Всадники Ветра

Айран Бай

— Я в порядке, — прохрипела я, вздрогнув от звука собственного голоса. Слова были чужими, даже интонации вышли корявыми, но моя очередная попытка вырывать свою руку из сильных пальцев Роупа удалась.

Страх в его глазах не исчез, но уступил место удовлетворенности, которая смягчила заострившиеся от тревоги черты, всклоченные золотые волосы слиплись от пота, а грудь покрывали маленькие соленые капли. Я удивленно моргала, не понимая причины такого внешнего вида парня, ведь он выглядел, будто только что махал топором несколько часов. Да и плечи вдруг резко поникли, на щеках играл румянец усталости, а напряженные каменные мышцы лишь подтверждали мои

подозрения.

— Что с тобой? — недоверчиво хмуря брови, спросила, нет, даже потребовала ответа я, легонько касаясь пальцами обнаженной кожи. Роуп вздрогнул под моим прикосновением.

— Нет, что с тобой, — возразил парень, но получил на свои слова только недоуменный взгляд и невнятное мычание. — Он тебя так беспокоит? — почти с ужасом выговорил он, скосив взгляд на шрам, который не был скрыт под слоями одежды. Ночная рубашка не предназначалась для того, чтобы прятать мой недостаток.

— Это был кошмар, — Роуп удивленно икнул, вызвав улыбку. — Или даже больше. Шрам опять распух и болит, — не выдержав, пожаловалась я, потирая пальцами покрасневший рубец.

— Но как?

— Мне приснилась та самая ночь, когда меня ранили, — стараясь не сорваться, начала я. Комок слез и бессилия подступал к горлу. — Как будто я вновь пережила это. И вот шрам заболел…

— Не придумывай, — одернул Роуп, по-хозяйски ощупывая красный рубец. Лицо его перекосились, когда подушечки пальцев ощутили жар и пульсацию росчерка на груди. — Ты не врешь, — заключил он, в ответ я нервно фыркнула. Словно у меня были причины лгать. — Значит, твой лекарь просто плохо обработал нитки или рану…

— Нет! — горячо возразила я, всеми силами души бросаясь на защиту Ленса, Роуп даже рот закрыл от неожиданности. — Ведь шрам не беспокоил меня долгое время, если бы лекарь ошибся, то проблема проявилась бы давно, — поспешила я исправить свой слишком пылкий протест. Мне почему-то не хотелось говорить Роупу о муже.

— Ну, допустим, — уступил Роуп. — Тогда как ты объяснишь это?

— Не знаю, — честно призналась я. — Но ты так и не ответил. Что с тобой, Роуп?

— А ты не поняла? — он слегка отшатнулся от меня. — Вытащить тебя из кошмара оказалось очень тяжело. Будто ты не желала избавляться от дурного сна, я приложил все свои силы, Эв.

— Меня держали! — догадалась я, поражаясь собственной глупости.

— То есть, по-твоему, кто-то с помощью магии мучает тебя? Но, тапки Дарка, зачем? Ты что, принцесса благородной крови?

Я сомкнула зубы так резко, что болезненный стук пронзил мою челюсть, отдаваясь в виски. Мне не хотелось открывать эту тайну даже Роупу, раз уж в деревне Динео ничего не знали о Королевстве Дейстроу, так как лишь Морп покидал селение, то не возникало никакого желания посвящать их в превратности придворной жизни. Я сокрушенно призналась себе, что просто не смогу общаться с парнем, если он будет видеть во мне принцессу Эверин Страстную, а не просто Эв.

— Ну вот и я о том же! — неправильно истолковав мое молчание, воскликнул Роуп слишком громко, Езкур недовольно поднял голову и смерил своего хозяина презрительно-кошачьим желтым взглядом. Недовольно пошевелив хвостом, кот опять устроился у моей ноги и сладко замурлыкал, стало невообразимо хорошо. — Так что это просто глупые фантазии. Твой лекарь не отнесся к работе добросовестно.

— Он не мог, — упрямо возразила я. Тогда принц дорожил мной, как единственным сокровищем, тогда Силенс влюбился в меня, тогда только его поддержка и забота помогли мне встать

на ноги. Он просто не мог безалаберно зашить мою рану. Он лучше бы отрубил себе руку, чем заставил бы меня страдать впоследствии. Но объяснять все это Роупу просто не было смысла, поэтому я грустно-молчаливо смотрела в его молодое лицо, пока он бормотал о безрукости лекаря, хотя все во мне кричало и требовало возразить ему. Мне проще всего было отдаться спокойствию, которое внушал мурлычущий Езкур, чем пытаться приводить какие-либо факты. Сейчас я наконец поняла, что имел ввиду Роуп, когда говорил, почему Морп выбрал его дом для моего проживания. Видимо, коты обладали странной чувствительностью, и черный добряк оказывал мне самую неоценимую помощь. Он приводил в чувство душу.

— Что ты его так защищаешь? — потребовал ответа Роуп, вместо того, чтобы бросаться риторическими фразами.

— Он хороший человек…

— Но плохой лекарь!

Я не стала возражать, устало покосившись на Езкура, который вновь недовольно глядел на хозяина. Роуп поймал кошачий взор и замолчал.

— Ты наверняка хочешь спать, — почти нежно произнес парень, вызвав приступ очередного недоумения. Не только у меня, у кота тоже. — Я вряд ли усну, так что не беспокойся, кошмарам до тебя не добраться.

Ничего не ответив, я сползла на подушку, ощущая, как разглаживается перина после того, как парень встал. Меня не смущало то, что он был в белье, как и то, что мое тело прикрывала только ночная рубашка. Я мечтала лишь о сне. О спокойном сладком сне в царстве Лайта.

Роуп действительно стерег меня до утра. Кот тому был свидетелем.

Наутро Роуп, как и обещал, начал меня учить, невзирая на мои бесконечные жалобы относительно жужжащей головной боли и неприятного покалывания в шраме. На мольбы он ответил:

— Морп приказал. Его слово не обсуждается, Эв, мне искренне жаль тебя, но сегодня первый день твоей Помощи.

Я только фыркнула в ответ. Они постоянно говорили какими-то странными терминами, утверждали, что помогут, но никак не хотели открывать свои тайны. В очередной раз проклиная Авлонгу, я со всей старательностью прилежной ученицы принялась слушать парнишку, но слова его безнадежно проходили сквозь мое сознание — никак не получалось сосредоточиться из-за пульсации в голове.

Мы сидели на резной скамейке неподалеку от деревни, до нас доносились приглушенные звуки работающих людей и разных животных, поглощаемые густой листвой, даже легкий летний ветерок уносил разговоры в другую сторону. Но запах травы и леса только возбуждал во мне волчицу, нежели настраивал на хорошее обучение, я мысленно ругала Роупа за выбор места, хотя парнишка явно наслаждался окружающей природой, которая в такт пульсировала общему наслаждению Динео. Мои волки пристроились неподалеку в кустах, так, чтобы мой «учитель» их не заметил, но я прекрасно видела.

— Эв! — раздраженно, видимо, не в первый раз окликнул Роуп. Я неохотно оторвала свои мысли от Нилли, которая рассказывала мне о ночной охоте и об Алди, недоумевающем тому, что мы можем отделяться от него, если захотим.

— Да, — поспешила отозваться я, поймав на себе злой взгляд бушующих сапфиров.

— Ты меня слушала?

— Я пыталась, честно.

Роуп шумно вздохнул и картинно шлепнул себя ладонью по лбу, мол, на что это мне сдалось. Пфф, как будто я в восторге от нашего занятия. Цепь туго обхватывала мою талию, слабо мерцая от магии, окружающей нас, и оставалась довольна даже этим. Ведь она не пыталась меня затянуть в свои звенья?