Восстание
Шрифт:
Он долго молчал. Затем кивнул.
— Ты мне нужна. Ты знаешь это, не так ли?
— Да. Знаю.
— Я никогда не смогу сделать это без тебя.
— Ну, у тебя есть я, — она немного приблизилась к нему. — И у меня есть ты. Мне кажется, это справедливо.
— Чёрт, я так тебя люблю, Талия.
Она улыбнулась ему.
— Я тоже тебя люблю.
— Правда?
Она хихикнула и перебралась поближе к нему.
— Да, я люблю тебя. Разве ты ещё не знал?
— Что ж… Я надеялся.
Он опустил руки ей на бёдра, крепче прижимая к себе. Она чувствовала, как его восставший член
Её лоно сжалось в ответ, и она потёрлась о его тело.
Он застонал, обнимая её обеими руками, и припал в нетерпеливом поцелуе.
Они целовались долго, страстно, неторопливо и так сладко. Её тело омывало волнами удовольствия и чувств — слишком глубокими чувствами, чтобы выразить словами. Она была возбуждена до предела — и он тоже, она наконец прервала поцелуй и выпрямилась, чтобы расстегнуть рубашку.
Талия оседлала его бёдра, и он горячо посмотрел на неё снизу вверх. Девушка вытащила зажатую между ними ткань, чтобы обнажить тело, и позволила рубашке соскользнуть с плеч. Его бёдра несколько раз рывком дернулись, как будто он не мог сдержаться.
Она любила в нём это. Ее любимый был настолько неконтролируем, настолько искрений, настолько подлинный. Талия никогда не знала, что мужчина может быть таким: таким открытым, таким настоящим.
Медленно, с улыбкой, она открыла полотенце, которое он обернул вокруг своих бёдер, и вытащила жёсткий член. Дэш застонал, когда она мягко погладила его. Он поднял руки, чтобы приласкать её грудь. Она ахнула и изогнулась от удовольствия, когда одна его рука скользнула вниз, чтобы поиграть с её уже влажным горячим лоном.
Он неспешно ласкал её, она же закусила губу, чтобы заглушить слишком громкие крики удовольствия. Затем Талия приподнялась на коленях и настроилась на его возбуждённый член, медленно опуская бёдра, пока полностью не охватила его своим лоном.
— Чёрт возьми, милая, — прохрипел он, держась руками за её попу. — Чёрт, ты так хорошо чувствуешься. Как ты это делаешь со мной каждый раз?
Она начала двигаться, полностью опускаясь на него, так глубоко и настолько плотно, что из всех ощущений не осталось ничего, что ей нужно, только всё поглощающая страсть. Пока она двигалась, он смотрел на неё с благоговейным трепетом и обожанием в глазах.
Он не брал. Он давал. Он любил. Она тоже может отдавать. Она тоже может любить.
Не потребовалось много времени, чтобы в центре её естества неудержимой лавиной начал нарастать кульминационный момент, и это было хорошо, потому что Дэш не продержится долго. Он сипло хрипел, а его бёдра качались под ней, наращивая темп, более нетерпеливо, ещё более неконтролируемо.
Она сильней и резче насаживалась на него, пока не вспыхнул оргазм, когда лоно сжалось вокруг его члена, он задохнулся в приглушённом крике завершения. Его тело содрогнулось от спазмов, и по лицу прокатилась волна чистого удовольствия, насыщения.
Вспышка!
Он так долго жил, не позволяя себе никакого расслабления.
А теперь можно.
Она может ему это дать.
И это делало её невероятно счастливой.
Талия упала на него сверху, насыщенная и расслабленная, и он крепко обнял её.
— Я люблю тебя, родная, — пробормотал Дэш ей в волосы.
У неё не
— Я тоже тебя люблю, — сказала она. — Но я очень устала, так что, может, отложим беседы до завтрашнего утра?
Он усмехнулся и погладил её по волосам.
— Конечно.
Через минуту она прижалась к его боку. Дэш подтянул одеяло, прикрывая их обоих.
Ей потребовалось всего несколько мгновений, чтобы заснуть.
Это был лучший ночной сон, который у неё когда-либо был.
***
Они спали до позднего утра, и когда проснулись, продолжили наслаждаться расслабляющей негой совместного, не торопливого пробуждения. Ели неприхотливый завтрак, беседуя с красивым и харизматичным Холом и его спокойной женой Кайлой, а затем долго вместе гуляли. И в течение прогулок строили планы на следующие несколько месяцев своей жизни.
Талия наслаждалась этим временем больше, чем когда-либо. Ей нравились Хол и Кайла, и ей нравилось гулять по их виноградникам, пробуя несколько разных сортов винограда. Она знала, что на этой планете не пробудет долго, казалось бы, отрезанной от остальной вселенной, но ей нравилось, что такое место существует.
На ужин Хол и Кайла пригласили друзей. Две пары с их детьми, которые тоже знали Дэша.
Одна из женщин была его подругой, с которой он встретился на той примитивной планете. Её звали Ленна, она была шикарной блондинкой, умной и симпатичной. Её муж, Рон — был сильным здоровенным мужчиной, с длинными волосами, собранными в гладкую косу. Он говорил мало, а когда говорил, слышался акцент. У него была добрая улыбка, но он чаще был серьезным с проницательным взглядом. Дэш рассказывал о нём, что до прошлого года тот никогда не знал о существовании остальной вселенной. Талия не могла себе представить, как можно так резко изменить жизнь, и она ненавидела, что его вынудили это сделать. У Рона и Ленны было две дочери и сын. Для детей изменения жизни были менее тяжёлыми.
В другой семье, которая приехала, был огромный, устрашающий мужчина по имени Каин, который, похоже, не был таким дружелюбным, как его жена, Рианна, она была коммуникабельной. У них был сын и дочь, немного старше детей Рона и Ленны.
Все расположились на обед под открытым небом на террасе, и Талия могла сказать, что Дэш был искренне рад провести время со своими друзьями, узнать про их жизнь и рассказать им о себе.
Она была счастлива, что он может это сделать, хотя оба понимали, что не останутся здесь надолго.
После обеда Рон остался снаружи, играть с детьми, а остальные помогли отнести посуду на кухню.
Желая быть полезной, Талия взяла полупустую бутылку вина, которую они пили, и пошла за всеми на кухню. У напитка был восхитительный вкус, лучший, чем любое реплицированное вино, которое она когда-либо пробовала.
Когда она вернула вино на стойку, огляделась и увидела, что все смотрят на Дэша.
Очевидно, Дэш тоже понял это.
— Что происходит? — спросил он, глядя на окружающих. Талия подошла, чтобы встать рядом с ним и поддержать, и он потянулся взять её за руку.