Времена без Героев

Субботин Денис Викторович

–  Вот и пусть уважает!… -сквозь зубы процедил Мстислав, оценивая через прищуренный левый глаз неспешный полет стрелы, клонящийся к завершению… Стрела воткнулась в крышу, так показалось.

–  Ну и что?
– удивился было Эдрик. И замолчал, сбившись с речи…

Древко "знамени" внезапно стало перекашиваться на середине, а потом флаг и вовсе завалился набок, скатился с крыши и так повис, тряпкой вниз…

–  Вот теперь -поехали!
– решил Мстислав - Стриж, ты не возражаешь?

Тот только плечами пожал, но книппер свой подвинул поближе. На всякий случай. Глядя на него, изготовился драться и Равен…

В

террамаре путников наконец восприняли всерьез - глинобитная стена заполнилась шумным, чем попало вооруженным и во что попало одетым людом. Раскрылись ворота…

Впереди двух десятков лучше других снаряженных старателей стоял огромного роста муж, бородатый и толстый, как бочонок.

–  Ох ты!
– удивился и расстроился Юлий - Толстый Хряк еще жив!

–  Кто такой?
– коротко спросил Мстислав.

–  Ну… Что-то вроде подеста местного. Народ лет шесть назад выбрал… М-да, выбрал уж так выбрал… Пока жив, так и будет подестом! А он -живуч! Гвардией из отборных головорезов себя окружил, им - лучшее вино, свежая вода и бабы! С бабами тут тяжело, все сплошь овечки да козочки… Когда номадку какую поймают, так за ней глотки режут, как будто она из золота. А порну или тем более гетеру сюда никакими солидами не заманишь! Если только по большой дурости да жадности…

–  Ничего не понимаю!
– покачал головой Мстислав - У нас тоже копи есть… Много! Но вот так чтобы…

–  Ты там был?
– пожал плечами Юлий - На копи честный человек не пойдет. Сброд, он сброд и есть! Плебс, охлос… Впрочем, мозги у них неплохие. А уж подеста советую сторониться! Мало ли что…

Террамара надвинулась всем своим уродством и поганым, гнилостным воздухом.

–  Добро пожаловать на свободные земли Северного Холма!
– гундосо и громко приветствовал их Толстый Хряк - Я - подест здешний, Луций. Некоторые из этих свиней зовут меня Толстый Хряк, но обычно не больше двух раз. Первый раз предупреждаю, второй - голову срываю. У меня тут все строго, по закону!… За перлами прибыли, аль так, погулять господски?

–  Не узнаешь… Луций?!
– воскликнул, искренне веселясь, Юлий - Я - Стриж, декан кондотьеров, что охраняли вас три года назад! Ну, вспоминай уже, толстая скотина!

–  Стриж… -нахмурил тот лоб так, что складки наползли одна на другую, образовав огромную дряблую шишку - Не тот ли Стриж, что раз перерезал глотки семерым за то, что они шлюху обидели?

–  Не шлюху -женщину!
– возразил Стриж, ухмыляясь - Один из них, кажется, твой брат был?

–  Стриж!!!
– внезапно взревел Толстый Хряк, заставив всех членов квадры, кроме Стрижа, схватиться за оружие - Стриж, чертов сын, вернулся! Да скажи ты своим, пусть уберут оружие… Эй, лежебоки, сегодня - праздник! Я - угощаю! Мой лучший друг вернулся!!!

Мстислав, конечно, предполагал, что придется потерять вигилию времени, пока Юлий и Луций, которому изумительно подходило его прозвище, будут пить и вспоминать времена былые. Но вот прошла вторая вигилия, Гелиос завис в зените, пошла третья… Пили по-прежнему, вспоминали прошлые дни…

–  … И вот, значит, вхожу я в умет, в руке -дубина, в душе - решимость стервецов поучить… Крепко так поучить! А там уже Стриж со своей любимой фальчионой порядок наводит. Пятеро на полу распластанные валяются, еще двое, и братишка мой в том числе, кишки по полу собирают. Еще живые, но жизни той - на четверть вигилии осталось. И девка,

стерва патлатая… Как меня увидела, какой-то кувшин с полу подхватила и в меня швырнула!…

–  … Вино красное!
– "услужливо" подсказал Юлий - Точно в лоб попала, стервочка! Ну, Луций видит, весь в красном, решил - кровь… Заорал, как поросенок!

–  Ты бы не заорал?!
– оскорбился Луций - Кстати… Фредегонда! Эй, баба, кому говорю!

Полог, отделяющий переднюю половину дома подеста от задней - спальни и кухни, распахнулся медленно и внутрь вошла женщина… Ну, что женщина, понять было еще можно. Грудь, не слишком крупная, все же оттягивала слегка тунику. Туника сама, нижняя, грязная и местами рваная, была женской. Но вот возраст определить не решился бы даже Юлий. Который лихорадочно пытался вспомнить, что могла делать здесь эта женщина со старинным данарским именем…

–  Не вспомнил!
– укорил его Луций - Это ж Фредегонда Вонючая, женка моего брата! Или ты и впрямь не знал ее?! Единственная баба в лагере, про которую все знают - не шлюха! Я ее за братом и подобрал… Чего добру пропадать?! Так все же в семье осталось… Фреде… ик… гонда! Вина! У нас все кувшины - пусты!

Женщина неспешно принесла еще две закупоренные амфоры и Мстислав, чистоплотный, как и все гардары, понял, откуда пошло ее прозвище…

Юлию же она улыбнулась, повергнув беднягу в шок. Передних зубов не было, от левого клыка - сгнивший пенек… Да уж, красавица!

–  Иди, иди!
– подопнув ее под плоский зад, сказал Луций - Иди к себе, дуреха! Здесь тебе не светит. Здесь господа городских баб живьем щупали!

В голосе подеста прорезалась такая тоска, что Равен, добрая душа, пожалел его и спросил:

–  А что же ты не уедешь? В ту же Маграбу?

–  А кому я там нужен?
– вздохнул Толстый Хряк, понурив огромную лысеющую голову - Здесь - дерьмо, но меня уважают, капитал кой-какой в "Архонтидах" накоплен… на старость! А в Маграбе самое большее, на что меня хватит, подставлять свое толстое пузо под фальчионы ухорезов ночных. Так ведь не молод уже я, не для меня кольчуга стражника! Не для меня… Вот облысею окончательно, станет мне сорок пять, да и уеду в Базилику. Или в Данарию, к родичам этой дуры… Нет, в Данарию не поеду. И дуру эту с собой брать не буду. Молоденькую возьму!

И говорил вроде Луций убедительно, даже кулаком для полноты ощущений по столу грохнул… А только ерунда все это. Никуда он не поедет. Стар уже, чтобы что-нибудь менять. Так и помрет здесь. Хорошо, если не от гадов здешних…

–  Что тебе надо-то?
– вскинул усталые, старые глаза подест по прошествии малого времени - Говори, пока я соображать могу!

–  Так что… -пожал плечами Юлий - Проводник мне нужен! Через Топи здесь пройти!

–  Самое узкое место -не самое проходимое!
– мрачно изрек Луций - Нет проводника!

–  Вообще нет, или для меня только?
– спокойно спросил Стриж - Мы ведь хорошо заплатим!

–  И вообще, и для тебя!
– все столь же мрачно возразил подест - Дерьмо я тебе не дам… Сам помрет и тебя погибнет, уберегу по старой дружбе. Из хороших последним Старый Фран был, но он вот уже две недели как в прах разлагается. На моих глазах Черный Гад его забрал… Даже сапог не осталось!… А сапоги добрые были, тройной кожи… Эх, жалко сапожек!

–  А где Гнилой Ставр?
– мрачно спросил Стриж.