Война хаоса

Несс Патрик

Только Бездна убивает из ненависти, только Бездна сводит на войне личные счеты. Убей ты Источника, ты стал бы одним из них. И больше никогда не смог бы вернуться к Земле.

Но ты тоже убивал Бездну. Сотнями.

Только когда на карту были поставлены жизни Земли.

Ты согласился на мир!

Все

мои поступки — во имя и во благо Земли. По-другому Небо не может и не должно поступать. Когда Бездна убивала нас, я убивал их, потому что так было лучше для Земли. Но теперь Бездна захотела мира, и я дам им мир, потому что так будет лучше для Земли.

Сегодня ты на них напал, — показываю я.

Чтобы отдать тебе Ножа и покарать их предводителя за преступления против нас. Все это тоже во благо Земли.

Я молча смотрю на него, размышляя.

Но Бездна и так может отдать тебе вожака. Мы же видели, многие из них совсем не прочь это сделать. Его еще может постигнуть кара за преступления.

Небо не понимает, о чем я спрашиваю.

Возможно.

А вот Нож… за него бы они боролись до последнего. Приведи ты его ко мне…

Ты бы его не убил. Мы только что в этом убедились.

Но ямог бы . И развязал бы этим бесконечную войну. Почему ты решил рискнуть ради меня? Рискнуть всем?

Освобождение Ножа доказало бы Бездне, что мы милосердны и не убиваем врагов, даже когда имеем на то все причины. Это был бы очень правильный жест.

Я пристально смотрю на него.

Но ты не мог знатьнаверняка, что я не убью его.

Небо переводит взгляд на Источника — все еще спящего, все еще живого.

Я верил, что ты на это не способен.

Почему? — упорствую я. — Почему мои поступки так для тебя важны?

Потому что это знание понадобится тебе, когда ты станешь Небом.

Что ты сказал? — после долгой тягостной тишины выдавливаю я.

Но Небо уже подходит к Источнику, кладет руку ему на уши и заглядывает в лицо.

Когда я стану Небом? — громко показываю я. — Как это понимать?

Мне кажется, Источник достаточно нам послужил. — Небо смотрит на меня, в его голосе что-то поблескивает. — Пора его будить.

Но Небо — этоты! Куда ты собрался? Ты болен?

Нет,

снова глядя на Источник, отвечает он. — Но однажды мне придется уйти.

Я разеваю рот.

И когда это случится…

Просыпайся, — показывает Небо, посылая свой голос вглубь Источника, словно камень опускается на дно глубокого озера… 1

Стой!…

Но веки Источника уже вздрагивают, поднимаются, и он громко втягивает воздух. Его голос становится все быстрее и быстрее, ярче, наливается явью… И вот Источник уже смотрит на нас с удивлением…

Но без страха.

Он садится, тут же падает назад, потому что еще слишком слаб. Небо помогает ему приподняться на локтях. Источник смотрит на нас, потом кладет руку на залеченную рану — в голосе поют ошарашенные воспоминания — и снова поднимает глаза.

Мне приснился удивительно странный сон, — показывает он.

И хотя сами эти слова — из языка Бездны…

Он показывает их безупречно чистым голосом Земли.

ЖИЗНЬ В МИРНОЕ ВРЕМЯ СЛАВНЫЕ ДНИ

[Виола]

3/4 Послушай! — говорит Брэдли. Хотя мы далеко от города. Рёвжителей и армии так громок, что Брэдли вынужден его перекрикивать. — В кои-то веки радуются чему-то хорошему.

— Интересно, снег будет? — спрашиваю я, сидя на Желуде и глядя в небо, которое затянуло серыми тучами. До сих пор было ясно и морозно. — Я никогда не видела снега.

Брэдли улыбается.

— Я тоже. — Он улыбается и в Шуме: над неуместностью моих слов.

— Извини. Это все лихорадка.

3/4 Мы почти на месте, — говорит он. — Скоро будешь в тепле.

Мы спускаемся по разбитому зигзагу дороги, ведущей с холма на главную площадь города.

Возвращаемся домой после вчерашней артиллерийской атаки.

Сегодня утром мы заключили мир. На сей раз по- настоящему

Мы смогли. Не без помощи мэра — чему госпожа Койл уж точно не обрадуется, — но мы действительно заключили мир. Через два дня состоится первое заседание совета спэклов и людей, на котором мы обсудим все нерешенные вопросы. Пока человеческую половину совета представляют Брэдли. Симона, я. Тодд, мэр и госпожа Койл. Вшестером мы попытаемся каким-то образом договориться со спэклами об устройстве нового мира.

Где будем жить бок о бок, вместе.

Жаль только, моя болезнь все портит. Мы добились мира, настоящего мира, сбылась моя мечта, а у меня раскалывается голова и кашель никак не отпускает…

— Виола? — с тревогой окликает Брэдли.

И тут в конце дороги появляется Тодд — он бежит нам навстречу. Меня бьет такой жар. что, кажется, Тодда выносит из города на волне радостных криков. Потом мир вдруг ослепительно вспыхивает, я зажмуриваюсь, а Тодд уже рядом, тянет ко мне руки…

— Я тебя не слышу, — говорю я.

И падаю из седла прямо в его объятья.