Вовлеченные в грех
Шрифт:
Наверное, этого она должна хотеть: он даст ей расчет, как они договаривались, и она сможет убежать. Это было бы идеально, но сердце Энн сковал ледяной холод. Она больше никогда его не увидит.
«Глупая. Когда-то это должно случиться. Об этом говорила Кэт. Умная любовница всегда помнит, что однажды все закончится, и готовится к этому».
— Нет, этого я не хочу — Постукивая тростью по полу, герцог приближался к Энн. — Моя сестра проделала весь этот путь сюда, чтобы познакомиться с тобой — с автором неподписанного
— Твоя сестра приехала сюда не для того, чтобы увидеться со мной, — быстро встала Энн. — Я видела, как она бросилась в твои объятия и заплакала... — Закусив губу, Энн замолчала. — Прости, я не собиралась подслушивать. Еще я сожалею, что отправила письмо, ничего не сказав тебе. Но ты должен поверить, что у меня были самые добрые намерения. Меня беспокоило, что твоя мать переживает за тебя. Я потеряла людей, которых любила, и знаю, что значит бояться до смерти. В письме я только написала ей, что ты здоров и силен. И что я... друг одного из твоих друзей.
Энн со страхом ожидала его гнева. Она была уверена, что он весь кипит от злости.
— Я где-то рядом с кроватью? — наконец подал голос герцог.
— Д-да, — заморгала ресницами Энн. — Позволь мне проводить тебя к ней.
— Ну конечно, мой ангел.
Энн, удерживая его за локоть, подвела к кровати, и Девон тяжело опустился на край. Это была его кровать, но он никогда не спал в ней.
— Сестре придется остаться. — Герцог поднял голову, словно точно знал, где стоит Энн. — По крайней мере на ночь.
— Конечно. Она ведь твоя сестра.
— И любая сестра не настолько глупа, чтобы стеснять брата в его холостяцком жилище. — Герцог застонал. — У тебя были добрые намерения, Сэриз, когда ты писала это письмо. Но тебе следовало сказать мне об этом.
— Я знаю и очень сожалею. У меня больше не будет никаких секретов от тебя... — Энн снова закусила губу, чтобы перестать говорить глупости. Тревога за герцога заставляла ее вести себя слишком импульсивно. Она давала обещание, которое никогда не смогла бы выполнить.
— Каролина понятия не имеет, какой я, — с болью в голосе признался Девон. — У меня не хватило духу рассказать ей о ночных кошмарах, о тех воспоминаниях, что не дают мне покоя, о приступах ярости, которые у меня случаются. У нее полно своих проблем. Но я должен ей рассказать. Ее надо предупредить, чтобы она не подходила ко мне. Она беременна. Что будет, если я повалю ее на пол? Жаль, что ты не можешь остаться, Сэриз, чтобы присмотреть за мной, сделать так, чтобы я не причинил зла сестре. Но очевидно, это невозможно.
Энн понимала, что это правда, но у нее сжалось сердце.
— Я знаю, что не могу остаться. Я — твоя любовница, и для твоей сестры мое присутствие здесь станет чудовищным оскорблением.
— Откуда у тебя такая уверенность, ведь я сам ни в чем не уверен? — опустил плечи герцог.
— Я верю, ты не сумасшедший. Подумай, как сильно ты изменился. Ты больше не пьешь бренди, стирая свои ужасные воспоминания. И когда я читаю тебе...
— Ты не сможешь этого делать, если тебя здесь не будет. Сэриз, я не знаю, как переживу визит своей сестры, если тебя не будет в моем доме, чтобы улучшать мое самочувствие.
Сердце Энн подпрыгнуло в груди. И все же остаться она не могла. Как сказал герцог, это невозможно.
— Расскажи своей сестре правду. Скрывать ее нет никаких причин. В своем письме я объяснила, что тебе не дают покоя воспоминания о сражении, воспоминания, которые заставляют тебя кричать по ночам и не дают спать.
— Значит, ты была предельно откровенна?
— Да. Я хотела, чтобы твоя семья поняла, почему ты держишься от них вдалеке.
— И как ты считаешь, почему?
— Наверное, чтобы защитить их от самого себя. Разве ты не говорил мне об этом? Ты хотел отправить меня отсюда ради моей же безопасности. Я хотела, чтобы твоя семья знала, что это не их вина. И по отношению к ним ты поступал как самый благородный и любящий человек.
— Я поступал как разумный человек, — возразил герцог, сжав челюсти.
— Ты не сделаешь больно своей сестре. Нужно только объяснить ей, какой может быть твоя реакция, и она поймет, как себя вести.
— Она не обязана быть осторожной, черт возьми. Она примчалась ко мне за помощью, а я представляю для нее опасность. — Герцог сжал кулак и с поразительной точностью стукнул им по деревянному столбику кровати. От удара содрогнулся балдахин. Энн тоже вздрогнула.
— Почему она приехала просить у тебя помощи? — Энн взобралась на кровать, на коленях проползла за спину герцога и стала мягко массировать его плечи. Они оказались твердыми и напряженными, как железо, и не поддавались легким движениям ее рук.
— Черт, Сэриз, она просила меня пообещать никому не рассказывать об этом.
— Ты изменился, — попыталась его успокоить Энн. — Ты теперь так уверенно передвигаешься по дому. А когда ты последний раз бросал стол через комнату?
— Вряд ли я теперь вспомню, — рассмеялся герцог, но смех его звучал неприветливо и тихо. — Но без тебя, мой ангел, я могу снова начать бросаться вещами.
— Если хочешь, я... я могла бы остановиться где-нибудь поблизости. — Энн понятия не имела, что делать. О любовницах ей было известно только то, что те, кому из них повезло, жили в прекрасных городских домах. Но так происходило с куртизанками в Лондоне. Насчет того, как это случается здесь, в деревне, она пребывала в полной растерянности.