Впусти меня в сердце
Шрифт:
Что происходит между мной и Сергеем? Как назвать наши отношения? Нет ответа на этот вопрос. Мы никогда не говорим ни о чувствах, ни о статусе, ни об обязательствах, ни о планах. Между нами – секс. Много. Часто. Горячо. На грани безумия. Далеко за гранью ханжеской морали. Границы допустимого раздвинуты настолько, что иногда сомневаюсь, что я – это я. Будто дорвались друг до друга после долгой разлуки и безуспешно пытаемся насытиться.
Кто я ему? С ритмом жизни Долинского иметь дома постоянную женщину – удобно.
Я его ревную… К работе, к прошлому и даже настоящему. Мне отчаянно не хватает простого общения с ним. Мне хочется красивых слов и романтичных жестов, конфет и цветов, ухаживаний и свиданий. Хочется чувствовать себя необходимой и любимой не только в постели.
Привыкаю к тому, что имею. К головокружительным ночам. К заботе. К его неулыбчивому лицу. К его боли. К командам, которые нужно выполнять во избежание скандала. К приказам, которым приходится следовать неукоснительно. К его периодическим срывам.
Учусь жить рядом с его прошлым, с краешку, осторожно, чтобы не задеть ненароком. Пытаюсь мириться с тем, что никакого другого места в его жизни мне не отведено.
Это непросто. Иногда больно и обидно.
С Сашей было всё иначе… Было и уже никогда не будет…
Надюшу Сергей обожает и заботится о ней как о родной. Это видно невооружённым глазом и вполне объяснимо, учитывая его бэкграунд. И малышка в полной мере отвечает ему взаимностью. А что будет дальше?
В июне мы втроём отправляемся к морю. Кажется, впервые с начала войны мне удаётся по-настоящему расслабиться и полной грудью вдохнуть жизнь.
Солнце, тёплая вода, белоснежный песок. Потрясающе красивые горы. Мы много купаемся в море. С Надюшей в слинге или на коляске ежедневно преодолеваем пешком большие расстояния. Берём напрокат велосипеды и катаемся вдоль бескрайней водной глади.
Сергей немного расслабляется, смягчается. Напряжённые складки на лбу разглаживаются. Он выглядит моложе, разговаривает спокойно, не повышает голос и даже улыбается. Ему тут тоже хорошо… И я почти счастлива.
– Полетаев притих. Думаю, понял, что здесь ему ловить нечего. Я и не таких давил, – выхожу из душа и слышу уверенный голос Долинского.
Наш отпуск завтра заканчивается. От этого немного грустно. Но дома нас обоих ждёт работа.
– Нет, не думаю, – продолжает разговор по телефону Сергей. – Без шансов. Я никогда этого не подпишу, – ненадолго умолкает, слушая собеседника. – У него против нас ничего нет, это просто смешно. Мой человек в администрации держит руку на пульсе. Я в курсе каждого его шага в нашу сторону. Подозреваю, он оставил эту идею как бесперспективную. По крайней мере, уже недели две он занимается окучиванием других участков.
Наконец Сергей сбрасывает и оборачивается. Знаю, что не станет отчитываться о разговоре. Всё, что касается работы, он держит в себе.
Обводит меня взглядом. Глаза привычно темнеют и прищуриваются.
– Что-то ты долго. Ложись. Я на пять минут в душ и к тебе, – целует меня, многообещающе проводит рукой по спине вниз и уходит в санузел.
Наша последняя ночь в отпуске полна нежности и удовольствия. Парю…
На рассвете начинается гроза. Сергей вскакивает и плотно закрывает балконную дверь. Тёмное небо рассекают яркие молнии.
– Смотри, какими спецэффектами море прощается с нами, – говорит с улыбкой. – Думаю, в сентябре нужно выкроить недельку и вернуться сюда. Очень уж удобные у них кровати.
Сентябрь – это будущее. Он планирует его? Уверен, что мы будем вместе?
* * *
– Поля, мне срочно нужно съездить в столицу, – Сергей сообщает как-то в обед по телефону. – Ты можешь поехать домой и собрать мне сумку? Я заеду за ней через пару часов.
Вопросов не задаю. Конечно, я всё сделаю. Отпрашиваюсь с работы, благо Шевчук с пониманием относится к таким уходам. Мчусь домой, чтобы успеть упаковать бельё, рубашки, умывальные принадлежности. Долинский непременно должен выглядеть с иголочки, он не признаёт никаких компромиссов.
– Я буду скучать, – прижимаюсь к нему, прощаясь. – Не люблю, когда ты уезжаешь.
– Малыш, я скоро вернусь. Всё решу – и сразу к тебе, – шепчет напряжённо и целует снова и снова. – Всё, бегу, времени совсем нет.
Он уезжает. Так, как делал это уже не раз. Но сегодня мне как-то особенно не хочется его отпускать.
Я теперь не люблю ночевать в одиночестве. Привыкла спать, обнимая широкую спину Сергея или нежиться в его объятиях. Как быстро он стал мне необходим…
Глава 14
На ночь, чтобы отвлечься, читаю любовный роман и реву в три ручья. И ведь ничего страшного в книге не происходит, просто расчувствовалась и распереживалась за главную героиню.
Сентиментальная стала в последние дни, на всё реагирую остро, обижаюсь по пустякам. И постоянно тянет плакать из-за любой ерунды. Накануне месячных так иногда бывает, но что-то это состояние затянулось, да и красные дни календаря никак не наступают, хотя должны.
А ведь как удачно было бы – как раз пока Сергей в командировке…
Начинаю волноваться. Поначалу даже мыслей о возможной беременности не допускаю, но в течение дня беспокойство нарастает.
Мы предохранялись, но… Ни одно средство контрацепции не даёт стопроцентного результата, и неожиданные “сюрпризы” судьбы случаются. По статистике, почти половина всех беременностей в развитых странах – незапланированные.