Возмездие
Шрифт:
Остаток фразы застрял у девушки в горле. Она едва сдержалась, чтобы не расплакаться.
У меня… нет слов. Пусть она в чём-то там виновата, пусть племя её за это не любит… НО! Хокори ведь — фаворитка Протея! Он, что, помочь не мог? Один из сильнейших магов вселенной испугался своих же созданий? Чушь. Скорей уж побрезговал…
В моей душе поднималась злоба, витиеватые ругательства так и лезли на язык. Нет седьмому прощения!
Хлопнув себя по щекам, я натянула фальшивую улыбку. Гневом делу не поможешь.
— Смотри! — крикнула я, театрально
Разбросанные предметы поднялись в воздух. Мусор полетел в сторону ближайших кустов, а посуда и предметы обихода, аккуратными стопочками легли возле шалашика.
Сидящая у костра акула подняла на меня дрожащий взгляд. А ведь она совсем недавно смеялась… Ничего, подружка, больше тебя никто не обидит! Мои подчинённые, если не улыбаются, то пусть хотя бы не плачут. Отныне между ней и трудностями будет стоять офицер Андропонии Астра!
[1] Денежная единица Лампары
7. Подруги
Астра:
Хоть я и пообещала защищать рыбину, моральная поддержка — не моя сильная сторона. Утешая людей, я, обычно, руководствуюсь сухой логикой и аргументами. Выходит нечто вроде: «Ситуация швах, но ты сам виноват, разиня». К сожалению, причиной всех бед Селёдки является её обожаемый создатель. Она мне попросту не поверит. Опять поругаемся.
Второй «лучшей тактикой» в моём арсенале было отвлечение внимания. Этим я и воспользовалась:
— Что кушать будем?
Хокори уже минут пять пыталась развести огонь, чиркая одним камнем о другой. Услышав мой вопрос, она ушла в шалаш и принялась копать… руками… Да-да, делает, как привыкла. Раньше у неё были когти. Спустя какое-то время, девушка вышла с полиэтиленовым мешочком сушёной рыбы. В печь моего гнева снова подкинули дров. Ей приходится прятать еду от хулиганов?!
— Это всё?
— Угу… кушай, я… не голодна.
Врёшь, как дышишь!
По лицу подопечной было видно: ей стыдно предлагать небожительнице столь скудную трапезу. Ничего, я всё понимаю. Исправим.
— Пойдём на охоту.
— В таком-то теле…?
— Пустяки, сама справлюсь.
Прежде, чем Хокори успела возразить, я, подняв палец, добавила:
— Там, откуда я родом, приходить в гости без подарков — верх хамства…
Мою идеально спланированную речь прервали. На поляну выбежали несколько акульих ребятёнков. Острый слух, дарованный Эфией, уловил обрывок фразы: «…в этот раз её дом не выдержит!». Перед моим лицом словно красной тряпкой махнули.
— А ну стоять, сопляки! — Усиленный магией голос, обратился режущим слух вихрем.
Высокочастотный звук, неразличимый человеческим ухом, был для нас с Хокори совершенно безвреден. Мелкие пакостники же… хе-хе, зажав ладонями перепончатые уши, повалились на землю.
— Ну как, здорово? Нравится, когда над вами издеваются?
Мои глаза вспыхнули пурпуром, негодников обдало подавляющей аурой. Помните заклинание «Отпугивание врагов», которое я на экзамене в Академии показывала? Профессор его доработал.
Чувствую
— Прекрати! — Селёдка дёрнула меня за локоть. Защищает соплеменников? Что же…
Погасив магию, я позволила вредителям сбежать. Экзекуция экзекуцией, а ругаться со спутницей — себе дороже.
— Я поступаю так, как поступил бы мой учитель — Энтинус.
Хокори открыла рот, но промолчав, кивнула. О желании следовать заветам наставника она знает не понаслышке.
* * *
Астра:
Охота прошла удачно: тонкая игла, сотканная из маны, пролетев больше ста метров, угнездилась в голове оленя. Узрев мастерство великолепной волшебницы, Селёдка смиренно взяла на себя разделку туши. Энергетический скальпель ей не дашь, руку до кости обожжёт. Пришлось ждать, пока камешек наточит.
Стараясь не смотреть в сторону туши, я принялась творить. Не может моя спутница в мешке из-под картошки ходить. О, как же давно я не шила, прям ностальгия! Материалом послужил всё тот же бамбук. Расщепив ствол на волокна, Эфия обработал сырец магией, сделав его прочнее и эластичнее. На выходе получилась добротная ткань. Остальное я сделала сама, честно-честно!
— Обновки готовы!
— А? — обернулась Хокори.
Её лицо и руки были все в оленьей крови, смотреть страшно. Отправила спутницу умываться, переодевание подождёт. Сначала обучу акулу высокой кухне.
— Ставишь плоский камень у костра, вот так. Потом, как нагреется смазываешь жиром и кладёшь мясо…
— Ай-яй! — крикнула Селёдка. Шкворчащий жир попал ей на кожу.
— Палочки возьми.
— Сколько проблем с этим телом! Одежду носи, не перегревайся… Теперь ещё и готовить приходится… Я раньше целиком могла рыбу съесть, даже не жевала.
— Будь у людей чугунные горшки вместо желудков, мы бы тоже не готовили. Прожаривай лучше, а не то зыр-зыр будет.
Фыркая и грязно ругаясь, Хокори, словно огромный краб переминалась на корточках вокруг костра, переворачивая мясо, пока…
— Ой!
Толстенный кусок с румяной корочкой соскользнул в грязь. Бедная рыбина чуть не прослезилась.
— Отставить панику!
Облачив кисть в «перчатку» из защитного поля, я подхватила мясо.
— Воду давай, сейчас сполоснём. Так, хорошо, солью натри с обеих сторон…
* * *
Астра:
После плотного ужина настал час волшебства. Хокори — воительница, ей нужна была одежда, в которой легко двигаться. Гений Эфии и мои несравненные руки сотворили шедевр! У нас получился цельный комбинезон, некое подобие купальника из прогрессивного мира. Облегающий верх с коротким рукавом, а снизу шортики, прикрытые юбочкой. Вместо пуговиц, я поместила на спину шнуровку, чтобы рыбина могла сама одеваться.