Всадник
Шрифт:
Балерина вздрогнула. В пустой полутемной комнате кто-то был. Женщина осмотрелась. Чья-то тень мягко скользнула от окна. Чёрный струящийся шелком плащ окутывал незнакомца. Под капюшоном не угадывалось лица. Лишь серебряная роза с каплей рубина тускло блеснула пряжкой плаща на плече. Она замерла, вглядываясь в пришельца. Ни страха, ни ужаса не почувствовала. Только ледяным холодом повеяло вдруг. Да тоска сжала сердце.
– Ты явился за мной, – с упреком произнесла
Балерина, – а ведь мне сказали, что есть ещё время.
– Есть, – отозвался Всадник. Это был он –
Женщина встрепенулась. В глазах её вдруг вспыхнула надежда. И словно в ответ во мраке капюшона возникли два синих ледяных огонька.
– Что? Что ты предлагаешь?
Она порывисто подалась вперед.
– Сделку.
– Какую? Чего ты хочешь?
– Бенефис. Ты объявишь, что уходишь со сцены и хочешь в последний раз выступить. Танцевать свой бенефис. И ты станцуешь. Ты исполнишь все свои лучшие партии из постановок прежних лет. Все!
– И… что я получу взамен?
Она затаив дыхание ждала ответа. Огоньки под капюшоном вспыхнули чуть ярче.
– Триумфальный уход. Ты уйдешь так, что все запомнят это. Навсегда. Ты уйдешь победительницей.
Она склонила голову и задумалась. Женщина поняла, что предлагал этот Всадник Смерти. Она сможет вновь выйти на сцену. Она станцует все свои партии из прежних спектаклей… Заново проживет всю свою жизнь! И уйдет во тьму. Под аплодисменты зрителей. Не побежденная. Да! Она согласна! Это лучше, чем медленноеугасание в забвении. Уход достойный её. Балерины.
– Но… Я должна буду готовиться, репетировать. У меня не хватит сил. Врачи сказали, что могу умереть при первом же выходе на сцену.
Всадник внимательно посмотрел на неё. Потом медленно, словно хрупкую драгоценность, достал из-под плаща хрустальную вещицу. Это были миниатюрные песочные часы. Остатки золотистых песчинок медленно осыпались вниз. Их оставалось так мало…
– Одно твоё слово – и я остановлю их. Я дам тебе время. Готовься, репетируй до изнеможения и ничего не бойся. Твоя нить в моих руках. Последняя песчинка не упадет раньше, чем ты исполнишь свой последний танец.
Легат Смерти устремил на нее пронизывающий взгляд. И она решилась.
– Я… согласна.
– Отлично! И ещё. Я сам составлю программу твоего вступления.
А в конце – ты исполнишь на бис то, что изберу я.
– Что это будет?
– Узнаешь. Я пошлю тебе черную розу. Вот эту. И ты догадаешься.
Он положил перед нею на стол цветок. Антрацитовые лепестки розы мерцали мглой. Тонкий аромат поплыл по комнате. А потом Всадник встал и поклонившись шагнул в тень.
Наутро Балерина пошла в театр.
К её удивлению там не стали возражать, даже с воодушевлением восприняли идею. Все, к кому бы не обращалась она – сразу загорались энтузиазмом. Ей выделили часы для репетиций, выделили средства для подготовки концерта. Город был обклеен афишами. Бенефис!!! Она вновь жила полнокровной жизнью, купалась в музыке танца, работала до изнеможения, откуда
Это был настоящий аншлаг. Не оставалось ни одного билета в кассах. Люди толпились на улице, выспрашивая у счастливчиков лишний билет. Администрация так расщедрилась, что подготовила роскошный банкет, который ожидал её после спектакля. Артистическая уборная утопала в цветах задолго до начала выступления. Публика, взволнованно перешептываясь, рассаживалась в ложах, партере и амфитеатре.
Из оркестровой ямы доносились звуки настраиваемых инструментов. Но вот все замерли в ожидании.
Дрогнул и медленно пополз тяжелый бархат занавеса.
Она начала с партии Джульетты. Той самой, с которой начался её триумфальный путь на сцене. Оркестр играл и она вновь была юной девушкой впервые в жизни познавшей счастье любви. А зал взорвался аплодисментами, увидев, что Время оказалось бессильно перед ней. И как в каком-то хмельном угаре, она вновь и вновь выходила на сцену, танцевала, принимала цветы и выслушивала прощальные речи, комплименты, склонялась перед публикой под шквал аплодисментов… А потом вновь танцевала, танцевала, танцевала… Вот уже исполнены многие партии – Балерина выходила Одиллией, Одеттой, Жизелью, их сменяла Кармен, а её Эгина… И лихорадочный огонь в её глазах продолжал полыхать, сжигая остатки сил и жизни… Но вот закончился последний танец. Она устало склонилась у края рампы. Овации сотрясают зал, со всех сторон летят цветы, водопад алых, белых, желтых роз. Но она тревожно ищет глазами кого-то в зале. И вдруг!
– БИС!!! НА БИС!!! – Словно набатом, проплыл звук голоса, заполнив глубоким, мягким басовым тембром все пространство театра. Никому не видимая фигура в черном плаще из оркестра протянула ей в руке затянутой черным шелком перчатки бокал с шампанским на дне которого лежала Черная роза. Она машинально приняла бокал.
– ПЕЙ!
Послушно поднесла его к губам. Обжигающим холодом опьянил напиток, миллионы пузырьков вскипели и помчались горяча кровь по всему телу. А мерцающий мглой цветок завораживал и не давал отвести взгляд.
– А теперь – танцуй! Исполни свой уход. – Раздался повелительный голос.
Балерина медленно выпрямилась. Кивнула дирижеру. Она вдруг догадалась и почему-то была уверена, что оркестр сейчас начнет играть именно то. То, чего ждала и страшилась. Увидела, как Всадник возник за спиной дирижера, как вынув палочку из его рук взмахнул ею. И родилась музыка. А Балерина, уронив бокал с цветком на край сцены, начала танцевать.
Белым лебедем скользила она в последний раз по отполированным пуантами доскам сцены. Белоснежной птицей взвивалась и падала с небес. Руки её превратились в крылья, тело потеряло вес, таких пируэтов еще не видел мир. Она танцевала без репетиций, следуя одной лишь памяти тела, подчиняясь музыке и охватившему её восторгу, упоению танцем.