Враг мой

Крыжановская Елена Владимировна

Со временем два края стали отдельными соседними странами, хоть и помнили всегда о давнем родстве. Но вот что странно: стоит группе обычных людей уйти далеко от дома, пожить немного за морем или горами, изучить обычаи других народов, и привычная с детства магия, дар природы, уже кажется незнакомой темной силой. Неуправляемой и опасной. Так произошло с загорцами. В то время, как в Старой Тории одарённых считали божьим даром, ставили их во главе любого дела, загорцы — теперь уже «светлы», по имени своей новой столицы Светлограда, всё больше боялись тех, в ком проявлялся дар. Старались оттеснить их с высоких постов, потом — от учительства, потом вовсе признали их дар сомнительным. Ещё не дьявольским, но точно не «светлым».

Противостояние

одарённых и бездарных в обоих обществах ещё не дошло до угнетения и охоты на ведьм. Все помнили, дар может проявиться в любой семье, не угадаешь! Но если в Старой Тории, рождению одаренного ребенка радовались, им гордились, пусть даже кто-то и ворчал от зависти, то в новой Осветории дар считали тяжкой ношей, не хвастались им, настойчиво учили одаренных не высовываться.

Шли годы, шло разделение. Уже только старинные летописи могли с уверенностью напомнить людям, что две части древней Тории когда-то были одной страной и все они, одарённые или бездарные — торийцы, один народ, а не две странно смешавшиеся расы, как писали некоторые новые историки. Светлы отстаивали теорию, что если во многих поколениях одного рода дара не было, род — светлый, чистый, это хорошо. Но если вдруг дар проявился… ищи примесь чужой крови, просто так ошибки не бывает. Немало семей распалось, обвинив свои половины в супружеской неверности. Случались громкие скандалы, даже убийства. Но это ведь частные случаи, мало ли что бывает…

В исконной Старой Тории магический дар не просто уважали, он стал новым признаком аристократии, общества избранных. Одаренных мужчин стали звать «пэрами» — что значит, равный высшим, а женщин — «пэйри», чаровницами. Светлы в насмешку обзывали соседей магов «париями» — отбросами общества.

Сообщение было налажено отлично, торговля, массовые переезды тех, кому казалось у соседей жизнь слаще, были постоянными, и слухи прилетали без задержек. Большой обиды не было, каждый край считал себя всё равно лучшим, населенным высшим сословием. Но долго ли коротко ли, остаток древней Тории прозвали Пэйриторией. Так она числилась в летописях уже вторую сотню лет.

А напряжение росло. Мудрецы с обеих сторон предрекали: рано или поздно взорвётся! Мирная жизнь закончится! Грядёт катастрофа! Короли молились: «Только не в наше время, пусть попозже!» Но слишком многого каждый человек о себе не знает. Не угадает, когда и где ему суждено родиться или умереть.

Две страны жили как на вулкане. Старались лишний раз даже не думать о соседях, если их нет в пределах видимости. Наивная вера в то, что стоит закрыть глаза — и проблема исчезнет. Часть людей боялась войны, предчувствуя, что вот-вот их мирная жизнь уйдет безвозвратно. Часть легкомысленно отмахивалась от мрачных мыслей, но где-то в глубине все понимали, что ничего не смогут сделать, чтобы не началось. И умоляли: «Только не сейчас!»

Но, как всегда бывает, горе пришло, когда не ждали.

4.

* * *

Взорвалось, когда у короля Пэйритории не нашлось достойного наследника. Умирая, старый король передал власть кругу пэров — самых одаренных магов королевства. Пусть правят сами, на то они и равные высшим. Как-нибудь справятся.

Народ не возражал, соседям было не до того. Увы, у короля Осветории Борислава, хоть он намного моложе соседа, тоже слишком долго не было наследника. Даже девчонки! Никого. И вот, о счастье, ликует Светлоград, родился наследный принц. Мальчик! Будущий король!

Не успели отзвучать праздничные колокола, не допил народ хмельную медовуху и что покрепче за рождение наследника, как вся Осветория погрузилась в глубокий траур. О, горе, любимая королева, славная красотой и добротой, умерла меньше, чем через сутки после рождения сына. Болтают, что ее отравили,

но как? Яда в крови не нашли. Принц тоже в опасности, придворные лекари борются за его жизнь, король в отчаянии. Какой тут праздник!

Принц Светодар выжил. Но его отец официально заявил, что злые чары отняли его жену и чуть не лишили королевство наследника. Масла в огонь подлили слухи, что потерявшие династию «парии», позавидовали счастью Осветории, может, и правда пытались извести королевский род?

В гневе король Борислав одним махом лишил всех своих одарённых подданных прав и открыл охоту на ведьм. Кого убили, кого отправили в тюрьму. В ком не находили никакой вины и у кого нашлись свидетели защиты, тех выслали за пределы Осветории.

Многие сами бежали за реку. Контрабандисты обеих стран озолотились, водя караваны беженцев тайными горными тропами. Сперва беглецов не преследовали, потом ловили для проверки. За двадцать лет новых порядков «парий» уже считали недостойными жизни, как бы они ни использовали свой дар. Специально созданная служба ОКОС — Отделение Контроля Определения Способностей, стало главнее всего совета министров. Его начальник, герцог Тузор, уже двадцать лет — главный советник короля и наставник молодого принца. Гвардию Тузора в народе звали «косарями». Они следили за всеми, собирали сведения, мигом распознавали бунтовщиков и укрывающихся «парий», и применяли силу. Косили всех недовольных. Поначалу «косари» отбирали одаренных детей у родителей и воспитывали их под строгим контролем государства. Потом спецшколы «парий» закрылись, а куда пропадали дети — неизвестно. Люди подозревали худшее, ведь за проявленный дар уже полагалась смертная казнь — костёр! За укрывательство «парий» любого пола и возраста светила каторга.

«Завинтив гайки» дома, король Борислав и его верный Тузор, поняли, что проблему всё равно не решить, если не раздавить огромное гнездо ядовитых гадов под боком, рассадник «парий», вражескую Пэйриторию!

Пока принц был мал, над ним так тряслись. чихнуть боялись, было не до большой войны. Но Светодар вырос — тьфу, тьфу, здоровым и крепким, с явным талантом к военному делу. Смерть королевы всё ещё требовала отмщения. Дурной пример соседей мог плохо повлиять на общество светлов. И три года назад Борислав выслал оскорбительную ноту кругу пэров, потребовав отдать ему столицу древней Тории и трон императора! Презренные «парии», покушавшиеся на его семью, никак не достойны этого трона и его славной истории. Да им трон и не нужен, королевской династии у них больше нет!

Война так война, маги были уверены в своих силах. Пэры думали, сами стены древнего Тора, сама земля будет на их стороне. Трон императора (хоть и пустой), пока не осквернён, должен защищать своих потомков, как центр законной власти в стране. И, тем не менее, Осветория захватывала селение за селением, город за городом и дала уже несколько сражений у стен столицы. Отряды светлов отлавливали «парий» и казнили на месте. Сдавшихся в плен сортировали «косари». ОКОС проверял всех и бездарным даровал жизнь и новое гражданство. Там, где жители не могли обороняться, край будто вымер, все бежали в крупные города, под защиту их стен. Но и там приходилось тяжко.

Только столица древней Тории ещё держалась. Оборонялась сами и посылала на выручку своим людям большие отряды. Но отбивать врагов становилось всё труднее. Летучие отряды конников Осветории шастали как у себя дома. Никто не знал, где они появятся в следующий раз. Их воины казались неуязвимыми для боевых заклятий. Последние разработки военной магии соперничали с антимагическим оружием.

Технологии с обеих сторон до первой битвы казались непревзойденными. Но если не поражали врагов в бою и недостаточно защищали своих, быстро изменялись. Лучшие ученые, мастера, инженеры обеих стран день и ночь трудились над расчетами нового оружия и неуязвимой брони.