Война
Шрифт:
Так? Возможно, хотя, думается, реально шпик получит намного меньше. Сколько? Один или два тулата, и то много. Основная сумма выплаты достанется начальству, а оно поделится гонораром с теми, кто командует солдатами, что сейчас должны окружать селение.
Видимо, аналогичные мысли были и у Эйрида. Иначе с чего бы он, кусая губу, спросил:
– Вучко, а почему ты меня спасаешь?
– Почему? – Я задумался, молча обдумывая вопрос парня.
– И не в первый раз, - продолжил Эйрид.
Конечно, не в первый. А что я должен делать –
– А ты почему меня у реки не бросил? Столько денег!
Эйрид насупился, а потом меня огорошил:
– А я и хотел так сделать. Уже сделал. Только противно как-то стало. Вот и вернулся, а тебе соврал, что за помощью ходил.
– Постой, постой, но я помню, как меня дюжий такой мужик тащил. Ты же его с собой привел.
– Нет, просто он на обратной дороге мне попался, вот я и сказал, что за помощью ходил. На самом деле соврал.
– Понятненько, - я немного опешил от раскрывшейся истины.
Вот, оказывается, как оно. Все-таки хотел меня бросить и с деньгами уйти. Но вернулся же! Ладно, забудем. Но парень и приврать может. Интересно, что еще он мог сочинить?
– Про десять тулатов награды за твою поимку тоже соврал? – Я решил прояснить и этот момент.
– Нет, всё правда, я сам слышал, как про десять золотых говорили.
– Ладно. А что тогда ты еще приврал? Не один же раз соврал?
– Да я не знаю, - Эйрид заменжевался.
– Ну-ка, колись про то, почему за тобой такая охота ведется.
– Я же говорил тебе, Вучко, что я сын эрграсса Верне. А не простой грасс какой-то.
– Ну и что? Да кому ты теперь нужен? Я имею в виду твое происхождение. Фрейфу не опасен, Райчену не нужен, даже лишний будешь. А за тобой охоту по всем землям устроили. Даже в неблизкую Миртерию сообщили.
– Старые артефакты, что у отца были, найти хотят.
– Да? И какой от них прок, если даже твой отец не сумел ими воспользоваться? Рилийские маги посильней оказались. А ты и вовсе волхвовать не умеешь. И что ты с артефактами будешь делать? Любоваться?
Эйрид насупился.
– Скажи мне правду.
– Но я сказал. А больше я ничего не знаю.
– Тогда я могу тебе сказать, из-за чего за тобой такую охоту устроили. Сказать?
– Скажи.
– У твоего отца казна была очень большая. Силетия страна богатая. Не сейчас, конечно, а при старом тарграссе. А Верни сумел завладеть сокровищницей тарграсса. А когда рилийцы взяли замок, денег и прочих ценностей не оказалось. Вот так-то. Кстати, возможно, там и артефакты были, но это так, попутно. Главное – казна. Ее куда-то спрятали, затворив заклятьем крови. А ты сейчас единственный, кто сможет отворить наложенное заклятье. Ты разве
Я впился в лицо Эйрида, пытаясь понять, знал он или нет. Если знал, то мне врал про артефакты. По крайней мере, про клад не говорил.
– Ну, так как, знал? – я повторил вопрос.
– Немного. Только я не понимал, что все это из-за денег. Мама и тетя про казну говорили, но только вскользь, а я внимания не обращал. Слышал про казну – и слышал. Вот про артефакты у меня больше в голове осело. Я когда еще маленьким был, мечтал их найти и стать великим магом. Да и сейчас, пусть и не так сильно, об этом мечтаю. Хотя понимаю, что блажь это. Ты прав, если я и найду потерянные артефакты, мне с ними не справиться. Никому не пробудить их.
– Зато с найденной казны сможешь заклятье снять своей кровью.
– Пожалуй… Так ты из-за этого мне помогаешь?!
Эйрид смотрел на меня со странным выражением лица. А мне почему-то стало неловко. Как будто я действительно помогаю парню, желая использовать его возможности и… неслыханно обогатиться. Но ведь это не так! Но как ему ответить, чтобы он понял? Промолчать? Нет, нельзя. Дать в ухо? Поймет совсем не так, как я хочу, подумает, что злюсь от того, что он догадался. Или послать его подальше? Дать денег и прогнать. Но ведь погоня… М-да, ситуация.
– Значит так, Эйрид, - медленно выговаривая слова, я пытался сформулировать свою мысль. – Как только оторвемся от погони, я тебе даю сорок тулатов. И мы расходимся в разные стороны. Договорились?
Парень смотрел на меня недоверчиво, о чем-то думая, а потом медленно кивнул головой. Фуф, как будто груз с меня тяжеленный свалился – решил-таки проблему, пусть и ценой сорока тулатов, тех самых, что я взял в качестве штрафного бонуса с грасса Шапетэ. Ладно, как пришли, так и уйдут. Не обеднею.
Свернув привал, мы отправились дальше, намереваясь оторваться от возможной погони и, найдя до темноты какую-нибудь деревеньку, там остановиться на ночлег. Не на холодной земле ночевать-то? Да и горячей пищи хотелось. Была у меня еще одна причина – мне нужно было раздобыть тепла, ведь энергии, которой я немного запасся, выезжая из селения, почти не осталось – рассосалась под холодным ветром. А без нее я чувствовал себя обнаженным. Подходи любой рилиец и бери меня всего целиком. На мечах я рублюсь неважно – многому ли научишься за пару месяцев?
Но нам что-то не везло. Во второй половине дня мы повстречали два селения, которые встретили нас мертвой тишиной. В прямом смысле слова. Потому что вокруг было тихо и были мертвые. Это война. Кто напал на эти селения – рилийцы или силетцы, я не узнал. Не у кого узнавать. Впрочем, для обитателей селений это тоже уже не важно. Когда я говорю «обитателей», то здесь имею в виду еще одно слово – «бывших».
Можно, конечно, остановиться на ночлег в одной из этих деревушек, да только я не смог. Как там есть, спать, зная, что убитые хозяева лежат в соседней комнате? Вот я и поехал дальше.