Война хаоса

Несс Патрик

Мы сидим у костра: я, мэр, мистер Тейт и мистер О’Хара. Все жители города продолжают следить за проекцией, хотя интересу у них поубавилось. Оно и понятно — кто ж захочет столько часов подряд наблюдать за переговорами, пусть и очень важными? Уилф в итоге не выдержал, сказал, что его ждет Джейн, и увез обратно на холм телегу госпожи Койл.

— Виола? — раздается в комме голос Симоны.

3/4 Да?

— Просто хочу предупредить, что топливо на исходе. Какое-то

время я еще смогу здесь пробыть, но вам пора задуматься о возвращении в город.

Я нажимаю кнопку на своем комме.

— Не вздумайте ее бросать! — говорю я. На проекции видно, что вожак спэклов и Брэдли чем-то удивлены. — Не выпускайте ее из виду!

Но отвечает мне госпожа Койл:

— Не волнуйся, Тодд. Наша сила и верность, в отличие от горючего, не иссякнут!

Я бросаю озадаченный взгляд на мэра.

— Работаете на публику, госпожа? — громко спрашивает тот, чтобы целительница его услышала.

— Помолчите все, пожалста! Не то я вапще отключу эту штуку!

Виолу снова разбивает кашель: на проекции она выглядит ужасно бледной, исхудавшей и какой-то маленькой. Вот это больше всего ранит. Она всегда была меньше меня.

Но, когда я думаю о ней, Виола кажется мне размером с целый мир.

— Звони, если что-то понадобится. Что угодно.

— Хорошо.

А потом комм пищит, и все затихает.

Мэр переводит удивленный взгляд на проекцию. Брэдли и Виола снова разговаривают с предводителем спэклов, но мы больше ничего не слышим. Она отключила звук.

— Спасибо тебе большое, Тодд, — раздраженно бурчит госпожа Койл по второму каналу.

— Она не меня выключила, а вас!

— Дура тупая, — доносится голос мистера О’Хары с другой стороны костра.

— ЧТО ты сказал?! — ору я, вскакивая на ноги и бросая в него мысленные пули.

Мистер О’Хара тоже встает. Он тяжело отдувается и стискивает кулаки:

— Мы теперь не слышим, что происходит! А все потомушто нечего посылать девчонок на…

— Молчать! — обрываю его я.

Он раздувает ноздри:

— Не то что, щенок?

Я вижу, что мэр уже хочет за меня вступиться, но…

— Шаг назад, — говорю я.

Голос у меня совершенно спокойный, Шум легкий, как перышко.

Я — круг…

Мистер О’Хара сразу пятится…

И наступает прямо в костер.

Секунду он просто стоит, ничего не замечая, а потом взвизгивает от боли и подпрыгивает в воздух. Низ его брюк уже вовсю полыхает, и мистер О’Хара уносится прочь в поисках воды. Мэр и мистер Тейт громко хохочут:

— Молодец, Тодд! Твои успехи впечатляют.

Я часто моргаю, дрожа всем телом.

Я бы мог его покалечить.

Стоило только захотеть.

(ох, как же это приятно…)

(заткнись)

3/4 Что ж, до конца переговоров

нам делать нечего, — говорит мэр, все еще смеясь. — Почему бы не скоротать время за легким чтением?

Я все еще пытаюсь отдышаться, поэтому далеко не сразу понимаю, что он имеет в виду.

[Виола]

— Нет, — говорит Брэдли. снова качая головой. Из его рта начинают вырываться облачка пара — чем ближе закат, тем холоднее становится воздух. — Нельзя начинать с казней. Мы ведь задаем тон всему будущему планеты.

Я закрываю глаза и вспоминаю, как он говорил то же самое давным-давно, целую вечность назад. И он оказался прав. Мы начали с кошмара и до сих пор в этом кошмаре живем.

Я прячу лицо в ладонях. Ох, как же я устала… Температура опять поднялась, я это чувствую, и хоть мы взяли с собой кучу лекарств, ничего не помогает… даже рядом с костром, который развели для нас спэклы. я вся дрожу от холода.

Зато переговоры идут очень хорошо — куда лучше, чем мы ожидали. Решено немедленно прекратить любые атаки и организовать большой совет для обсуждения любых вопросов. Мы даже начали договариваться о территории для новых переселенцев.

Но всякий раз перед нами встает один и тот же камень преткновения.

Преступления, — говорит Небо на нашем языке. — Преступления — так это называется на языке Бездны. Преступления против Земли.

Мы выяснили, что Землей спэклы называют себя, а Бездной — нас. Даже имя у нас жуткое… Но это не самая большая загвоздка. Спэклы требуют отдать им мэра и генералов: те должны понести кару за преступления против их собратьев, называемых Бременем.

— Но вы ведь тоже убивали людей! — говорю я. — Сотнями!

Войну развязала Бездна,— отвечает Небо.

— Однако и спэклы не безгрешны. Обе стороны вели себя неправильно.

В Шуме Неба тотчас возникают образы геноцида, который устроил мэр…

И между грудами трупов бредет Тодд…

— НЕТ! — вскрикиваю я, и вожак спэклов удивленно отстраняется. — Он тут ни при чем! Вы просто не знаете…

— Хорошо, хорошо, — останавливает меня Брэдли. — Уже поздно. Согласитесь, первый день вышел очень продуктивный. Мы о многом договорились, сидим за одним столом, делим хлеб и говорим об общей цели.

Шум Неба чуть-чуть утихает, но у меня опять возникает это чувство: будто за нами следят все спэклы планеты.

— Давайте продолжим завтра, — говорит Брэдли. — Мы поговорим со своим народом, вы — со своим. Это поможет на многое взглянуть по-новому.

Небо на минуту погружается в раздумья.

«Бездна останется ночевать здесь. Бездна будет нашими гостями».

— Что? — с тревогой переспрашиваю я. — Мы не можем… — Но спэклы уже начали выносить на поляну палатки. как будто задумывали это изначально.