Вождь из сумерек 3
Шрифт:
– Не бери в голову, почтенный гном. – Хмыкнул Стас, расслышав его мысли. – Будет тебе и пиво, и эль. Надо только поскорее выбраться отсюда.
Гном, ничуть не удивляясь его словам, кивнул головой, и полез за трубкой.
Стас, заметив его движение, потянулся к поясу. Трубка была на месте. И нашлась даже щепоть табака. Торопливо набил, и чтобы не тратить времени по пустякам, прикурил от пальца. Жадно затянулся и с наслаждением выпустил облако дыма. Гном, который до сих пор питал вполне обоснованные подозрения к колдовскому огню, решительно отверг его любезное
– Когда вот так-то огоньку добудешь, так и вкус другой у табака. А от пальца и дым иначе пахнет, и вообще. – Чтобы не обидеть Стаса, объяснил он Толяну. – А тогда бы, зачем наши деды – прадеды придумали все это?
И повертел перед носом Толяна своим хитроумным приспособлением.
– Темнота! – Отмахнулся Толян, отводя от лица тлеющий и дымящийся трут. – Феодализм все это, и ни какой дороги к прогрессу. Показать бы тебе хоть одним глазом телик или микроволновку, или мою мобилу, вообще бы ласты склеил. В смысле дуба врезал. Вот погоди, брат Ровин, разберемся с этим черным фраером и ломанемся, чтобы все преобразовать кругом в лучшем виде. Будет тогда вам и белка со свистком и свет на улицах. Природных ископаемых тут хоть пруд пруди. А остальное байда и думать о ней не стоит. Это у меня за плечами бурса. И то на предпринимательство в последние годы пробило. А у командира под крышей мозгов на всех хватит. И у Лехи соображаловка еще так работает. Не хило.
Желудок был полон, и перед мысленным взором Толяна уже живо проглядывались перспективы намечающейся технической революции во вселенском масштабе.
– Ну и я, грубо говоря, кроме всего прочего, могу еще и сварщиком. И токарем. Да и водила не слабый. Ментов только так делал на своем «Джипаре». Хотя думаю, командир меня из Армии не отпустит. – Удрученно покачал головой и с тоской посмотрел в спину Стаса. – И правильно сделает. Квалификация у меня сейчас все равно дохлая. Ворота к гаражу забабахать, двери, а под воду уже слабо.
Осознанье невосполнимой потери прежних трудовых навыков огорчило его и заставило на какое то время замолчать. Но громадье планов целиком и полностью завладело его сознаньем и, он, махнув рукой, на утраченные навыки и, заодно, на гнома, подступился к Стасу.
– Секи, командир, идею. Кинуть железную дорогу от Волчка до Лехи.… Или к Зореню в Соколень. Можно пока на лошадиной тяге. Я такую хохму по видаку видел. Просек? Какие бабки в казну нарубить можно! Предприниматели валом повалят. Это тебе не лошадка с дровами из лесу.
И погрузился с головой в математические вычисления. По его виду стало понятно, что государственная казна в лице не дальновидного волхва теряет баснословные барыши. Лишь одно могло пока сохранить жизнь Пивню, а вместе с ней, с этой бесполезной жизнью, голову на плечах, так это то, что об этих планах Толяна не ведал не сном, не духом.
– Толян, а рельсы, а колеса, а оси где возьмешь? – Попробовал опустить его с небес на грешную землю.
Но не таков был Толян, чтобы опустить руки, столкнувшись с такими пустяками. Идея окончательно завладела его существом, и такая малость
– А гномы? Ровин с семьей без работы сидит, а тут такой заказ.… Даже не дернутся. – Повернулся к Ровину и саданул в восторге увесистой рукой по гномьему плечу. – Правда, Ровин? Нет, командир, ты как хочешь, а с этим паразитом надо кончать по скорому и браться за реальное дело. Замочим его и вперед! Назначай министром железных дорог, а я тем временем кадрами займусь. Ну, и сочиню, что надо в смысле экономики.
Стас покачал головой. Жаль парня. Погибнет бесславной смертью под громадой монументальных планов.
– Ты бы лучше песни пел, дружище Толян, пока мы не добрались до черного колдуна. – Добродушно посоветовал он.
– И нашему почтенному гному время надо, чтобы по достоинству оценить твой грандиозный заказ.
Толян, опешив от неожиданного и крайне пошлого, предложения, округлил глаза и возмущенно воззрился.
– Какие песни, командир? Кишки прощание славянам играют, а тебе песни понадобились. Ну, так как? Отпустишь на железку?
– Толян! – Умоляюще простонал Стас. – Закрой фонтан. До твоих фантазий еще шагать да шагать.
Толян обиженно засопел и отстал, с головой погруженный в свои планы и, досадуя на отсутствие перспективного мышления у Стаса.
– В натуре дискриминация! – Стас рассеянно следил за ходом его мыслей. – Думает, что если Армия, так там одни лохи и никакого понятия о правильных пацанах. У которых одна извилина и та поперек спины в нижнем направлении. А что и другие есть, так не понятиям. А голова у бойца, тем более у командира, не только, чтобы приказы слушать, но еще и для много, для другого. А не только пятки вместе, носки врозь. Это и дурак умеет. Разве помешала бы ему канатная дорога или дешевенький фуникулер? Или паромная переправа?
– Толян, перестань ворчать.
– Хочу и ворчу! – Неуступчиво огрызнулся Толян. – А ты хоть и командир, а знаешь кто?
– И кто же? – Заинтересовался Стас.
– Сутенер, только еще хуже.
Стас поперхнулся дымом и застыл на месте.
– Поясни… - Потребовал он.
– Тот, который любит давить хорошие мысли у правильных пацанов. И тянет в прошлое.
– Рутинер?
– Один хрен! Только еще хуже. И похабней. Сутенер тело топчет, а этот реальные идеи. А идея в душе рождается. Тело отмыл, и как новенький. А душу как?
Вот тебе и Толян. Прост и доверчив, как пятирублевик, а поди ж ты!
Подошел к парню и виновато опустил голову.
– Прости, братишка. Голова другим забита.
Снова захотелось заглянуть парню в глаза. Хотя зачем? Занят сударь Толян настоящим мужским делом. И мысли у него сейчас, хоть и не складные, но настоящие, мужские.
– Глупость сморозил! Прости, дружище.
Отходчивое, хоть и нелепое сердце у Толяна. И как только к браткам попал? Романтикой соблазнился?
– Да, ладно, командир. Проехали. Без проблем. У меня у самого за пацанов жим-жим. Войтик, когда моча в башку ударит, с головой не дружит. Нарвется на неприятности, а я здесь.