Время волков
Шрифт:
– Вряд ли он настолько дурак, чтоб так подставляться, - заметил Тарвел.
– Узурпатор не оставит свою армию без командира, что не сделает Кардан, сделают его военачальники. Хоть тот же Эрдер - он воевал во многих кампаниях... Нет, Артур, подобным манером ничего мы особо не выгадаем, и надеяться не стоит.
Айтверн пожал плечами:
– Может, и не выгадаем. Но нужно использовать все подвернувшиеся шансы - вдруг один из них тот самый счастливый.
– Артур обернулся к принцу Гайвену, за все время совета не изрекшему ни единого слова.
– Что
Ретвальд сидел во главе стола, в высоком резном кресле, чья спинка была украшена королевским гербом, с изображенным на нем хорьком. Принц держал спину и голову очень прямо, не иначе, копье на завтрак проглотил, его пальцы рассеянно гуляли по разложенной на столе карте срединных земель Иберлена.
– Я отпускаю вас, герцог, - изрек Гайвен.
– Но с одним условием.
О чем это он?
– О каком условии идет речь?
– Я поеду вместе с вами, - прямо сказал принц.
– И тоже буду говорить с Гледериком.
В первую секунду Артуру показалось, что он ослышался.
– Прошу прощения?
– Я поеду вместе с вами и тоже буду говорить с Гледериком, - терпеливо повторил Гайвен.
– Я же не могу оставить своего маршала одного, не так ли? К тому же... к тому же, мне и самому найдется, о чем побеседовать с человеком, захватившим мой трон.
– Извините, ваше высочество, но это невозможно, - твердо сказал Айтверн.
– Почему же?
– Ретвальд невинно улыбнулся. Артур прикинул, от кого дофин мог научиться этой улыбочке, и сообразил, что лишь от него самого.
– По тем самым причинам, которые озвучили здесь все эти достойные дворяне, отговаривая меня от поездки. Опасность слишком велика. Иберлен легко может потерять меня, но Иберлен не может терять вас. Извините, сэр, но вашу жизнь я на кон ставить не намерен. Вам придется остаться в замке.
– Вы не прочь рисковать собой, но не любите рисковать другими, - мягко сказал Гайвен.
– Это достойное качество... очень достойное. Но своей жизнью я и сам могу распорядиться.
– Не можете, - отрезал Артур.
– Вы обязаны...
– Помолчите, герцог, - перебил его Ретвальд. Айтверн со все большим удивлением подумал, что или он никогда не знал Гайвена - или тот за последние дни очень сильно изменился. Хотя они все изменились...
– Герцог Тарвел, граф Рейсворт, граф Ардерон, граф Дурван, тан Брэдли, тан Брент, тан Манетерли, тан Хлегганс, - принц перечислял присутствовавших в комнате дворян, и голос его был - сама патока.
– Милорды, я желаю побеседовать с герцогом Айтверном наедине.
Шум отодвигаемых кресел, шелест плащей, грохот окованных железом сапог - вельможи сходу послушались приказу. Странные дела творятся... Не прошло и минуты, как зал совета совсем опустел, в нем осталось всего два человека. Артур растерянно покосился в сторону захлопнувшейся двери, а потом подошел к Гайвену и уселся прямо на стол, свесив ноги.
– Ну выкладывай, - хмуро сказал герцог, - что это еще за новости.
Вместо ответа Ретвальд растегнул и закатал
– Видишь?
– спросил Гайвен.
– Вижу. Ты любишь себя калечить. Это извращение. Но, говорят, хороший врач может тут помочь.
– Она красная, - тихо сказал Ретвальд.
– Красная, понимаешь? У настоящих королей, тех, старых... по легенде, у них была голубая кровь... А у меня - красная.
Айтверн непонимающе нахмурился. Помассировал себе лоб. Что это на Ретвальда нашло? Вольно ему всякие глупости нести...
– Чушь собачья. Ну да, красная кровь. И что с того? У меня она того же самого цвета, что и у тебя, хотя моему дому тысяча лет и я происхожу от фэйри. Но все равно хожу с красной кровью. К чему все эти твои фокусы?
– А к тому, что у меня есть враг, Артур. Этот враг убил моего отца, захватил мой дом... И еще этот враг утверждает, что мой дом - на самом деле его дом. Я хочу взглянуть на этого человека, на этого Гледерика Кардана... и понять наконец, кто же из нас прав.
– Даже не думай, - сказал Айтверн.
– И помыслить не смей о таком!
– О чем?
– О том, что ты задумал! Думаешь, я не понимаю? Ты хочешь отречься от престола... в пользу Кардана, да? Хочешь сдаться ему без борьбы! Признать, что он в своем праве, что он должен править страной! Ты этого хочешь, да? От всего отказаться... предать нас всех... так, я ничего не упустил?! Не смей, слышишь, ты!
Гайвен Ретвальд задумчиво вертел в пальцах кинжал, иногда осторожно касаясь его острия подушечками пальцев. В огне горевшего камина старинная сталь отливала багровым.
– Нет, Артур, - принц покачал головой, - предавать я вас не буду. И отрекаться не буду. Я любил отца... а его убили ради этого дурацкого серебряного кресла. Оно мне не нужно, совсем, пропади оно пропадом, но я не могу оставить отца неотомщенным. И потому я буду сражаться. Но прежде... прежде я должен понять. Хоть что-то. Я же не могу идти с закрытыми глазами.
– Я тебя не понимаю, - сказал Айтверн.
– Какие еще закрытые глаза? Ты что, хочешь убить Гледерика не просто так, а с глубоким осознанием своей правоты? Да брось, и так все ясно, чего с ним церемониться.
Гайвен улыбнулся. Артур времени ненавидел эту его улыбку. Странную, не совсем человеческую и какую-то, что ли, всезнающую.
– Это тебе все понятно, Артур. Потому что у тебя есть твоя верность и твоя семья, которой Кардан причинил зло. А что есть у меня? Тоже семья... но этого мало, когда на весы легло столько всего... Ты идешь за мной, а куда я тебя веду? Нет, мой добрый герцог... так нельзя. Все время, что мы здесь... я придумываю себе доводы, один за одним... даже сестру твою приплел... но этого мало. Я должен просто увидеться с Гледериком, и тогда все станет ясно.