Возвращение

Говда Олег

Ну и что дальше? Привечать, бить или — драпать?

— Здравствуй, сын человеческий… — Голос у чуда был как у дьякона. Басовитый, гулкий. К такому голосу полагалась бочкообразная грудь, окладистая борода и косая… в смысле, пиджак никак не меньше шестидесятого размера. Тогда как незнакомец не производил впечатления богатыря, а был весьма тщедушен и наверняка сутулился бы — если бы не выпрямляла осанку тяжесть крыльев за спиной.

— Здравствуй и ты, незнакомец… — А чего? Вежливость еще никогда и никому не повредила. Нахамить или в ухо заехать

завсегда успеется. Ведь наш бронепоезд, как известно… — Как тебя величать?

— А кого я тебе больше всего напоминаю? — не слишком традиционно ответствовал тот.

«Белую горячку!»

Вот так бы и брякнул, если б не обезоруживающая улыбка, которую он как-то исхитрился изобразить на песьей морде.

Пригляделся. Гм, а ведь и в самом деле — напоминает. Бурого… Верного сторожа бабушкиного подворья. Коричневого щенка от соседской овчарки и залетного ухажера ей подарили, когда я учился в шестом классе. И с тех пор каждое лето выросший в огромного пса и сменивший окрас на «темный асфальт» Бурый был моим неизменным спутником во всех путешествиях по окрестным лесам.

— Вот так и зови, — согласился песиголовец. — Слишком уж далеко ушла ваша нынешняя речь от языка предков. Полное мое имя — ты внятно не выговоришь, а упрощенный Симаргл мне не нравится.

— Симаргл? — теперь я точно удивился. — Подожди, но ведь ты…

— Крылатый огненный пес? — снова улыбнулось божество.

«Как же, божество!.. Один из главных богов Владимирского пантеона. Хранитель Врат, соединяющих Миры в Древе Жизни. Вечный антагонист Велеса и Перуна, поскольку два последних бога хранят прочность своей части Мира, а Симаргл препятствует его застою, обеспечивая течение силы сквозь миры. Таким образом, Симаргл — бог связи миров, бог процесса жизни, бог Мировой Тайны и, вместе с тем, нарушитель любых границ».

Ну ни фига себе фига! Лучше промолчу, может, сойду за умного.

— Так, все граничные условия соблюдены, — продолжил Симаргл. — Крылья и песья морда при мне. Костер, тоже рядом… А что я на задние лапы встал и одежку на плечи набросил — это исключительно для удобства общения. Чтоб не отвлекало. Но если ты хочешь… — Он качнулся вперед.

— Нет! — как-то даже слишком темпераментно воскликнул я. Наверное, воспоминания о звере Огненном до сих пор не вызывали у меня положительных эмоций. — Не надо… Бурый. Все нормально. Остановимся на этом варианте… — и поспешил отвлечь его внимание: — А почему хламида зеленая? Если огненный?..

— Дань Древу Жизни… Поговорим?

— Присядете или позволите мне подняться? — И, не дожидаясь ответа, я вскочил на ноги.

— Не на…

Глава двадцать третья

Никакого костра не было и в помине, как и высокого гостя, зато в поле зрения находилась заботливо протянутая баклага.

— Я тоже во сне все время воюю… — участливо произнес Свист. Дождался, пока я приподнимусь, сам откупорил посудину и сунул мне в руку. — Хлебни, командир. Быстрее отпустит. Проверено…

Я и не

собирался отказываться. Приложился основательно. Холодная родниковая вода — именно то, что надо человеку, систематически проводящему сны у костра. А теперь еще и в разговорах с древним огненным богом. Кстати!.. Пощупал пояс… Увы, камешек исчез. И что это значит? Скорее всего, только одно: Симаргла я вызвать умудрился взаправду, но опрометчивым поступком оставил бога в том, промежуточном оазисе. Это плохо или хорошо? Кто ж его знает. Но если инфа была точной, то крылатому псу не привыкать между мирами шастать. И если я ему зачем-то нужен, нарисуется повторно.

— Друзья или враги?..

Свист задал вопрос как бы невзначай, небрежно. Предоставляя мне возможность выбора: отвечать или сделать вид, что не понял.

— По-разному… Чаще — друзья…

Ответ был под стать вопросу. Но это только так кажется. Нет ужаснее кошмара, чем вновь и вновь переживать уход товарищей. Осознавая, что ничего уже изменить нельзя. И тот, кому знакомо это ощущение, в лишних словах не нуждается.

— Спасибо… — Я вернул баклагу Свисту и поднялся. — Пойдем, что ли?

— Пойдем, командир… Только я тут огляделся вокруг, немного… Надыбал кое-что интересное. Надо бы и тебе взглянуть.

— Надо — посмотрим. А что такое?

— Я не вполне уверен, командир, следы тщательно затирали… Но, кажется, тут совсем недавно побывали орки.

— Орки?

— Да. Я не стал тебя тревожить, поскольку они все равно уже ушли. И потом, большой отряд не вел бы себя так осторожно… Я не следопыт, но уверен — прошло не больше полудюжины воинов.

— Думаешь, разведчики? В этой глуши? Зачем? А главное: они еще куда-то идут или уже откуда-то возвращаются?

В ответ рейнджер только выразительно пожал плечами, вполне обоснованно перекладывая процедуру думания на меня. Мол, ты отец-командир, тебе и выводы строить. А солдатское дело — обо всем замеченном и подозрительном вовремя докладывать. И ждать дальнейших приказов.

— Вон у того кустарника лучше всего заметно, — указал Свист на небольшой островок терна. Шагов двадцать пять — тридцать по видимому краю. — Колючий. Даже с их шкурами там не пролезть. Сунулись было, но пришлось отступить. Вот и натоптали зря…

«Эй, господа и товарищи!.. — шагая к указанному месту, я благоразумно запросил помощь зала. — Твердилыч, оставайся на связи. Я все-таки не охотник. Без тебя могу и опростоволоситься. Потеряю таким трудом заработанный авторитет. Так что, подключайся, Влад… Подключайся. Орков мне еще только не хватало, для общего счастья и полноты ощущений».

«Не вопрос, глянем…»

На это вся надежда. Поскольку для цивилизованного человека, кроме примятой мною же травы, — темным пунктиром соединяющий след протоптанный стадом и кустарник, — больше ничего не указывало, что здесь вообще ступала чья-то нога. И не только группы орков, но и Свиста. Причем — дважды. Другое время, другие навыки. Ну не Соколиный Глаз я — и даже не Дерсу Узала.