Война
Шрифт:
Счетчик сил оперативного резерва стремительно крутился, обнуляя десятки и сотни, как в худшие мгновения битвы за Первохрам. Нет, мы не теряли бойцов физически — парни просто перегорали эмоционально.
Изматывающий марафон противостояния китайцам, бесконечно долгая рубка на стенах костяной крепости, безумная резня в рукотворной Цитадели Йаванны…
Десятки сражений, монотонный цикл убийств, смертей и перерождений. Непрерывная боль от воздействия злой магии и честной, но такой острой стали.
Полное преобладание красного в цветовом диапазоне. В голове эхо криков
Люди не выдерживали — снижали текущий статус готовности и вываливались из обоймы, уходя в запой, трехдневную рыбалку с ночевкой или временно переселялись в Дом Удовольствий.
Сомнительным уютом подводной лодки Склепа такой стресс не лечился. Наши доморощенные психологи лишь мычали в ответ, напиваясь вместе с пациентами так, как это умеют делать лишь врачи. Отдых, стакан и теплая женская грудь под мозолистой ладонью — вот и вся грубая, но действенная терапия.
В связи с массовостью и пониманием природы явления о наказании речи не шло, процесс пришлось ставить под контроль и вводить разумную инициативу сверху.
Даже сталь имеет пределы прочности, чего уж говорить о хрупкой психике сорвавшихся. Тем более что контингент у нас не ахти — масса эскапистов, романтиков и фантазеров. Хватает беглецов и школьников, инвалидов и смертников всех мастей. Не самая крутая и однородная выборка.
Большинство из людей надломлены и склеены кое-как, на «отвали».
Наши лучшие кадры…
Девяностолетние покорители Арктики, заглянувшие за грань и оставившие там часть души. Хапнувшие смертельную дозу радиации подводники. Обгоревшие до костей пожарные. Изрубленные осколками военные…
Поначалу источники эндорфинов бьют могучими фонтанами — здоровое и бессмертное тело, доступные партнеры всех полов, кайф чревоугодия и вечной молодости.
Мало кто может вспомнить, какими красками и бесконечной энергией сверкала жизнь в шестнадцать лет. А уж в пять! Взгляните на детей, они ведь не ходят — передвигаются исключительно бегом! Нам бы их задор! Только представить себе — весь день трусцой, легко срываясь на смех и улыбку…
Однако хватает у нас и запредельных стрессов. Мы умираем и убиваем — десятки раз на дню. Терпим боль, горим в плазме, корчимся от алхимических кислот и с инстинктивным ужасом косимся на распоротый живот и собственные потроха, вываливающиеся одним склизким, парящим комком.
Закрытая статистика клана безжалостна — количество боевиков неумолимо снижается. Люди выходят в стратегический резерв, их все трудней загнать не то что в битву, а в паршивый данжеон к тривиальным огненным импам. Устали они, просто устали от боли и смертей. Формальное бессмертие — оно такое, с червоточинкой…
Пиковые нагрузки расшатывают разум, порождая срывы, истерики и приводя игроков на грань нервного истощения…
Ко мне подошел вымотанный до серого лица Череп. Кровь все еще сочилась из многочисленных мелких ран. Скорость регенерации явно просела, реальность тянула к нам свои цепкие пальцы.
— Глеб, я забираю своих? Тут один доброжелатель стуканул, что в Нове
Вздохнув, я кивнул.
Практически бесхозная Нова — это хорошо. Тем более — Нова «Ниндзя Лутеров». Очень уж она удачно расположена — висит на скальном кряже наподобие «Ласточкина Гнезда». Атаковать, как и зацепиться координатами порталистов, можно только с одного направления.
Да и подчинение Черепа довольно-таки условно, особенно в отсутствии прямой опасности Долине и Первохраму.
— Забирай. И поосторожней там. В любой другой день я бы не поверил в такую халяву. Но сегодня возможны любые чудеса. Вон, взгляни на Верхний Город! Особняки, виллы, микрозамки с ажурными башенками. Большинство — бесхозные. Даже городскую стражу и королевских гвардейцев — и тех повырезали. Хочешь пнуть ногой зарвавшегося короля? Вон его дворец! Пара сотен неписей с поварешками — вот и вся охрана…
Череп устало улыбнулся.
— Ага, бойцы уже просекли. Мародерка идет с перевыполнением плана. У меня даже фермеры позабросили свои грядки и окучивают склады на Торговой Улице. Хрипят, плачут, но грызут защитные поля и сейфовые двери толщиной в миллионы хитов. Напарываются на ловушки, дохнут от Стражей Места — но ведь некоторые все же добираются до ништяков!
Мой хомяк возмущенно засучил лапками, унизанными толстыми золотыми браслетами. Форменное безобразие — мы бьемся с очевидным Злом, можно сказать, спасаем Мир, а кто-то похамски гребет под себя?!
Череп правильно расшифровал третью морщину на моем челе. Беспомощно развел руками:
— В кои-то веки крафтеры и саппортеры получили возможность набить карманы трофеями… Я не могу их удержать — людей охватила золотая лихорадка — они готовы сбросить таг клана ради манящего призрака миллионной добычи. Да и силенок у тыловиков сохранилось излишне много — в прямое боестолкновение балласт не вступал. А вот бойцы первых линий держатся лишь на морально-волевых. Особисты все фиксируют, имена жадных до ништяков берутся на перо…
Череп зло выдохнул сквозь зубы, ударил кулаком в латной перчатке по собственной ладони, мысленно сминая челюсти зарвавшимся хомякам.
Последние единицы хитов слетели с измятого доспеха, прочность предмета обнулялась, комплект перчаток осыпался ржавой трухой. Не уследил. Сработало наследие админов по борьбе с затовариванием рынков.
Генерал недоуменно посмотрел на оголившиеся кисти, затем расстроенно сплюнул.
— Долю клана я, естественно, получу. Передам наверх и десятину Альянса. Но предотвратить мародерку я могу лишь жестким террором — что очень не вовремя… Остается лишь возглавить процесс и сменить вектор приоритета на нечто более весомое…