Все оттенки выбора
Шрифт:
Грязь хлюпала под ногами, и их ботинки и края мантии были уже усеяны чёрными пятнами, к тому времени как они добрались до хижины.
Возможно то, что случилось в конце года, началось именно в этот весенний денёк, а может гораздо раньше…
Хагрид нашёл яйцо дракона, но об этом дети узнали ни от него самого, а заглянув в окно, где уже были Джек и Рон, которым великан об этом увлечённо рассказывал. Гарри снова почувствовал себя преданным: зачем было звать его, если здесь уже есть львята? Гермиона положила ему
– Не думай об этом, - шепнула она. – Наверное, это совпадение. Он позвал нас, а они решили прийти.
– Может и так. Идём отсюда, пока они нас не заметили и не решили, что мы следим, - буркнул он, всё ещё раздосадованный. И тут Рон обернулся, и их глаза встретились. Не дожидаясь реакции рыжего, Гарри схватил Гермиону за руку и бросился бежать обратно к замку.
Рон вылетел следом, выкрикивая какие-то обидные вещи вслед, называя его шпионом и предателем, но мальчик его не слушал. Ветер свистел в ушах, а перед глазами всё ещё стояло рассерженное лицо Уизли, который, как всегда, сделал поспешные выводы.
– Думаешь, мы должны рассказать о яйце? – спросила девочка, когда они уже подходили к замку. Гарри покачал головой.
– Нет. Хагрид – наш друг, и мы не имеем права стучать на него. Лучше сходим как-нибудь к нему ещё раз, вечером, после отбоя, - его глаза озорно заблестели. – Думаю, это будет весело.
– Гарри, это против правил, - пробурчала Гермиона, уставившись на него. Она вцепилась в свою мантию и посмотрела в землю. Жажда приключений боролась в ней с желанием следовать правилам и, в конце концов, авантюристка Грейнджер победила. – Убедил! Но разве мы пойдём одни? А Мишель и Драко?
– Герми, вчетвером мы под моей мантией попросту не поместимся, - фыркнул мальчик от смеха. – Втроём бы ещё могли, но тогда надо кого-то оставить. Боюсь, Драко мне не простит, если я ещё раз его «забуду» в комнате. А Мишель и обижаться не будет. Просто даст мне в челюсть.
– Ну, это жестоко, - фыркнула она, толкая тяжёлые двери в Хогвартс.
– Ему скажи, - рассмеялся мальчик и помог.
Они разошлись по гостиным, обо всём договорившись. После отбоя мальчик тихо встал, сунул ноги в ботинки, взял в охапку свою одежду и мантию невидимку и пошёл в гостиную – переодеваться. Он уже почти оделся, когда в его спину упёрлась палочка.
– Ну, ты и идиот, Гарри, - усмехнулся Мишель. – Неужели ты думал, что тебе удастся сбежать незамеченным. Учитывая, сколько мы знаем друг друга, и что я учил тебя первым тому, как двигаться неслышно.
– Ну, Мишель, - пробормотал смущённый мальчик. Ему было довольно-таки неприятно, что его манёвр «сбежать незаметно» не удался. Но, в то же время, он совсем не обижался на друга. Если бы тот поступил также, Гарри повёл бы себя примерно также.
– Давай, колись, куда ты собрался. Я пойду с тобой.
– Мы хотим навестить
– Идём тогда. Навестим твоего великана, - Мишель усмехнулся. Он переоделся даже быстрее друга и выхватил мантию у него из рук.
– Драко нас потом прибьёт, - заметил мальчик, но, увидев озорные огоньки в глазах Винта лишь улыбнулся.
– А кто ему скажет? – резонно заметил он и накинул на себя мантию. – Поторапливайся. Нам ещё Гермиону у гостиной встречать.
Гарри схватился за тонкую, почти невесомую ткань и накинул её на себя. Они без труда вышли из гостиной и направились наверх.
– Не пихайся, Гарри, - буркнула Гермиона, пока троица вместе шла по коридору к выходу из замка.
– Это не я! – возмутился мальчик. – Я справа, а не слева!
Мишель хихикнул. Таким образом, препираясь и ворча друг на друга, они добрались до хижины Хагрида. Была ясная звёздная ночь, и путь впереди был легко различим.
Дверь им открыл сонный растрёпанный Хагрид, и даже растерялся, не увидев никого.
– Это я, Гарри, - мальчик стянул мантию-невидимку и улыбнулся великану.
Мужчина поглядел на них и отодвинулся от входа.
– Чой-то вы так поздно, а? Проходите, что ли, коли пришли уже.
Троица зашла внутрь, и вскоре они уже сидели за столом и пили чай на травах – что-то, а его великан умел заваривать лучше всех, кого они знали. Мишель лишь с интересом осматривался. Берлога была немного захламлённой, но тут чувствовался уют. Всё бы ничего, но внутри было очень жарко. Они уже все сняли мантии.
– Мы пришли насчёт яйца, - решил Гарри сразу взять быка за рога.
Хагрид кивнул.
– Мне ребята говорили, что вы сразу настучите. Но вы ж этого не сделали, да? – с надеждой спросил он, и мальчик сразу почувствовал себя виноватым, хотя даже и не собирался этого делать.
– Конечно, нет. Мы твои друзья. Просто Рон и Джек… они не любят нас, Хагрид. И считают, что мы плохие. Послушай, мы хотим тебе помочь… - начал мальчик, но его бесцеремонно перебила Гермиона.
– Ну не можешь же ты оставить это яйцо у себя. Это ДРАКОН, пойми! – в её карих глазах бушевало негодование. – И вообще, как оно у тебя оказалось?!
Мишель помалкивал, потому что замечал подозрительные взгляды великана. А горячность девочки его и вовсе забавляла.
– Ну, я, это, - явно стушевался Хагрид, и это со стороны выглядело очень забавно: маленькая девочка с копной растрёпанных тёмно-каштановых волос наседает на огромного бородатого мужчину, а тот краснеет. – Я, того, рассказывал уже Рону с Джеком…Сижу я в баре, в Хогсмиде. А там, значит, незнакомец в карты поиграть предложил…
– Что за незнакомец? – насторожился Гарри, а Мишель резко перестал улыбаться.