Возвращаюсь
Шрифт:
И будет на душе моей опять светло, прекрасно,
И буду думать я о том, как мне спалось.
Что мне привиделось в том сне моем чудесном,
Какие краски, тени, нити, кружева
Сознание мое схватило метко.
Что я подумала, а правда ли спала?
Там был тот человек, что стал врагом по жизни,
Что отпустил так быстро пожалел.
Он посмотрел, сердито брови сдвинул, А я пыталась прекратить сей
Я села рядом, обняла за плечи,
Я посмотрела моляще в глаза.
Он улыбнулся, – видно этой встречи
Он год за годом ждал, как первого листа.
Он ни сказал ни слова, лишь подвинул ближе Меня и… дрожь слилась с потоком бурных вен.
И рядом с ним я перестала слышать, Лишь улыбалась, белая, как мел.
Мне было стыдно все, что он заметил.
И страшно горько от былых времен. А ведь тогда во мне он не приметил
Всю страсть, наивность, ярость, смех и боль.
Я окунулась в сон-воспоминанье, И вместе с ним опять была слепа.
Я знала – дальше разочарованье,
Ведь жизни явь – не сладострастность сна.
Я очутилась в жизни суматошной.
И хорошо – со мной теперь другой.
Его, я знаю, бросить невозможно,
Он только мой… Единственный и мой…
А этот страшный сон-воспоминанье Меня не тронет больше никогда.
Я разобью молитвой поминальной Его портрет, его глаза, его слова.
Я буду здесь. Он будет там. Себя ему я больше не отдам.
* * *
Темно. Воспоминанья задушили, Бегут по венам вдоль и поперек.
И давят страшной острой силой Туда, где бьется жизни ток.
Стучит в висках, отдался в уши
Их голос тихий, неживой…
Зачем ты вынимаешь душу? Мрачишь ты разум? Ведь со мной
Не пожелал совсем дружиться, И распрощался навсегда.
А мне плевать – был друг и птица, Теперь ты падаль для меня.
Я
пьяный несу по ветру…
Я пьяный несу по ветру
Мысли, чувства, снабженные похотью. Взгляды, планы щемят давние,
Круг забот сдавил. Душа рваная
Бьется, ноет, как волк загнанный, Плачет, стонет и тонет в ягодах Лжи и фальши, и гнусной ревности.
С ней теперь ничего не поделати…
Я вчера жил, мечтал, все, как надобно,
А сегодня я мыслью пагубной
Все убил и внутри радостно,
Что жизнь тогда была гадостной.
Напоил
И залил им все свое горюшко.
Потонул в мечтаньях я вешенных, Усмирил свою страсть я грешную. Стал я весел и бодр. Пьяный я
И любовь моя – покаянная.
* * *
Я хочу, чтоб это стало явью,
Чтоб были позабыты все плохие времена.
Чтоб было белое под черной призрачной вуалью,
Чтоб резкостью была полна причудливая сладость сна.
Я помню прошлое: оно уже не властно. Передо мной оно вдруг стерлось вмиг.
Оно когда-то было полно, смело и бесстрастно, Ну, а теперь как бледный, мутный блик.
И то, что есть сейчас – победы эти, – Они важны, конечно, спору нет.
А то, что будет после на моей планете – Зависит только от меня. Таков секрет.
Я попытался победить свои мечты, желанья,
Я Но не сумел – и в том моя вина.
Я проиграл в борьбе, на небо уповая,
Не оценил, не понял, не испил сполна Поганую микстуру отрицанья.
Я был тогда, я есть, но буду ли потом? Играю вновь с своей судьбою на желанья, Но вряд ли заимею власть я над творцом.
* * *
Плохо одному, холодно.
Плохо одному – и не говори!
По ночам в тишине порознь
Будем мы мечтать до зари…
Вспоминать, представлять озеро… Вспоминать, представлять лебедей… Белых, графских птиц порознь…
В озере туманных теней.
В городе твоем весело.
В городе моем – суета.
Все стремится ввысь лестница, И по ней не взята высота.
Не сегодня
Нужно держаться, ведь так?
Нас учили бороть свои страхи.
Только страх ли влюбленность? И как
Победить в себе страсти атаки?
Если есть чувство жарче огня, Если все перемкнули нити…
Есть ли кто-нибудь, кроме меня? Помогите же мне, помогите!
Я устал, забиваясь в аврал,
Я повяну – и скоро, и долго.
Как умел я ей врал и не врал,
Как умел… только что с того толку?
Все она… не могу я понять,
Чем взяла меня гордость и странность.
Все она… может, это не я,
Кто боролся с бедой мирозданья?