Все против короля

Серова Марина Сергеевна

У меня была органическая потребность предпринять что-то еще против Кудринцева, но я никак не могла сообразить, каким должен быть мой следующий шаг. Завернув в кофейню, я заказала себе двойной эспрессо и за чашкой кофе стала выстраивать в уме дальнейший план действий. Мысленно пройдя несколько направлений, я остановилась на Ларисе Львовне. Ей грозила смертельная опасность. По ее же собственному признанию, семья от нее отвернулась. Значит, я не должна мстить этой женщине. Напротив, мой долг был ее защитить. Но у меня не было никакой возможности целыми днями, словно тень, таскаться за ней и предотвращать все попытки толкнуть ее под машину

или что-то еще в этом роде. Надо было брать в оборот Панкратова. Именно от этого человека, посланного Мешковым, исходила для нее реальная угроза. Я знала, где он работает, где живет, на какой машине ездит по городу. Мне также было известно, как он выглядит. Только этого мало. Сначала я хотела нанять ребят, чтобы прижали Панкратова к теплой стенке и заставили его во всем признаться, но потом решила повременить с этим. Возникла идея получше.

Я вышла на улицу и стала искать телефон-автомат. По счастью, он находился в двух шагах от кофейни. Набрав номер домашнего телефона Кудринцевых, я практически сразу и неожиданно для себя услышала мужской голос:

– Алло!

– Здравствуйте! Я могу услышать Ларису Львовну?

– Минутку, – буркнул Сергей в трубку и обратился к матери: – Ну что застыла в дверях с открытым ртом? Да, тебя! Долго линию не занимай! Я жду звонка.

Сынок был не слишком любезен со своей мамой. Вот нахал!

– Алло! – ответила Кудринцева.

– Лариса, у меня появилась потребность снова выйти с вами на связь. Вы поняли, с кем говорите?

– Да-да, конечно, – заговорщицким тоном сказала она. – Продолжайте!

– У меня есть информация, что за вами ходит дьявол, принявший человеческий облик, – я описала во всех красках конюха. – Он жаждет вашей смерти. Будьте осторожны. Что касается вашего супруга, то его ожидает большая потеря. Это сведет его с ума. У вашей дочери вот-вот начнутся проблемы в личной жизни. А сын... я даже не могу сказать вам, что именно ему грозит.

Последнее было чистейшей правдой, потому что я еще не придумала, как наказать Сергея. А наказать его определенно следовало. Мне было слышно, как этот негодяй стал приставать к матери, чтобы она немедленно повесила трубку. Он не стеснялся в выражениях и не беспокоился, что неизвестная дама в трубке, то есть я, услышит его и подумает о нем невесть что. Вряд ли ему так уж нужен был домашний телефон. У него наверняка был сотовый. Скорее всего, Сергей выражал таким образом свое крайне негативное отношение к матери. Лариса Львовна ангельским голосочком умоляла сына дать ей еще минуточку для разговора, но Сергей был непреклонен.

– Закругляйся, я сказал! – рявкнул он, после чего в трубке послышались короткие гудки.

«Милая семейка, – подумала я. – Муж бьет, сын совсем никакого уважения к матери не выказывает. В „дурке“, наверное, с пациентами лучше обращаются. Да и безопаснее там». Откровенно говоря, я даже хотела, чтобы Кудринцеву снова положили в психиатрическую клинику. Это спутало бы карты Мешкову. Если Лариса Львовна будет все время твердить дома о моих предсказаниях, то муж и сын могут подумать, что она снова умом тронулась.

Немного подумав о том, как достать Сергея Кудринцева, я пришла к неутешительному для себя выводу. На данный момент мне практически ничего о нем не было известно. Его привычки, пристрастия и увлечения пока оставались под завесой тайны. А не зная, где самое больное место, трудно понять, куда обрушить первый удар.

Я решила взять

небольшой тайм-аут и дорвалась до саксофона. И вот в тот момент, когда я играла в свое удовольствие популярную мелодию Луи Армстронга, дверь в мою комнату неожиданно распахнулась, и передо мной предстала Алинка Нечаева с радужной улыбкой на розовато-перламутровых губах. Я не могла понять, каким образом она попала сюда, потому что дед вышел из дома, а значит, открыть ей дверь было некому. Через минуту подошел Ариша и растерянно развел руками. Он знал, я не люблю, когда так бесцеремонно вторгаются на мою личную территорию, тем более когда прерывают мою игру.

– Привет, подруга! У меня хорошие новости! – заявила гостья.

Я опустила вниз саксофон и спросила на полном серьезе:

– Алина, неужели ты уже можешь назвать мне точную дату первой чайной церемонии?

Нечаева свернула улыбку, прошла в комнату, уселась в кресло, затем игриво подмигнула деду и только потом скромно сказала:

– Нет, к сожалению, я не могу пока это сделать. И все из-за ваших проблем, господа Казаковы!

– Наших? – удивился Ариша.

– Да, ваших, – Нечаева снова перевела взгляд на деда и стала откровенно его гипнотизировать своими серо-голубыми глазищами. Мой милый Ариша впал в краску смущения. – Аристарх Владиленович, это же ваша знакомая подбросила проблемку, разве нет?

– Ну да, – подтвердил дед, не совсем понимая, о чем идет речь.

– Так вот, я забросила все свои дела и бросилась вам на выручку...

– Ну, ладно, девочки, я, пожалуй, пойду, – Ариша попятился.

– Аристарх Владиленович, вы можете остаться. Вам, наверное, все это тоже интересно...

– Ну я не знаю, – дед вопросительно посмотрел на меня. Я видела, что ему хотелось остаться, но он недолюбливал Алину, потому что она всегда вела себя с ним слишком фамильярно.

– Дедуля, свари-ка нам, пожалуйста, кофейку, – попросила я. – Я тебе потом все расскажу в деталях.

– Да, это замечательная идея! Люблю, когда мужчины приносят мне кофе, особенно в постель. – Алинка посмотрела на моего деда таким томным взглядом, будто пыталась его соблазнить.

Дед глупо улыбнулся и, сконфуженный, ушел. Когда за ним закрылась дверь, я сказала не без ревности:

– Слушай, Алина, я понимаю, у тебя на всех мужчин захватнический рефлекс срабатывает, но хоть моего деда ты можешь оставить в покое? В его возрасте эротические волнения уже противопоказаны.

– Поля, вот как раз об этом я хотела с тобой поговорить, – Нечаева сделала самое серьезное лицо, на которое только была способна, и продолжила: – Понимаешь, годы идут... Замуж никто не берет. Я тут подумала и решила, что твой дед очень выгодная для меня партия. Холостой, состоятельный... А что, если мне женить его на себе? Представляешь, я стану твоей бабушкой? Это же так классно! Мы с тобой вдвоем такие дела проворачивать будем!

– Дурочка, – я бросила в Алинку подушечку. – Нашла время шутки шутить!

– Поля, признайся, ты мне сначала поверила!

– Ни капельки! – рассмеялась я, хотя на самом деле почти что купилась на ее откровенный блеф. Только в самый последний момент заметила, с каким трудом она сдерживает губы, дабы не улыбнуться. Вот стерва! Так развела меня.

– Жаль, а я думала, что у меня получилось натурально. Значит, я плохая актриса. Но хорошая интриганка. Уже вчера я рассказала Жене о том, с кем сожительствует ее супруг. И что ты думаешь?