подчинился ее команде.
Коняшка посмотрел на нее и неуверенно опустил одну лапу на пол.
— Оставайся на месте! — рявкнула Никки голосом человека, пытающегося спастись на тонущей лодке.
Пес убрал лапу обратно.
— Ну, как я тебе? — спросила Никки улыбаясь. — Я теперь вожак?
— Из тебя получится отличный вожак.
— Несомненно, — сказала она и повернулась к Гейбу.
Внезапно она оказалась слишком близко.
— Не забывай, пес должен оставаться на своем месте, — произнес он слегка охрипшим голосом. Они стояли около собаки — так близко, что их тела фактически соприкасались. Кровать Никки была также в опасной от них близости.
Внезапно в его памяти всплыла картина. Прошлая ночь. Никки на цыпочках подходит к нему, чтобы проверить, дышит ли он, наклоняется над ним.