Враг моего врага
Шрифт:
Вдруг ритмика обстрела переменилась. Прошла минута… Еще одна… И еще пару минут… Но гулкого, ухающего, бьющего по перепонкам разрыва, вызывающего заметное сотрясение почвы, почему-то не было.
– Все, кажется… – сказал один из «пвоошников». – Ну че, вылазим?
– Думаешь, закончили обстрел? А чего это?.. Чего за звук такой?! – свистящим шепотом произнес второй номер. – Слышишь?
И этот его свистящий шепот вдруг перешел в громкий, ширящийся, нарастающий, резонирующий по всему телу, вызывающий неодолимую дрожь от макушки до пят жуткий звук – как будто
И оно, небо, действительно раскололось, обрушившись смертоносным огнем и металлом на головы большинства из тех, кто находился в укрытиях на вершине высотки. Авиабомба «КАБ-500КРИ», «пятисотка» с экспериментальной ГСН, сброшенная с зашедшего с северо-востока на бомбометание «Су-25», угодила точно в «яблочко»!
Пилот «грача», сбросив на оборудованный на сарабукской высоте объект грузинов полутонный «гостинец», заложил на критических углах крутой вираж, так и не войдя в зону поражения «буков». И тут же лег на обратный курс!
В этот момент сразу нескольков спецов из состава расчетов грузинской ПВО (станции РЛС не излучали, данные по целям поступали от «внешнего» источника, от висящего где-то над Черным морем «Авакса» и от спутников) в сердцах выругались. Кто на местном наречии, кто на суржике, а кто и на английском!
В первый день войны в зоне конфликта силам грузинских ПВО, не без технического содействия «старшего брата» и украинских спецов, работающих на поставленных «кумом» Саакашвили ЗРК «Бук-М1», удалось сбить два штурмовика «Су-25» русских.
Но завалить еще одну «сушку» в этот вечер не получилось: заряжать ракетами ближних к Гори ПУ ЗРК «Бук-М1» на догонных курсах по стремительно уходящему из зоны поражения «грачу» было затеей абсолютно бесперспективной…
Джипы шли с подсиненными фарами, порой замедляя ход до скорости пешехода.
Передовым теперь двигался командирский «Лендровер». Как Алан находит дорогу в этой местности, Мокрушин мог лишь гадать. Тут-то и днем сложновато на автотранспорте передвигаться, даже на внедорожнике, а уж про темное время нечего и говорить.
– Суки! – процедил вдруг сквозь зубы Джиоев. – Не-на-ви-жу! Видел ту девушку, командир?! За такие вещи бульдозерами их деревни снесем! Устроим им, блядь, «чистое поле»!
«Трагедия… – подумал Мокрушин. – У парня в жилах есть чуток и грузинской крови. И вот теперь – воленс-ноленс – после увиденного в Сарабуке ему придется раз и навсегда решить для себя, с кем он в этом древнем конфликте. Впрочем, Алан уже давно сделал свой окончательный и бесповоротный выбор…»
– Видел, не слепой! – сказал Рейндж вслух. – Спокойно, Георгий… Я все понимаю, но сейчас не время для эмоций!
Рустам не участвовал в их беседе; держа возле уха наушник, он прослушивал радиообмен на волнах, используемых грузинами, – у них имеется соответствующее оборудование для сканирования УКВ-волн.
– Что там, Руст? – не оборачиваясь, спросил Мокрушин. – Что говорят?
– Верещат, как хор педерастов, да, – подал реплику Рустам. – Га-аварят, что на
– Вот как? – Рейндж усмехнулся. – Мы пока разворачиваемся, настоящая «кузькина мать» еще только на подходе! А они, говоришь, уже «верещат»?
– Летуны точно в блы-ындаж попали! Ха-арошую наводку мы им дали!
– Они бы и без нас управились, – с некоторой долей добродушия заметил Рейндж. – Но, учитывая, что возле Гори у гоблинов стоят где-то на скрытых позициях «буки», вариант с наводкой оказался в тему! Заложились на результат с двойной гарантией! И по месту точнейше указали, и прибор-излучатель поставили! Сработало…
– А вот другой грузын… Позывной «Вепхви», тигр, по-русски! Он только что сказал… Сказал, что на школу в Ванати падают «искандэры»! И что у них… да, много убитых и раненых!.. Так и га-аварыт: нас тут ракэтами обстреливают!
– Фургон рванул?! Должно быть, и пункт боепитания разнесло, разметало!
– Этот «Вепхви» не тигр, а заяц! Верещит па-а радио: «Нас тут ракэтами забра-асали!» О-от же ыдийот!
– Значит, грузины подумали, что их обстреливают «точками» или даже «искандерами»? Good… Руст, а про «русских диверсантов» кто-нибудь что-нибудь вякает в их эфире?
– Н-нэт! Ни слова!
«Отлично! – подумал про себя Мокрушин. – То, что грузины не связывают обстрел из «саушек» и смертельный гостинец, сброшенный «грачом» на сарабукскую высоту, а также мощный взрыв возле школы, наверняка приведший к детонации сложенных на площадке боеприпасов, бойцам «четверки» только на руку!..»
Гористая местность к юго-востоку от ТрансКава, необыкновенно чудесная, радующая глаз дивными видами в любой погожий летний день, сейчас, поздним вечером, казалась совершенно дикой, безлюдной, безжизненной.
Горные деревушки, в которых насчитывается по десятку дворов, а иногда пять или три дома, словно вымерли в этот первый день августовской войны.
Километрах в восьми на север от Ванати им попалась на глаза выгоревшая дотла машина: «девятка» или какая-то малолитражная иномарка, определить точней не представляется возможным. Чуть дальше этого места, частично перегораживая дорогу, стояла брошенная «Нива». С виду машина казалась целой и невредимой. Но что-то ведь заставило водителя и пассажиров, если он ехал не один, бросить свой транспорт посреди дороги…
Возле бесхозной «Нивы» пришлось задержаться на несколько минут: надо было убедиться, что тачка не заминирована. Два сотрудника, имеющие, среди прочего, квалификацию саперов, осмотрев транспорт, откатили его в сторону, освобождая группе проезд.
Горная дорога, по которой и в мирное-то время не всякий решится проехать, теперь была абсолютно пустынной.
Людей тоже не было видно. Если какая-то живая душа и пыталась выбраться этим вот путем, в район Дзау или на трассу, из разгромленных грузинами Сарабуки и Дменис, то они явно предпочитали держаться подальше от дорог. И уж тем более не пытались остановить следующие в сторону Цру и поворота на ТрансКав армейские джипы…