Возмездие

Карпишин Дрю

— Я хочу помочь тебе, Кали. Честное слово, хочу. Но не все так просто. Даже если эта правдивая информация, мы не сможем использовать ее, не выдав наши планы «Церберу». У них есть свои люди в правительстве. В армии. Грейсон мог выдать нам часть агентов, тех, на кого ему удалось собрать данные, но как быть с теми, кто работает на Призрака тайно и о ком твой друг ничего не знает? Призрак умен. У него наверняка разработан план и для подобных случаев. Мы начнем арестовывать его людей или устроим рейд по его базам, но он

узнает о наших намерениях едва ли не раньше, чем мы начнем действовать. В лучшем случае мы сможем захватить несколько агентов низшего ранга, но крупную рыбу все равно не поймаем. И даже если Грейсон все еще жив, мы только спугнем их, и они убьют твоего друга.

— Ты хочешь сказать, что ничем мне не поможешь? — Голос Кали сорвался, выплескивая наружу все ее разочарование и отчаяние.

— Если ты останешься в Цитадели, — предложил он, — я подберу небольшую команду для твоей охраны, пять-шесть человек, которым я полностью доверяю.

— Этого недостаточно, — упрямо покачала она головой, так же как двадцать лет назад. — Я не собираюсь до конца жизни прятаться от «Цербера». Я не собираюсь бросать Грейсона. Должен быть какой-то способ победить Призрака.

— Возможно, я его нашел! — воскликнул Андерсон с неожиданным воодушевлением. — Лучше всего было бы позвонить Шеппарду, но это невозможно. Одному богу известно, где он находится и чем занимается. Но есть и другой вариант.

Он вскочил на ноги и протянул руку Кали, помогая подняться.

— У тебя есть убежище, где мы могли бы переждать несколько часов?

— Я остановилась в жилых секторах. — В ее глазах внезапно засветилась надежда. — Но зачем? Что ты задумал?

— Альянс не может помочь нам, но я знаю того, кто может.

— Нам необходимо видеть посла Оринию, — сказал он секретарю турианского посольства. — По срочному делу.

Андерсон и раньше встречал этого молодого турианца, но не запомнил его имени. К счастью, тот тоже знал в лицо посла Альянса.

— Я доложу ей, что вы здесь, адмирал, — сказал он, посылая сообщение через терминал.

Был уже поздний вечер. Большинство кабинетов в представительстве давно опустели, но Дэвид не прогадал, рассчитывая на привычку турианского посла работать допоздна.

— Можете зайти, — сообщил секретарь, хотя Андерсону показалось, что на Кали он глядел с подозрением.

По здешним понятиям, Ориния занимала более скромный пост, чем Андерсон, поэтому и кабинет у нее был меньших размеров, но обставлен с той же спартанской простотой, как и у адмирала. Стол и три кресла — одно для самого посла и два для гостей — вот и вся мебель. Стену украшали три флага. Первый — самый большой — флаг Турианской Иерархии. Второй представлял колонию, в которой родилась Ориния; его расцветка совпадала с татуировкой на лицевых щитках посла. Третьим было знамя легиона, в котором она

служила. Одинокое поникшее комнатное растение на подоконнике находилось в крайне запущенном состоянии. Скорее всего, это чей-то не слишком удачный подарок.

Ориния приветствовала гостей стоя. Предупрежденная секретарем, она не удивилась присутствию Кали.

— Жаль, что вас не было на сегодняшнем заседании, — сказала она, протягивая руку. — Неужели вам стало так тяжело терпеть Дина Корлака?

Андерсон пропустил шутку мимо ушей и пожал руку посла. Как всегда, приветствие вышло несколько неуклюжим. Общаясь с землянами, Ориния легко переняла этот дружественный жест, но еще не достигла совершенства в искусстве рукопожатия.

— Это Кали Сандерс, — представил адмирал свою спутницу.

— Добро пожаловать, — ответила посол, но руки уже не протянула.

Андерсон так и не понял, почувствовала ли она по его реакции, что опыт лучше не повторять, или просто сочла Кали, по каким-то своим, турианским соображениям, недостойной такой чести.

«Ты бы знал все это, если бы ответственнее относился к своей работе», — мысленно укорил он себя.

— Я полагаю, это не обычный светский визит, — сразу перешла к делу турианка. — Садитесь и объясните, зачем вы пришли ко мне.

Дэвид и Кали, как и было условлено ранее, остались стоять, чтобы подчеркнуть важность предстоящего разговора. Ориния поняла намек и тоже встала.

— Я обращаюсь к вам за помощью, — начал Андерсон. — Как солдат к солдату.

— Мы больше не солдаты, а дипломаты, — осторожно возразила турианка.

— Надеюсь, что это не совсем так. Я не могу сейчас действовать дипломатическим путем. Никто в Альянсе не знает о моем визите к вам.

— Это очень странно.

В ее голосе слышалось недоверие и настороженность. Но не категорический отказ.

— Вы слышали когда-нибудь о «Цербере»?

— Террористическая организация, ставящая своей целью уничтожение всех разумных рас во Вселенной, за исключением своей собственной, — выпалила она. — «Цербер» был главной причиной, по которой мы голосовали против принятия Альянса в Совет Цитадели.

— Не стоит судить обо всех землянах по действиям одной криминальной группировки, — заметил он. — Мы же не считаем всех турианцев ответственными за то, что сделал Сарен.

— Зачем вы пришли? — резко спросила она.

Очевидно, для того, чтобы завоевать ее доверие, нужно было придумать что-нибудь поумнее, чем упоминание имени Сарена.

«В кои-то веки ты действительно захотел быть дипломатом и тут же наделал чертову кучу глупостей», — с раскаянием подумал Дэвид.

— У нас есть информация, способная уничтожить «Цербер», — вмешалась в разговор Кали. — Но нам нужна помощь.

Посол наклонила голову и посмотрела на землян пронзительными птичьими глазами.