Все эти миры
Шрифт:
– И некоторые конкретные люди.
– А.
Да, есть еще и эта проблема.
– Ладно, Бриджет. Я уже давно понял, что ты обдумываешь все на несколько ходов вперед. Я готов тебе подыграть – но только при условии, что меня не заставят носить этот чертов галстук.
– Ничего не обещаю. Ты тоже должен страдать.
Я усмехнулся. Пока Бриджет пила чай, я сидел рядом и вспоминал разговор с Кумаром – и о его возможных последствиях.
15. Анклавы
Я с удовлетворением наблюдал за тем, как очередные корабли-колонии набирали скорость, выходя за пределы Солнечной системы. Когда первая группа кораблей прилетела за новой партией людей, ситуация немного улучшилась. Строящиеся и вернувшиеся суда создали определенную пропускную способность.
Но пока что ее недостаточно. Число эмигрантов приближалось к одному миллиону. Сто рейсов выполнено, осталось тысяча четыреста.
Я снова просмотрел отчет Чарльза: с прошлого раза никаких магических изменений в нем не произошло. Черт.
Я отправил Чарльзу сигнал.
– Эй, Чарльз, только что прочел твой отчет. Все настолько плохо?
– Привет, Уилл, – ответил Чарльз, появляясь у меня. – Да, нам приходится отправлять все больше беспилотников на поиски материалов, и это замедляет строительство. Кроме того, принтеры часть времени бездействуют, ожидая, когда прибудет сырье. Прямо сейчас производительность упала процентов на двадцать, а дальше будет еще хуже.
Слушая его, я еще раз пролистал отчет.
– Никаких новых месторождений металлов?
– Нет, мы ничего не нашли. Металлы в Солнечной системе остались, но проблема в том, что их нет в нужной для нас концентрации. Все доступные источники люди уже исчерпали, а города и техника в значительной степени были уничтожены во время войны. Более половины металла на планете превратилось в пыль или в ржавчину. Мы собрали весь космический мусор, который легко найти – все остальное, скорее всего, летает по орбитам с долгим периодом. Я даже отправил несколько отрядов «бродяг» на поверхность планеты: они ходят там строем и подбирают кусочки металлов. Мы реально вычерпали все до дна, Уилл.
Я потер лоб.
– А сколько у нас кораблей – восемьдесят два? Возможно, удастся дойти до сотни, прежде чем искать материалы станет совсем сложно. Рейс в оба конца в среднем занимает сорок лет. Это два с половиной корабля на год. Значит, двадцать пять тысяч людей в год. Пятьсот шестьдесят лет на то, чтобы закончить работу.
– Уилл, корабли можно строить и в других системах. Этот вариант все еще доступен.
– Да, знаю, но наладить процесс будет очень нелегко. Кроме того, кому-то из Бобов придется остаться там, чтобы руководить производством. А пока что желающих не очень много. Оливер в системе альфы Центавра, например, готовится отражать нападение Других. Нравится это нам или нет, но Солнечная система – все еще лучшее место для строительства кораблей-колоний, если, конечно, закрыть глаза на проблему с ресурсами.
– Мы постоянно проводим подсчеты, но от повторения числа лучше не становятся.
– На самом деле анклавы могут существовать вечно, – возразил я.
– Ну да, если зароются в землю или под лед. Но тогда они будут полностью зависеть от ферм-«пончиков» и гидропоники.
– А также от нас, потому что никакой производственной базы у них не останется.
– И что важнее всего, мы скажем людям, что остаток жизни они проведут в пещерах. – Чарльз откинулся на спинку и уставился на потолок.
Я посмотрел вверх и понял, что так и не украсил потолок в своей ВР. В данный момент виртуальная реальность заканчивалась плоской голубой поверхностью без текстур. Я быстро превратил ее в акустический потолок и добавил растяжку с надписью «Мои глаза – ниже».
Чарльз удивленно посмотрел на меня и расхохотался.
– Знаешь, Уилл, раньше ты чувством юмора не отличался.
– Кажется, так я пытаюсь сохранить память о Гомере, – печально улыбнулся я.
Чарльз тоже помрачнел и кивнул. Нам всем не хватало Гомера.
Я уставился в пустоту. Дело не только в Гомере; за последние десять лет умерли Баттеруорт, Джулия Хендрикс и еще двое человек из нашей семьи – правда, я знал только их имена, но этот факт напомнил мне о том, что рано или поздно все, кого я знаю, уйдут.
Через несколько мгновений Чарльз вышел из задумчивости и сказал:
– Мы могли бы поместить всех в анабиоз…
– Чарльз, я думал об этом. Четырнадцать миллионов капсул. Такого количества материалов хватило бы на тридцать кораблей. Нам не только придется остановить строительство новых кораблей, но еще и разобрать на части десяток из тех, которые уже есть. Не думаю, что ООН на это согласится.
– В долгосрочной перспективе это более логичный вариант.
– Люди не думают о долгосрочной перспективе.
– А ты рассказал им об этой возможности? – спросил Чарльз.
Я вздохнул.
– Нет, и, вероятно, сделать это мне помешала собственная трусость. Но ты прав, у них есть право самим принять решение. Сегодня я подниму этот вопрос.
Задавая вопросы, представитель Мисра смотрела мне прямо в глаза. Среди делегатов ООН она была одной из наиболее уравновешенных и никогда не выходила из себя. Если ее удастся переманить на мою сторону, у меня неплохие шансы на успех.
– Вы можете создать четырнадцать миллионов стазис-капсул?
– Да. Как я и сказал, нам придется разобрать на части десяток вернувшихся кораблей-колоний, а также остановить строительство новых.
– Сколько времени понадобится на то, чтобы сделать все капсулы?
– Около пятидесяти лет – в основном из-за проблем с поставками материалов.
– То есть многие из нас все равно умрут от старости. И при этом ни один новый корабль не отправится в путь.
– Верно, представитель Мисра, но остальные корабли, кроме этих десяти, смогут и дальше перевозить людей.