Война орхидей

Биргер Алексей Борисович

– Это нас не устраивает, - сказал главный.

– Свяжись со своими боссами и выясни, устраивает их это или нет. Я даю вам идеальный шанс сделать все тихо, без попытки устроить глупую пальбу в аэропорту, которая ещё непонятно чем кончится.

Главный вынул мобильный телефон.

– Это я, - набрав номер, негромко сказал он в трубку.
– Нет, не с ней. Она предлагает бумажонку...
– и он изложил предложение Богомола.
– Ах, вот как, нормально? Хорошо.

– Ну, что говорит твой босс?
– спросила Богомол, когда тот отключился от связи.

– Нормальное,

говорит, предложение. Но просил передать тебе, что, если ты нас надуешь, мы тебя всюду достанем. Ни тебе не жить, ни этому парню.

– Он знает, что я не надую. А теперь отпусти своего пленника. И без глупостей. Если я не окажусь в самолете рядом с моим подопечным, он поймет, что дело нечисто, и тут же сменит маршрут. И вызовет, к тому же, другую охрану, с которой вам будет очень сложно справиться. Поэтому, если вы хотели нас пристрелить, получив желаемое, выкинь эту дурь из головы. Наша смерть сорвет всю операцию, и тебя по головке не погладят.

Бандюга немного подумал, потом кивнул Андрею.

– Вылезай. Пойдешь рядом со мной. Лишний шаг - и я стреляю.

Андрея выпустили из машины, и он пошел вплотную к бандюге, который уткнул дуло пистолета ему в бок. Богомол сделала несколько шагов навстречу. Когда они поравнялись, бандюга выхватил бумажку у неё из руки, моментальным взглядом убедился, что бумажка - та самая, о которой она говорила, и, бросив Андрея, поспешил назад, к машине.

– Гони!
– крикнул он, плюхнувшись на свое место рядом с водителем.

Машина развернулась и буквально в две секунды исчезла вдали.

Андрей облегченно перевел дух.

– Уф!.. Мне даже не верилось, что все будет так просто и тихо.

– Садись в машину, - сказала Богомол.
– Я довезу тебя до аэропорта, оттуда вернешься в Москву на автобусе. Или, если хочешь, высажу на ближайшей автобусной остановке.

– Лучше до аэропорта, - сказал Андрей, садясь спереди.

– Хочешь увидеть все до конца?
– усмехнулась она, садясь за руль. Больше ничего интересного не будет.

– Хочу кое-что выяснить, - ответил Андрей.

– Что ж, спрашивай, - она тронула машину с места.

– Что делать с орхидеями Курослепова?

– По-твоему, ты знаешь, где они?

– По-моему, они в тех трех ящиках, которые оставил для тебя Садовников. Я так понимаю, ты заказала ему определенное количество орхидей "мертвая голова". Но у растений в этих ящиках слишком разные клубни и побеги для орхидей одного вида.

– И что, по-твоему, произошло?

– Пряча коллекцию, Курослепов мог положиться только на Садовникова: без его ухода потревоженные орхидеи погибли бы буквально за сутки. То есть, Садовников получается единственным человеком, которому Курослепов мог доверить "украденные" цветы. Не знаю, что он ему там наврал. Скорей всего, что завистники совершили уже несколько вылазок против его оранжерей, и он хочет спрятать цветы, пока опасность не минует. Что при этом он распустит слух, будто орхидеи украдены и нельзя найти никаких следов. А когда цветы вернутся на место, никто и не заподозрит, что эти цветы - те самые. Садовников, естественно, согласился помочь. Но потом у него появился Беркутов - и открыл ему глаза. Беркутов сообщил Садовникову

твои приметы и с ним условился обо всем. И что Садовников выведет тебя на след Беркутова, и что он передаст тебе коллекцию Курослепова, под видом продажи достаточно обычных орхидей. Беркутов заверил Садовникова, что Курослепов к тому времени уже будет мертв - или не лучше мертвого.

– Так оно и произошло, - проговорила Богомол, следя за дорогой.

– Вот я и спрашиваю - что делать с коллекцией?

– Спроси у Повара. Скорей всего, он пришлет за ней своих людей.

– А если нет?

– Он в любом случае скажет, что делать.

– Хорошо. Теперь ещё один вопрос.

– Ну?

– Кто такой Зараев?

– Хм...
– она рассмеялась.
– Не знаю, имею ли я право тебе отвечать. Одно могу сказать: это человек не совсем обычный. Даже тебе ни за что не догадаться, кто он такой.

– Попробуй намекнуть, а?

– Можно намекнуть?
– спросила она, кинув быстрый взгляд в верхнее зеркальце заднего вида.

Андрей обернулся. Сзади сидел мужчина кавказского вида с окладистой седой бородой - Зараев.

– Хоть выпрямиться наконец можно, - с удовольствием сказал он.
– А то лежать почти всю дорогу, скорчась на полу.

– Вы хорошо скорчились, - сказал Андрей.
– Ведь и я вас не заметил, когда садился в машину.

– Ну, ты к тому же был малость шандарахнут.
– усмехнулась Богомол.

– М-да...
– Андрей задумался.
– Я так и предполагал, что вы будете знать, что вас "продают". Но как вы теперь выкрутитесь?

– Я честно подожду их в пансионате в Майнце, - ответил Зараев.
– Но не буду таким уж беззащитным. А если они получат отпор, то вы-то тут ни при чем, так? Информация, которую им продали в обмен на вас, абсолютно правдива, и пенять им не на что. А остальное вас не касается.

– То есть, смертником вы становиться не собираетесь?
– уточнил Андрей.

– Возможность стать смертником входит в мою роль, - ответил Зараев. Но, разумеется, я сделаю все, чтобы избежать этого варианта. А главное, в аэропорту нас уже подстерегать не будут, рассчитывая без пыли покончить со мной в Майнце.

– Так кто же вы, все-таки?

Зараев поглядел в окно. Они уже подъезжали к аэропорту.

– Я вижу, вы человек образованный... И вы должны были слышать про сломанный репейник...

– Сломанный репейник?
– переспросил Андрей.

– Это то же самое, что ворона на снегу, - с улыбкой ответил Зараев. А большего я сказать не могу. Хотя, мне кажется, вы без труда решите этот ребус.

– Приехали, - сказала Людмила, въехав по пандусу к залу отлета. Выходите.

Андрей и Зараев выбрались из машины.

– Ты садись на мое место, - сказала Людмила Андрею, выходя следом за ними.
– Я хотела оставить машину на стоянке, чтобы Виктор её потом забрал, но сейчас мне пришло в голову, что ведь и ты с равным успехом можешь отогнать её к моему дому.

– Ты не хочешь, чтобы я присутствовал до конца?
– спросил Андрей.

– Если хочешь, можешь поглядеть, как мы пройдем таможенный контроль. Но, уверяю тебя, ничего интересного не будет. До встречи.