Вполне нормален

Секстон Мари

– Послушай, мне нужно идти. Я вернусь завтра утром, чтобы забрать ее. А ты пока позаботься о ней вместо меня. И наслаждайся ею.
– Он вылез из машины и закрыл дверцу, затем наклонился, чтобы улыбнуться Кейси через открытое окно.
– Я серьезно, - сказал он, подмигивая.
– Наслаждайся ею, как хочешь. Только не оставляй следов от члена на сиденье.

С этими словами он ушел, а Кейси остался сидеть в этой идеальной, великолепной машине, размышляя, можно ли умереть от смущения.

ОСТАТОК утра прошел как в тумане. В полдень Кейси отправился домой пообедать. Он жил в трейлерном парке,

который был небольшим и безопасным, хотя и не совсем чистым. Ему даже нравились его соседи - пожилая латиноамериканка с одной стороны, у которой было, по меньшей мере, три кошки, и семейная пара средних лет, живущая в одиночестве, с другой. Конечно, он не слишком много с ними общался, но все были дружелюбны. Правилом парка, казалось, было «живи и давай жить другим». Кейси ценил этот девиз.

Сам трейлер был уютным и комфортабельным, и в нем было достаточно места для него и Бандита, который, как всегда, радостно приветствовал его, бешено крутясь у его ног. Бандит был помесью австралийской пастушьей собаки. Кейси взял его к себе, спасая, двумя годами ранее, и, несмотря на несколько изжеванных ботинок, он ни разу об этом не пожалел. Кейси был так занят, здороваясь с псом, что не сразу заметил мигающий огонек на телефоне, лежащем на кухонном столе, указывающий на новое голосовое сообщение. У него упало сердце, и он тихо выругался. Ему вообще редко звонили - вот почему его вполне устраивал старомодный городской телефон, - и только один человек оставлял ему голосовые сообщения: его брат Ричи.

Ричи был средним из трех его старших братьев. Старший, Роджер, никогда не проявлял никакого интереса к Кейси. Младший, Род, умер два года назад, вскоре после смерти их отца. С тех пор Ричи постоянно звонил ему и оставлял сообщения. Обычно он был немногословен. Просто: «Я был бы рад тебя услышать, малыш. Позвони мне, как сможешь». Но Кейси никогда не отвечал на его звонки, даже когда он был дома, и он никогда не перезванивал. После многих лет, проведенных в роли изгоя, он не мог заставить себя принять внезапное желание Ричи стать ему настоящим братом.

– Пошел он нахуй, - сказал Кейси Бандиту, который в знак согласия стукнул хвостом по полу.
– Он нам не нужен.

И оставил лампочку мигать.

Вернувшись в гараж, он быстро забыл о Ричи. Все, о чем он мог думать, это машина Брэндона. День клонился к вечеру, и Кейси каждую минуту старался не зацикливаться на «Шеви». Она была великолепна. Идеальна. И он знал, как приятно было бы запереться в ее темном салоне и отдаться своему возбуждению.

На своей предпоследней машине за день, скучной старой «Хонде Аккорд», Кейси застопорился, не торопясь, поглядывая на часы и не совсем понимая, что он делает. Он сказал себе, что не пригнал пока машину, потому что не хотел привлекать внимание съемочной группы «Войны гаечных ключей». Но это была только половина правды.

– Ты в порядке?
– Спросил его Тони без четверти пять.

– Конечно. А что?

– Я не знаю. Ты сегодня какой-то не такой. Не в себе, понимаешь?

– Я в порядке.

Тони кивнул, вытирая грязные руки тряпкой.

– Не хочешь после работы выпить пива?

Рабочие боксы были рассчитаны на пару механиков. Бокс Кейси находился в конце, что означало, что у него

был только один сосед, и этим соседом всегда был Тони. За почти три года Кейси редко обменивался с ним чем-то большим, чем просто вежливыми любезностями, но это не мешало Тони пытаться. Тони часто приглашал его в бар выпить, но Кейси всегда отказывался. Он не очень хорошо ладил с людьми. Разве его папа всегда не говорил ему об этом? Он был еще менее согласным, когда дело касалось баров и толпы людей. Он всегда думал, что, в конце концов, выставит себя дураком, и тогда его работа, которая всегда была его убежищем, внезапно превратится в ад, потому что он потерпит неудачу на глазах у Тони.

Нет. Лучше не отсвечивать и не высовывать носа. Так всегда говорил его отец.

– Я немного отстаю. Решил задержаться и закончить с «Шевелль».
– Вот почему он так медленно чинил «Аккорд». Он хотел побыть наедине.

С машиной.

Насколько это было глупо и нездорово?

– «Шевелль»?
– Спросил Тони.
– Это та старая серебристая, которую привезли раньше?

Старая серебристая. Кейси опустил голову, чтобы скрыть улыбку. Тони был хорошим механиком, но не настоящим автолюбителем.

– Это не просто машина. Это «Шевелль СС 454».

Тони хмыкнул.

– Как скажешь, чувак. Уверен, что не хочешь пива?

– Может, в другой раз.
– Хотя он и представить себе не мог, что когда-нибудь примет приглашение этого человека.

– Как хочешь.

Кейси ждал, пытаясь скрыть свое нетерпение, пока Тони, Реджи и другие механики выключали свет - во всяком случае, у всех, кроме рабочего отсека Кейси, - и запирали двери, а затем, наконец, помахали на прощание и ушли. Даже тогда, когда они уехали, Кейси стоял со вспотевшими ладонями и учащенным пульсом, пытаясь решить, что делать с машиной.

Просто почините ее. Не будь груб ым. Не будь ненормальн ым . Почини индикатор и иди домой.

Но мог ли он это сделать?

Его руки дрожали, когда он загонял машину в свой рабочий бокс. Он выключил зажигание и вышел, чтобы закрыть дверь гаража, оставив в тишине себя и коварную «Шевелль». Он стоял, уставившись на нее, испуганный и взволнованный одновременно. Она была могущественной соблазнительницей. Кейси вытер ладони о грязные джинсы.

– Просто починить ее, - произнес он вслух.
– Это все, что тебе нужно сделать.

Как только он взялся за дело, оно оказалось простым и, как он и сказал Брэндону, заняло у него всего несколько минут. А затем перед ним открылась ночь, полная возможностей.

Он не должен. Он знал это. Он не должен был поддаваться своим странным желаниям. Это было вредно для здоровья.

С другой стороны, кому он причинит боль? Единственным человеком, который мог возражать, был Брэндон, и он практически дал ему свое благословение.