Восток
Шрифт:
Сапоги у пластунов особые, не как у дружинников. Куда короче, с ремнями вокруг икры и щиколотки, чтобы плотнее держало. Подошва толстая и мягкая, с невысоким каблуком, с карманами-ножнами под ножи. Ремесленники делают сапоги долго, снимая несколько мерок, чтобы нога сидела в них как влитая. За что и дружат с ними воины, благодарят как можно и никогда в обиду не дают, равно как и оружейников. Знают, что жизни их зависят от воинской справы, сделанной честно и с душой. Хорошо хоть, что сапоги старые и испытанные, не пришлось обувать неразношенные. Только портянки поменять. Ну вот и пришло время для оружия.
Дунай улыбнулся сам себе, не забыв похвалить запасливость и осторожность, мысленно показав кукиш Любомиру, оставшемуся в Кремле. Хрен те, дружинный, а не смерть безоружного пластуна. А за лестницу
Ножи-засапожники спрятались в гнездах, не ощутимые и не мешающие при ходьбе. Штыри вошли в гнезда штанов, по три на каждую ногу. Дунай перекинул через левое плечо ремень колчана со стрелами, закрепил ремешками вкруг бедра. Стрелы у него особые, сделанные из металла, с нарезкой по концу каждой. Нашел когда-то сто – сто пятьдесят таких прутков, прочных и легких, и сразу же воспользовался ими. И сам себя хвалил потом сколько раз и всегда старался забрать назад выпущенные стрелы. Накручиваемые наконечники от граненого до срезня – вот они, в особом подсумке на поясе. Эх и ругался с ним Савва, безотказный ворчун, мастеря хитрым приспособлением нарезку на стрелах. Но вышло на славу, крепко и надежно. Перья у стрел от рукокрылов, с кончиков их кожаных простыней, где они идут жестким рядком по самому краю. Что дальше? Лук, старый добрый друг, близнец того, что остался в руках молодых дружинников, сделанный в мастерских по образцу когда-то найденного в оружейных подвалах Кремля.
Лук, оно же дело особое. Фузеи и дальнобойные пищали делались проще, когда свариваясь из плюющихся раскаленным металлом полос, когда высверливаясь в твердой железной чушке. С луками же у мастеров Оружного приказа срасталось поначалу тяжело. Лук – оружие непростое, одно дерево надо выдерживать много лет, да под гнетом, да постоянно осматривая. То-то и оно, а кроме этого, раз уж на то пошло, то и науки-то такой в Кремле так и не оказалось. Забылось, не воскресло мастерство само по себе, делали как могли. Вроде бы и дерево с рогом есть, и клей из нёба рыб-мутантов с реки варить выучились, а все не шло. Сподобил Отец воинов, огненнобородый Перун, послал находку в тех самых подвалах. Потому держал сейчас в руках Дунай стальной гибкий лук. Наверняка не хуже деревянного.
Складной, с шарнирами и замком посередине кибити [8] , раздвигающим плечи когда надо стрелку. Зацепы на концах тонких и прочных пластин надежные для натяжения кожаной вощеной тетивы. Дунай лук любил, пользовался им как никто другой. Вот и сейчас, раскрыв его для осмотра, почувствовал радость, взяв в руки немалый для обычного человека вес. Посмотрел, не нашел к чему придраться и, защелкнув, убрал в налучь за спину. Тетиву пластун надел прямо сейчас, зная – что не помешает, стрелять-то придется. Осталось немного – и можно идти наружу, в злой и негостеприимный город, каким обернулась для своих исконных детей Москва.
8
Кибить – рабочая часть лука, состоящая из плеч и служащая для натягивания тетивы. Прим. автора.
Клинок, прямой, не изогнутый, с обоюдосторонней заточкой, короткий и хваткий, мягко вошел в ножны на левом боку. А еще здесь есть кое-что еще, оставленное в прошлый раз. Револьвер-пепербокс [9] , снарядив его заново сухим порохом и тяжелыми пулями, Дунай вложил в кобуру на поясе, сзади. Так… что еще?
Пластун быстро убрал длинные волосы в тугую косу, не забыв вплести в нее прочную цепочку с крупными звеньями. На нее же надел кожаный чехол, затянул его шнурки. Тяжеловато, но шею прикрывает от рубящих, да и не только, ударов сзади.
9
Револьвер создан оружейным мастером Томасом Тэрнером. Шесть гладких стволов изготовлены из цельного куска стали обычным способом, каждый пронумерован у казенной части. Капсюли находятся под правым углом к оси стволов и не имеют перегородок. Казенная часть имеет заслонку для капсюлей. Ударно-спусковой механизм двойного действия требовал значительного усилия при нажатии на спуск, так как приводил в действие храповик, который проворачивал стволы. Стволы вращались на центральной оси, ввинченной в казенную часть. Доступ к капсюлям открывался с помощью отверстия справа от курка. Нажатием на спуск можно поднять носовую часть курка, для того чтобы стволы прокрутить вручную против часовой стрелки. Ясное дело, что принцип стрельбы «подогнан» кремлевскими оружейниками под имеющиеся реалии. Прим. автора.
«Идем?» – Мысленный голос Пасюка, хриплый и жесткий, возник в голове.
«Да».– Дунай окинул взглядом свое убежище, так часто выручавшее и дававшее отдохнуть. Подошел к вырезанному Перунову колесу, стоявшему отдельно на полочке. Приложил ладонь, зашептал еле слышно воинскую просьбу-молитву, говоря с Отцом воинов. Нет-нет, смерти Дунай не страшился, не хотелось только умереть без толку, не сделав обещанного. Вот и просил гневного бога ратных людей, чтоб помог, чтоб довел и не дал сгинуть просто так.
«Пасюк? – Крысопес повернул к нему голову.– Выходим через главный ход. Дай ленту».
«В косу заплетешь?» – Морду Пасюка снова растянула такая похожая на человеческую улыбка. Дунай понимал, что такое невозможно, что не может крысособака усмехаться, но глазам своим тоже верил, не говоря про смысл «сказанного». Пластун оторопел от второй подряд шутки мутанта. Думать про это следует позже, но, видно, находясь рядом с человеком, крысюк умнел.
«Тебе на шею нацеплю»,– подумав, ответил пластун.
«Зачем?» – Маленькие красные бусины глаз уставились на него.
«Для красоты,– Дунай хмыкнул в ответ на страхолюдную ухмылку-оскал товарища.– Все, пошли».
Выбравшись из схрона, Пасюк сразу двинулся в ту самую сторону, куда, по воспоминаниям Дуная, ушел маркитант Гед после встречи с недомерком Фенгом. Интересные дела вырисовались перед пластуном, равно как и перспективы. Если в деле как похитители оказались замешены торговцы, то все становилось еще более непонятным и запутанным. Мог, конечно, он и ошибаться в суждениях. Только… город не то место, где можно взять и спокойно посидеть-отдохнуть. Населенных анклавов разумных, и необязательно, существ, в округе не так уж и много. А Пасюк уверенно пёр именно в сторону дунаевских знакомцев из клана «черных» маркитантов. Вот и дела…
Дунай на бегу невесело усмехнулся, прикидывая, что да как теперь придется делать. Так на так и выходило, что придется лезть к маркитантам да вытаскивать Геда. Э-э-эх…
Глава четвертая
Верю всякому зверю, даже и голому ежу, а тебе, маркитант, погожу.
Дунай затаился, прижавшись к раздолбанному памятнику, на котором остался лишь низ лица с широко раскрытым ртом какого-то мужика. Или бабы, уж это со временем стало совсем непонятным. Губищи у статуи, что сковородники у поварих, широкие и вывернутые, пасть разинута. Чего орет уже который век? Подбородок голый, а верхняя губа осталась не полностью, вот и непонятно, то ли мужского пола, то ли наоборот.