Время пришло

Эльтеррус Иар

Когда Арен снова оказался в сером мире, то сначала не увидел незнакомца с его зверем, которые в прошлый раз находились близко от него, и очень расстроился. Но, перевалив за очередную песчаную гряду, которых здесь было много, он увидел их обоих сидящими на песке. Это очень удивило охотника, потому что на его памяти незнакомец останавливался редко. Только однажды, как раз когда еще небольшой зверь перестал быть тенью, он видел пепельноволосого парня сидящим. Тогда с ним и вокруг него происходило что-то странное и нехорошее. Незнакомца плотно обступили тени, и даже некоторые существа этого мира стояли невдалеке, а он, похоже, был не в состоянии сопротивляться им, отвлеченный на что-то другое. Маленький зверь старался отогнать от своего друга всю эту нечисть, но сил у него не хватало.

Арен чувствовал, что это очень плохо, его сородич может остаться в этом мире навсегда или сам стать существом серого мира. В тот раз Арен, как ни старался, не мог приблизиться к месту, где сидел незнакомец, и только с ужасом наблюдал за происходящим. Наконец, полный злости и отчаяния от собственного бессилия, Арен что-то закричал, чтобы хоть ненадолго отвлечь внимание теней на себя, и призвал Высших в свидетели того, что он, Арен, против творящегося здесь. На мгновение тени шарахнулись прочь от незнакомца, и вокруг него образовалось чистое пространство. Маленький зверь зарычал на теней и бросил благодарный взгляд на Арена. Молодой человек проснулся в холодном поту и долго не мог прийти в себя, досадуя, что не смог остаться рядом и помочь сородичу. К сожалению, Арен никогда не практиковался попадать в тот мир по своему желанию, это происходило непредсказуемо и через разные промежутки времени.

Несколько дней подряд после этого Арен, злясь, заставлял себя работать до изнеможения. В результате вечером он засыпал вмертвую и не видел во сне ничего. Когда он снова очутился в сером мире, то уже не увидел сидящего незнакомца и его спутника. Опасаясь, что произошло непоправимое, молодой человек начал их искать, но не нашел, хотя в последний момент сна показалось, что он все же заметил парня в сером плаще на гребне одной из каменистых гряд. И опять Арен психовал почти целую декаду, ничего не говоря мастеру, потому что считал все происшедшее личным делом. Только побывав в сером мире очередной раз, юноша наконец успокоился, увидев незнакомца, как прежде идущим впереди к неизвестной цели.

Однако на этот раз с незнакомцем не происходило ничего необычного, казалось, он просто ждал. Арен подходил все ближе и ближе, удивляясь, что у него это получается. Когда он находился от сидящих шагах в десяти, сначала обернулся карайн, а затем и человек. Лицо человека казалось знакомым и незнакомым одновременно, хотя общие черты могли быть просто особенностью их рода. Довольно узкое волевое лицо с резкими, но благородными чертами, и серые глаза, отсвечивающие странным металлическим блеском.

– Здравствуй! – первым произнес смущенный Арен, не зная, как отреагирует на его появление незнакомец. – Меня зовут Арен.

– А меня – Халег.

Халег проснулся рывком и, сначала даже не поняв этого, ошарашенно поглядел по сторонам. Только что виденное во сне было настолько явным, что виконт еще чувствовал порыв тела и ошеломляющее ощущение слияния, когда он дружески обнялся с новым знакомым. Это было как любовь с первого взгляда… Или не любовь? Скорее чувство единства. Но встреченный во сне юноша ощущался таким желанным, что Халегу захотелось покраснеть, и он ошалело потряс головой.

– Никогда не замечал за собой интереса к молодым людям, – пробормотал он вслух.

Виконт попытался привести в порядок свои мысли и ощущения, но получалось плохо.

– Что это было?! – задавал он себе вопрос раз за разом.

В ответ на очередное восклицание Халег услышал голос Пепла:

«Зов крови, и ничего больше…»

Молодой человек рассмеялся, и все наконец-то встало на свои места. Пепел же говорил ему раньше, что Арен похож на него, как младший брат. Однако от подобных ощущений легко потерять здравый смысл… Ни к кому из родственников Халег не испытывал ничего подобного… Хотя дорская ведающая обмолвилась, что виконт далеко не все знает о своем происхождении, а тут еще эта встреча. Ладно, когда он прибудет в Дор и встретится с местными ведающими, тогда, по мнению Рады, многое должно проясниться.

Крайний северо-восток Дора. Скалы, влажные от постоянных туманов, и пронизывающие ветра, бессильные развеять пелену, в которой не отличить море от неба. Каменистая бесплодная земля плато и узкие полоски гальки под обрывами, устланные гниющими водорослями. Запустение

и тлен, как будто все уже закончилось и больше ничего никогда не начнется. Даже умирать здесь казалось неправильным, не то что жить. Впрочем, в этом краю почти никто и не жил. Ни земля, ни море не могли послужить тут источником пищи.

Кутаясь в плащ, Эталиар Наор, сын народа ’але, день за днем медленно шел вдоль побережья, пристально осматривая местность. Временами он снимал с себя всю одежду и спускался со скал к морю, чтобы с очередной узкой полоски суши под обрывом снизу осмотреть окрестные скалы в поиске хотя бы какого-то намека на то, что искал. Этали не боялся простыть, хотя к вечеру его мутило от холода, вони и усталости, а вот одежда у него была одна, и другой мало-мальски приличной достать в этом краю не представлялось возможным. Последние жилища, которые он встретил по пути, походили на кошмарный сон, а люди, обитавшие в них, – на неупокоенных мертвецов. Кто-то другой мог решить, что об этих местах забыла даже смерть, по крайней мере, та, которую считали своей госпожой народы ’але и си. К счастью, молодой человек не был философом, хотя и его по ночам нередко мучили кошмары.

Второй месяц Эталиар странствовал в этих краях, повинуясь внутреннему зову, и искал, искал. Покинув предгорья древнего Сириана, он, как и посоветовала ведающая, направился на север, а потом на восток на узкий полуостров Х’ала’р [28] с изрезанными скалистыми берегами, который люди именовали Халарским. Молодой человек чувствовал, что его путь лежит туда, правда, искал он сейчас не племянника, которого на самом деле воспринимал скорее младшим братом, а нечто другое – древнюю реликвию народов си и ’але, утерянную в незапамятные времена. А брат? Он действительно найдет его сам, как сказала ведающая. Голос крови и зов силы неизбежно сведут их, если оба останутся живы.

28

Такое написание и произношение названия полуострова является древним вариантом. На островах, откуда прибыл Эталиар, в легендах это место именуется именно так: Х’ала’р. В нынешнее время официальное название: полуостров Халар. Халарский полуостров – просторечный вариант.

Кошмары, приходившие к Эталиару, были тягучими и безнадежными, ему снились какие-то набеги на побережье, в которых почему-то ’але постоянно оказывались проигравшей стороной, хотя нападавшие на вид казались людьми. Конечно, далеко не все ’але были воинами и не все умели использовать силу, данную им от рождения, но происходящее во снах выглядело дико – молодые здоровые жители побережья подчинялись захватчикам почти без сопротивления.

Из-за кошмаров сон Этали сделался беспокойным и прерывистым. Однажды он проснулся еще до рассвета, опять в холодном поту и в отчаянии от пережитого. Что-то было не так… Нечто даже наяву продолжало давить на его разум, пытаясь сломить волю и заставить отступиться от своих планов. Молодой ’але задумался: тот, кто хочет лишить тебя воли, – твой враг, это являлось аксиомой. Подчинение может идти только вслед за уважением. Если враг невидим и неосязаем, он не перестает быть врагом. Эталиар не имел способностей мага, чтобы разобраться в сути невидимого врага, поэтому сделал единственно возможное – собрался и пошел вперед, стараясь думать только о своей цели.

День проходил за днем, а враг не отступал, но не отступал и Эталиар. Он обследовал уже почти все скалы и расщелины скального плато и осмотрел береговые обрывы насколько удалось. По пути встретилось немало древних развалин, почти уничтоженных временем и непогодой, не раз попадались древние рисунки и письмена на камнях, но письменность была незнакома. Эталиар уже начинал сомневаться в успехе своих поисков, ведь некоторые участки суши ушли под воду уже на памяти местных людей. Надежду давали только собственное ощущение, что реликвия находится где-то здесь, и невидимый враг – если он не отступается от того, кто ищет, значит, шансы на находку еще остались. Хотя ощущения способны выдавать желаемое за действительное, а Эталиар мог просто зайти на территорию какого-то бесплотного существа, неблагосклонного к нарушителю его покоя. В любом случае оставалось обследовать только небольшие холмы на оконечности скалистого мыса и берег под ними.