Время Героев
Шрифт:
— На них… Напал какой-то зверь? — С трудом сдерживая подступающую к горлу тошноту спросила Дангер. — Это был… Медведь?
Виллем с нечитаемым выражением лица уставился на неё.
— Где ты видела таких медведей?
— Я не знаю… А кто тогда? Может, стая волков?
— Не думаю, что хоть одно животное способно на такую жестокость.
— Но что тогда случилось? Создатель меня храни, я не могу тут больше находиться.
С этими словами она, поспешно отвернувшись, ушла как можно дальше. Однако даже на большом расстоянии Дангер продолжал тревожить запах, будто от скотобойни. Виллем, не видя смысла разглядывать последствия ожесточённой расправы, последовал за ней. Мужчина был мрачнее тучи. Он нервно вертел в правой руке свой изогнутый
Они оба даже не заметили за всем этим внезапное исчезновение другой их спутницы, Мириэлы.
— А что если Дара тоже кто-то растерзал? — Дрогнувшим от волнения голосом спросила Дангер. — Как думаешь, он успел сбежать?
Рассерженный вдруг этим вопросом, Виллем в яростном бессилии пнул валявшийся под ногами булыжник, а потом недовольно зашипел от боли, прыгая на одной ноге.
— В порядке твой Дариэль! — Воскликнул он, — в полном, абсолютном порядке! И чувствует себя явно лучше, чем мы.
— Откуда ты знаешь?
— Создатель нашептал, дура!
Дав себе несколько секунд на то, чтобы успокоиться, сделав два коротких вдоха и один выдох, мужчина заговорил снова, холодно и, как казалось, равнодушно:
— Ни одно животное так со своей добычей не поступает. И ни у одного человека не хватит сил сотворить такой ужас. Я знаю только одну силу, дающую своему владельцу подобную жестокость и мощь. Прости, я был точно уверен, что до этого не дойдёт. Чтобы полностью поглотить человеческую душу, Хаосу должно было требоваться больше времени… — Он вдруг сел на землю, уткнувшись лбом в колени, и продолжил уже едва слышимо, — это я дурак. Снова ошибся. Исая ведь был намного сильнее, поэтому мог столько лет сопротивляться.
— Ты говоришь, что это сделал Дар?
Виллем лишь тяжело вздохнул.
— До тебя всегда настолько долго доходят очевидные вещи? — Устало поинтересовался он, — конечно, это сделал Дариэль. Больше некому. И теперь мы в полной заднице, потому что бороться против самого Хаоса бессмысленно. На его стороне тьма, неподвластная нашему уму. А скоро будет ещё и армия Теней.
— А они тут при чём?
— При том, что девчонка пропала!
Тем временем Мириэла уже на всех парах неслась к своему господину, чтобы упасть к нему в ноги и выполнять его приказания.
Глава 19
Это, вероятно, был самый быстрый захват власти за всю историю рода не только человеческого, но и вообще любого разумного вида. Дариэль всегда считал, что для свержения правительства нужна как минимум армия. Но сейчас он сам по себе был армией. Рыцари в доспехах, стражники, придворные, весь обычный люд: все падали на колени перед ним, склонив головы и не смея даже поднять глаза. Тут и там слышалось одно слово, и словом этим было гордое «Повелитель».
Он мерно шёл по выложенным камнем улицам, источая силу и власть. Люди для него казались жалкими, ничтожными муравьями, чьё сознание можно было раздавить двумя пальцами левой руки, превратив в кашу, и он безжалостно врывался в разумы всех, кого видел, принуждая их к служению, внушая им мысль о том, что он теперь для них царь и господин. Особенно доставляло удовольствие подчинять волю сильных и непокорных, тех, кто всегда считал, что ни перед кем никогда не склонит колен, никогда не будет смят и сломлен под чужой указкой. Теперь же каждый вздох их, каждый взгляд и каждый шаг принадлежал одному лишь ему.
Это было абсолютное могущество.
Полное, яростное и разрушительное Зло во всём его величии. Зло, которого опасался, видимо, даже сам Создатель, закинув его так глубоко в пустоту между мирами, что ни одна частичка его творения не должна
Дариэль прошёл к замку Ильитаса совершенно беспрепятственно, получая какое-то больное удовольствие от собственной силы. Виллем был старым дураком, попытавшимся его контролировать, планировавшим быть кукловодом, но ставшим марионеткой. Да что он мог? На его стороне нет ничего, кроме невнятных страданий и парочки красивых железок, по ошибке названных оружием. А на стороне Дариэля теперь любезно подаренная магия истинного Хаоса. Трепещите, глупцы! Теперь есть только один настоящий кукловод, и он пришёл забрать столько, сколько сможет.
Смысла скрывать свою демоническую сущность парень не видел никакого. Даже немного в нём всколыхнулась злость на идиотов, спиливших, словно козлу, рога. Дариэль, выпустив когти и гордо расправив кожистые крылья, взошёл по ступеням из белого мрамора меж двух колон с выточенными в них изображениями обнажённых мужчины и женщины. Путь его лежал к тронному залу.
Уже к обеду в Ильитасе со всеми почестями был коронован новый правитель. Ещё чуть позже к нему явилась верная слуга, Мириэла. Её разум Дариэль захватывать не стал, лишь слегка, намеренно немного болезненно прошёлся по всем мыслям и чувствам, включая те, которых девушка боялась или стыдилась. Просто для того, чтобы дать понять, что теперь она в полном распоряжении своего господина.
— Чего желает мой повелитель?
Дариэль задумался. Он может получить всё, чего только захочет, стоит лишь попросить. Попытался вспомнить, о чём мечтал раньше, до того, как обрёл своё могущество. И все мечты, фантазии и стремления показались такой немыслимой чушью, что хотелось горько расхохотаться. Заработать денег, жениться, построить дом, помочь брату, прочие нелепые желания обычных людей. Разве это было важно? Обычная примитивная чепуха для простаков. Нет, сейчас всё это не имело никакого смысла. Но в чём смысл был? Чего хотела душа, развращённая Хаосом? Только разрушения. Оставить после себя лишь руины, выжженные города, деревни, тела убитых. Превратить всё сущее в одну сплошную кашу, месиво, где нет ничего ни живого, ни целого. А после дать этому миру пасть в великую пустоту. Вот цель. Ведь мир и так всегда стремился к разрушению как к единственному идеальному порядку вещей. Любой предмет, любая жизнь, всё приходит в итоге к своему концу. Значит, естественным состоянием для вселенной было небытие, и она усиленно к этому движется.
— Призови Теней. Пришло время всё разрушить.
В тот момент от ледяного тона жрице культа Скаро впервые стало страшно, однако пути назад уже не было: господин в момент прочёл в ней этот её страх и криво улыбнулся, одной мыслью давая понять, что выбора уже не было. Мириэла вспомнила учение, переходившее из поколения в поколение от самого первого верховного их жреца до нынешнего. В учении этом, поняла она вдруг, было слишком много красивых пафосных речей о высшем блаженстве среди миров в великом Ничто, но никто никогда не говорил ей в лоб так просто об уничтожении. Почему-то раньше это казалось красивой, насыщенной, быть может, излишней романтикой сказкой, но только сейчас она поняла саму её суть.
Скаро был сумасшедшим. И последователи его были безумцами. Неужели и она так хотела просто… Смерти? Разве был в этом смысл?
— Хочешь ты или нет, но подчиняться ты будешь. Твои сомнения меня не интересуют. Смерть — Абсолют, основа и итог всего, она безначальна и бесконечна. Хаос лишь та сила, которая поможет всем нам прийти к этому Абсолюту. Он не цель, но средство. Я не хочу править. Я хочу быть тем, кто возьмёт на себя роль палача, но это станет для вас спасением. Жизнь подвержена страданиям, люди рождаются, мечутся в разные стороны, ищут для себя какой-то смысл… И виновен в этом только ваш Создатель, заставивший вас это проживать. Пора избавить мир от мучений существования.