Возвращение
Шрифт:
Едва начав шептать заклинание, Фарон ощутил знакомое покалывание в мозгу. Он сразу узнал его, и по телу его пробежал куда более ощутимый трепет. Он оборвал заклинание, в восторге от того, что демоница снова нашла их.
«Рада нашей встрече, Мастер Миззрим», — бархатистым ментальным голосом промурлыкала Алиисза в его мозгу.
При этом нежном прикосновении ее разума к его Фарон, сам того не желая, расплылся в улыбке, словно ученик-первогодок. Хотя маг знал, что у нее есть свои причины следить за ним и его спутниками, он не мог отрицать, что
«Алиисза, дорогая, — отозвался он, — мы все время встречаемся в самых странных местах».
«Это времена странные, милый, — ответила Алиисза. — А странные времена рождают странные связи».
«Хотелось бы надеяться», — передал он и улыбнулся еще шире.
Змея, что наблюдала за магом, зашипела в ответ на его улыбку. Фарон взял себя в руки и посмотрел поверх змеи.
Впереди, в туннеле, на расстоянии броска камнем, он видел очертания мускулистой фигуры Джеггреда. Дреглот сидел скорчившись, лицом к туннелю, его широкая спина, обращенная к Фарону, вздымалась и опадала в такт его зловонному дыханию. Фарон не мог сказать, спит ли дреглот или бодрствует. В отличие от дроу, Джеггред нуждался в настоящем сне.
Квентл и Данифай пребывали в Дремлении, хотя вид у обеих был сердитый. Это порадовало Фарона. Ему оставалось только разобраться со змеями Квентл.
«Жрицам, которых ты сопровождаешь, на отдыхе явно не по себе», — заметила Алиисза.
«Это наша родовая черта», — ответил он саркастично, как всегда.
«Просто им нужно сначала немножко от чего-нибудь устать», — сказала алю.
«От чего-нибудь?» — переспросил Фарон, прикидываясь оскорбленным.
Алиисза рассмеялась.
«Что такое Йор'таэ?» — спросила она.
Этот вопрос заставил Фарона вздрогнуть, но благодаря долгой практике это не отразилось ни на его лице, ни на лежащих на поверхности мыслях. Как вообще Алиисза узнала про Йор'таэ?
По-видимому, чувствуя его смятение, змея, следящая за Фароном, издала тихое шипение. Маг сделал вид, что не услышал его, и поудобнее устроился на камне.
«Откуда ты знаешь это слово?» — спросил он.
Алю шаловливо погладила ментальными пальчиками его мозг.
«Оно гремит на все нижние Уровни. В ветре, в воплях пытаемых душ, в бурлении кипящей воды. Что это такое, дорогой?»
Фарон не услышал в ее голосе ничего, кроме обычной хитрости, поэтому ответил правду:
«Йор'таэ — это Избранная Ллос».
«Ох! — откликнулась Алиисза. — И которая же это, красотка или дылда с плеткой?»
Фарон мог лишь покачать головой.
«А может, и не та, и не другая», — добавила Алиисза.
Это Фарон оставил без комментариев, хотя ее заявление обеспокоило его. Слова ее слишком перекликались с его собственными недавними мыслями. Он решил сменить тему.
«Где ты?» — спросил он.
«Я невидима. Посмотри вокруг и найди меня, — ответила она, мысленно улыбаясь. — Найдешь — получишь приз».
Простым усилием воли Фарон переключил свое зрение на то, чтобы видеть невидимые предметы
«Ты победил», — сказала она.
Алиисза в соблазнительной позе опиралась на стену туннеля, выгнув спину, отведя назад руки, распустив крылья настолько, чтобы обнажить свое гибкое тело — чувственный изгиб небольшой груди, длинные ноги, округлость бедер. Ее длинные эбеновые волосы струились по спине. Она смотрела на него и улыбалась. Ее мелкие зубки показались Фарону очаровательнее, чем он готов был признаться.
«Мои приветствия, леди, — сказал он. — Я мигом».
«Невежливо заставлять даму ждать, — отозвалась она. В голосе ее звучала улыбка. — Тебе придется искупить свою вину».
«И опять-таки, Алиисза, — ответил он, — хотелось бы надеяться».
Она хихикнула, и это прозвучало разом и по-девчоночьи, и соблазнительно-сексуально. Фарону это показалось восхитительным. Он бросил взгляд на следящую за ним змею. К счастью, он знал, как создать иллюзию, не требующую никаких материальных компонентов.
Шевеля лишь пальцами и тихонько шепча, он сотворил замысловатое заклинание. Магия накрыла все пространство, в котором он находился. Змее будет казаться, что Фарон остается на своем камне, глубоко погрузившись в Дремление, в то время как настоящий Фарон под прикрытием иллюзии сможет заниматься чем угодно в границах действия заклинания.
Закончив его, он взглянул на змею — по Кворре непохоже было, чтобы она заметила что-нибудь неладное, — и бесшумно поднялся на ноги. Взгляд змеи по-прежнему был устремлен на иллюзию, на поддельного Фарона.
Улыбаясь, маг вытащил из кармана клочок овечьей шерсти и прошептал заклинание, делающее его невидимым, — необходимая предосторожность, поскольку, когда он покинет зону действия магии, иллюзорный образ не будет больше укрывать его. Он знал, что текущая в Алиисзе кровь демонов позволяет ей видеть невидимые существа, так что у нее не будет проблем с тем, чтобы разглядеть его.
Алиисза у него в мозгу хихикнула снова, и от этого звука по телу его словно пробежал разряд. Странно, что присутствие демона — хотя бы и красивого — доставляет ему такую радость.
«Ловко, милый», — сказала она.
Он тихонько двинулся по туннелю к ней, оставив позади образ себя, лежащего на камне и погрузившегося в Дремление.
«Боги, но ты же выглядишь просто ужасно!» — воскликнула она, когда он подошел ближе.
Он знал это. Он прошел через Глубины Тени, через Абисс и Паутину Демонов и ни разу не мылся. С помощью магии он устранял неприятный запах и латал одежду, но только на это и хватало малых заклинаний.
«Путешествие было не из простых, — пояснил он. — Может, иллюзорный Фарон тебе больше понравится?» — Он ткнул пальцем в сторону выхода из туннеля.