Враг врагов

Арьков Сергей

— Знаю, вас за сегодняшний день порядком утомили, — продолжила Элария, пройдя мимо него и остановившись напротив большого окна, за которым открывался вид на площадь.

— Если все это поможет разрешить возникшую ситуацию, я с радостью готов утомиться вдесятеро сильнее, — признался Ильнур.

— Ситуацию? — переспросила Элария.

— Я имею в виду Свиностаса, миледи.

— Ах, да. Свиностас.

Элария отошла от окна, остановилась и взглянула на Ильнура.

— Вы встречались с ним лично?

— Со

Свиностасом, миледи?

— Да, с ним.

— Признаюсь, что неоднократно. Это подлая тварь… прошу прощения, но иначе не скажешь. Так вот, это подлое существо просочилось в наш мир среди призванных добровольцев. Подумать только, я ведь….

Ильнур мотнул головой, как бы до сих пор не веря этому.

— Я ведь стоял от него в каких-то двух шагах. Мог просто протянуть руку и свернуть его тощую шею.

Кулаки Ильнура непроизвольно сжались, словно он пытался запоздало проделать озвученную процедуру.

— Вас никто ни в чем не винит, — мягко сообщила Элария. — Поверье мне. Сегодня вы наверняка выслушали немало упреков, и услышите их впредь, но не придавайте им большого значения. Знайте же — король в курсе того, что вы ни в чем не виноваты.

— Хотелось бы и мне сказать о себе то же, — с горьким вздохом признался Ильнур. — Но я все равно не могу отделаться от мысли, что мог разоблачить этого Свиностаса, мог догадаться, мог предотвратить. И тогда всего этого не случилось бы.

Элария подошла и опустила ладонь на плечо Ильнура.

— Не казнитесь, — попросила она. — Если то, что мне довелось узнать о Свиностасе, хотя бы отчасти, правда, у вас не было ни единого шанса остановить его.

— Вы знаете, кто он такой? — спросил Ильнур. — Или, вернее будет сказать, что он такое?

— Еще нет. Одно неоспоримо — он порождение какого-то черного и мрачного зла. Не в добрый час явился он в этот мир на погибель многим. Но сколько бы силен и коварен он ни был, против всей совокупной мощи сил добра ему не выстоять. Так что недолго ему осталось злодействовать и наслаждаться безнаказанностью.

Эти слова немного ободрили Ильнура. Но не вселили в него железной уверенности. Элария была великой и могущественной волшебницей, но она никогда не встречалась со Свиностасом. А уж он-то умел удивлять.

— Вам не стоит волноваться об этом нечестивце, — посоветовала Элария. — Со дня на день мы покончим с ним. Он недооценил нашу силу. Решил, что все сойдет ему с рук. Скоро он пожалеет об этом. Но я хотела бы поговорить с вами на иную тему. Вы, полагаю, догадываетесь, о чем пойдет речь.

Ильнур поджал губы и кивнул. Он догадывался — еще бы! С самого начал ему было ясно, что речь пойдет о Лауре и ее предательстве.

— Итак, — сказал Элария, — как же это случилось?

Ильнур беспомощно развел руками, а затем выпалил чуть громче, чем следовало:

— Да я понятия не имею! У меня скоро голова

лопнет. Я все пытаюсь найти причину. Ищу, ищу, а ее просто нет!

— Лаура имела безупречную репутацию, — заметила Элария. — Но не все можно отразить в отчетах. В каких вы были отношениях?

— В каких отношениях? — повторил Ильнур. — Ну, пожалуй, в дружеских. Точнее, это я так думал. Похоже, заблуждался.

— Только дружба? — прищурившись, спросила Элария. — Ничего большего?

— Нет. Ничего.

— Ни разу?

Ильнур прямо взглянул на волшебницу и ответил:

— У нас с Лаурой никогда не было близости, если вы об этом. Мы были друзьями, и только.

— Хорошо, хорошо, я вам верю. Но раз уж вы были друзьями, вы хорошо ее знали.

— Как выяснилось, не так уж и хорошо, — мрачно проронил Ильнур.

А затем поспешно добавил:

— Прослушайте, миледи, если бы были хоть какие-то признаки, хоть что-то… Но ничего не было. Ничто не предвещало ее предательства. Я уже не знаю, что и думать. Может, это какие-то темные чары. Не могли черные маги империи околдовать ее?

Элария задумчиво нахмурилась, сразу состарившись на десяток лет.

— Околдовать Лауру… Вот не уверена. Подобный трюк можно проделать с обычным человеком, да и то на это требуется время и силы. Но околдовать чародея… Нет. Лаура обязательно засекла бы эти попытки и предотвратила их. Да и потом, она ведь очень сильная волшебница. Чтобы околдовать ее, потребовался бы черный маг невероятной силы. А в Кранг-дане как раз сейчас негусто с такими специалистами. Нет, я не верю, что ее могли околдовать. Судя по всему, причина кроется в иной плоскости.

— В иной? — переспросил Ильнур. — Но в которой? С чего бы вдруг Лаура стала предательницей?

— Например, она могла внезапно разочароваться в добре и его идеалах, — предположила Элария.

Ильнур криво усмехнулся.

— Вас это забавляет?

— Нет, что вы, — поспешно произнес паладин. — Просто вы явно знали Лауру хуже, чем я. Поверьте — она последний человек, который мог бы разочароваться в идеалах добра. Я скорее допущу, что подобное случится со мной, чем с ней.

— И что же у нас остается? — спросила Элария. — Если исключить черную магию и идеологические мотивы. Подкуп?

— Лаура никогда не стремилась к богатству, — отмахнулся от этой нелепой версии Ильнур. — Она всегда вела скромный образ жизни, даже после того, как заняла должность верховной волшебницы Форинга. Захоти она разбогатеть, ей незачем было предавать Ангдэзию. С ее талантом и силой она могла бы вести в столице частную практику и купаться в золоте.

— Верно, — улыбнулась Элария. — Не говоря уже о том, что ее ждала блестящая карьера при дворе, куда она обязательно попала бы после нескольких лет службы в Форинге. То есть, жажду наживы мы тоже исключаем.