Врачевальная 13
Шрифт:
Я приблизилась, ступая легко и бесшумно. Мои шаги не нарушали тишины кладбища, словно я сама была частью этого места, частью его истории. Остановившись на расстоянии нескольких метров, я решила заговорить тихим, успокаивающим голосом.
– Почему ты плачешь, душа?
– мой голос прозвучал среди могил бархатным эхом.
– Она приходит сюда каждые двадцать лет. Она призрак, привязанный к камню дома, под которым похоронена очень давно. Но в один из дней проклятье ослабевает и отпускает ее сюда - побывать на могиле ее мужа и детей. Мне кажется, что
За мной стояла незнакомка. Одета она была в готическом стиле. Черный бархатный корсет, шнуровка которого подчеркивала ее хрупкую талию, сочетался с длинной юбкой из тяжелого шелка, словно сотканного из самой ночи. Кружева на манжетах и воротнике старинной блузы вторили бледности ее кожи, а серебряные украшения, змеящиеся по пальцам и шее, мерцали в лунном свете, как осколки звезд, упавших на землю. В руках она держала посох из отполированного черного дерева, увенчанный черепом ворона, чьи пустые глазницы, казалось, вглядывались в саму душу.
Ее лицо, обрамленное темными, волнистыми волосами, было одновременно пугающим и притягательным. Высокие скулы, тонкие губы, тронутые легкой усмешкой, и пронзительные серые глаза, способные увидеть сокрытое от глаз смертных, свидетельствовали о долгих годах, проведенных в изучении тайн жизни и смерти. Вокруг веяло ароматом ладана и сухих трав, окутывая ее аурой загадочности и власти. Она не просто шла по кладбищу, она парила над ним, словно дух, веками охраняющий это место.
– Позволь представиться - Елена, и далеко не прекрасная…! Вижу, ты, как и я, чувствуешь отголоски прошлого.
– Ее голос, низкий и бархатный, обволакивал словно мягкая паутина, маня в неизведанные глубины. – И, смею предположить, не просто так бродишь в сумраке между могил.
– Марьяна… Да, я пришла навестить своих предшественниц и услышала тихий плачь, он и привел меня сюда, – ответила я девушке, от нее не веяло опасностью, только каким-то далеко не легким сумасшествием.
– Рада знакомству. Жаль, что твоя предшественница скончалась. Она была отличной теткой, хоть и с непростым и несговорчивым порой характером. Ты с Главой же знакома нашим? – спросила она.
– С Ингваром нельзя не познакомиться: если ему надо - он сам в закрытое окно влезет. Ты тоже в Подземье живешь? – если она сказала нашего главу - значит либо она из поселка, либо тоже из тринадцатого сектора.
– Это ты точно подметила про Ингвара - он… Да, я тоже живу в Подземье в родовом доме, как и многие поколения до меня. Я ведьма. А точнее - ведьма-некромант, - ответила Елена и замерла, ожидая моей реакции.
– Хм… не испугалась.
– Нашла, чем пугать. Еще несколько дней назад до всего этого врачевания, я работала в больнице патологоанатомом, - моя психика явно привыкла к происходящему вокруг и стала воспринимать все это, как норму.
– Ого, круто! Ты вскрываешь мертвецов, я их поднимаю! Думаю, мы подружимся. А теперь мне пора помочь этой женщине. Хочешь, подожди меня,
– Да, хорошо. Заодно расскажешь историю этой несчастной, – хоть кто-то из девочек появился в знакомых, а то меня прямо окружили тестостероном, не считая вечно занятой белочки.
– Легко! Если хочешь, можем поднять кого-нибудь по дороге. Поболтать!
– я не была уверена, шутила она или серьезно, поэтому решила ответить уклончиво.
– Посмотрим по настроению, - и села на выступ склепа, который мне показался максимально удобным для того, чтобы присесть и заодно понаблюдать за происходящим.
Глава 38
Холод пронизывал до костей, несмотря на то, что я было тепло одета. Я сидела, съежившись, у холодной стены склепа, наблюдая за развернувшимся передо мной кошмаром. Елена начала приготовления к ритуалу, расставила свечи, разложила травы, и перед ней появился гримуар. Под ее ногами, как огромный портал, засветилась магическая печать. Я сама лечила с помощью магии, но еще не видела, как все это выглядит со стороны. И вот, я наблюдала это своими глазами.
Женщина, чьи рыдания разносились по кладбищу, стояла над тремя очень старыми могилами – двумя детскими и одной взрослой. Ее полупрозрачное лицо, искаженное горем, казалось, настоящим, хоть и было будто соткано из тумана. Елена двигалась вокруг нее, словно хищник вокруг добычи. Пламя свечей, расставленных по кругу, плясало, отбрасывая жуткие тени.
Ведьма начала читать заклинание. Голос ее, хриплый и дребезжащий, казался чужим, инородным. С каждым словом, земля под моими ногами дрожала все сильнее. Я видела, как женщина над могилами замерла, словно статуя, и ее рыдания стихли в предчувствии чего-то невыразимо ужасного.
Из могил начали подниматься кости. Сначала отдельные обломки, потом целые скелеты, источенные временем и землей. Я зажмурилась, потрясла головой, так как в происходящее было все еще сложно поверить. Любопытство, словно магнит, заставило меня открыть глаза снова. И тогда я увидела их. Сквозь кости, словно туман, проступали образы. Два маленьких мальчика, держащиеся за руки, и высокий мужчина с печальными глазами. Они смотрели прямо на плачущую женщину, и в их взглядах было столько тоски и любви, что у меня перехватило дыхание. Это были ее дети и муж. На мгновение мне показалось, что они вот-вот сделают шаг навстречу, но… заклинание продолжилось.
Ведьма замолчала. Последнее слово растворилось в ночном воздухе, и свечи разом погасли. Тишина, наступившая после какофонии заклинания и рыданий, давила своей тяжестью. Скелеты застыли, удерживаемые невидимой силой, а призрачные фигуры за ними, казалось, пытались вырваться, протестуя против удержания в этом мире.
Ведьма повернулась к женщине. В ее глазах не было ни капли сочувствия. Грубая рука сомкнулась на плече безутешной вдовы.
– Выполни свою часть сделки, – прошипела ведьма, и в ее голосе не было и намека на человечность.