Врата Валгаллы
Шрифт:
– ...и закрывался.
У Рубена не было никакого желания прерывать базар в эфире. Гм... а помощь-то их лишней не была. Кинжалы намертво увязли в стае уродов, выброшенных из недр вражеского АВ.
– Гады, – пыхтел Гросс на резервной волне. – Они держат нас, пока бомберы идут к планете! Где тебя носило?
– Запись потом посмотри, – огрызнулся Эстергази. – Пришли, как смогли. Вот только сперва раздолбаем твоих смертников, чтоб за спиной не маячили...
Уроды, не ожидавшие еще одной эскадрильи,
– Мда, – скептически сказал Йодль. – Как уважающего себя сперматозоида, меня эта штука совершенно не привлекает.
– Ты слыхал про долг? – хмыкнул Риккен. – К примеру, супружеский.
– Ладно, Шельмы, – окликнул их Рубен. – Мемориал Содда по глупым шуткам закрыт. Поехали. Парни... будьте осторожны. И бейте по дюзам.
При электронных турелях на корпусе АВ операторов нет. Разве что техник, следящий за их общим функционированием. Техник-то и увидел на мониторе, как несколько десятков звезд устремились к авианосцу беспорядочным клином, но прежде, чем оказаться в зоне поражения дальнобойных лазерных пушек, каждая из них удвоилась, сводя с ума системы нацеливания. Потом от их стаи отделились и вырвались вперед новые цели... Пошли торпеды. Аварийные системы подвергшегося атаке АВ заливались писком, оповещая об опасности, грозящей кормовым отсекам. Турели сосредоточили огонь на приближающихся объектах. Отличие лазерных орудий от плазменных в том, что они должны быть нацелены точно. Не заливать сектор огнем, а прошивать в точку раскаленной спицей. Учитывая обтекаемость и отражающую способность титаново-иридиевого покрытия Тецим, это обстоятельство давало им шанс.
Торпеды первого залпа были распылены на безопасном расстоянии от борта, и несколько крошечных корабликов, следовавших за ними, тоже превратились в огненные клубки, но нападающие дерзкие мухи перестроились, выпуская в первый ряд тех, кто еще не расстался со своим тяжелым вооружением. И дали еще один залп! Избранный ими участок АВ был снабжен слишком малым количеством самонаводящихся турелей для эффективного отражения четырех атакующих эскадрилий. Техник запаниковал и схватился за переговорную трубу.
– Чуть погоди, – сказали ему. – Есть для них кое-какой сюрприз.
Начальство давно проиграло битву с обычаем пилотов провожать свои торпеды витиеватыми напутствиями. Психоаналитики признали вредным все, что поперек человеческой натуры. Все, что выкрикивается в эфир во время боя – прощается.
У Рубена не было возможности проследить взглядом путь «своей» торпеды, а его персональный «друг», конечно, взорвался, и он уже отворачивал по крутой дуге, уступая Синим место отстреляться, как вдруг мгновенный блеск со стороны солнца привлек его внимание...
– Шельма – Кинжалу... видишь?...
– Что за... Мммаааать!
– Лидер – Шельмам, ВРАССЫПНУЮ НЕМЕДЛЕННО!
Для атаки на вражеский авианосец Кинжалы и Шельмы строились плотно. Для того, в основном, чтобы количество целей превысило возможности турелей. И торпеды противника, подкравшегося невидимкой со стороны огромного
– О нет! Лидер – Синему! Бента!...
Горящие обломки, Тецимы и «друзья» вперемешку, всё, что попало в радиус поражения, который оказался... большим. Рядом, в шлемофоне что-то схожее по смыслу, но гораздо сочнее орал Гросс.
Не задалось, значит. Только что они были охотниками, и вот уже вели бой за одну только возможность уйти. Еще одно звено... Думать об этом сейчас было почти невозможно. Думать о чем-либо вообще было совершенно невозможно!
– Тройка – Красному-Один. Старик отвалился.
Рубен выругался. Джонас определенно ему надоел.
– Подбери его, Магне. Один не выкрутится. Двойка – ведомым к Далену!
– Но, командир!... – возмутился Вале.
– ПРИКАЗ! – прорычал Эстергази, закладывая вираж и легко отрываясь от обоих.
– Тройка – Первому, понял, – обреченно сказал Дален. – Командир, вы того... осторожнее бы.
– Не первый год замужем!
Шнырять посреди боя, разбившегося на беспорядочные схватки, и постреливать, когда представлялась возможность снять урода. Рубен даже увлекся. Дело привычное, можно даже забыть об отсутствии ведомого за левым стабом. Забывать об этом, правда, не следует никогда.
– Кто-нибудь! – голос Гросса в ларингах вскипел паникой и злобой, – Отстрелите эту суку на...!
– Шельма – Кинжалу, что у тебя?
– Подцепил на хвост эту погань. Она с фиксацией цели!
– Флэши сбросил?
– Ясное дело! В ней, верно, детектор масс, на дурь не ведется!
– Дай пеленг. Я иду.
Умненькая торпеда. На «дурь» – контейнер, при отстреливании рассыпающий в пространство ложные цели – не повелась. Не отпустила Гроссов хвост. И теперь, оглушая эфир бранью и форсируя двигатели, Кинжал выбирался из боя. Чтобы коли уж взорваться, так своих не зацепить. Радиус поражения в куче легких Тецим был ужасен.
Рубен пристроился параллельным курсом.
– Отстрели се, Шельма, – прохрипел Гросс. – Чего ждешь?
– Я пустой.
Торпеду можно снять только торпедой.
– Черт, черт, черт!
– Катапультируйся, – подумав, предложил Рубен. – Я подберу.
– Ни хрена. Сгорим оба.
Перегрузка прижимала так, что даже вздохнуть подвигом казалось. Гросси выжимал из двигателя все, что мог, и по тому, как при равном ускорении было несладко Рубену, тоже едва ли мог пошевельнуть рукой. Или извилиной.
– Еще быстрее можешь?
– Спятил? Это... мощности ж не хватает! И предохранители не дают!
– Ладно! – внезапный приступ идиотского веселья охватил Эстергази, и на долю секунды он смолк. Быстрая, почти неуловимая глазом тень накрыла Гросса – он уходил от солнца – и тут же писк датчика, сообщавшего пилоту, что тот зафиксирован как цель, прекратился.
– Ты чист! – сообщил Шельма странно искрящимся голосом.
– Фууу! Что ты сделал? Аааа! Кретин, зачем...
– Шельма-Лидер – всем! Очистить коридор! Везу торпеду.