Воспитательные часы

Ней Сара

– Господи, Лорел, пожалуйста…

Ее ладонь поднимается, чтобы остановить меня, нос краснеет. Она сейчас заплачет.

– Пожалуйста, просто позволь мне уйти, хорошо? Я хочу уйти. Со мной все будет в порядке.

Но она не в порядке, и я тоже.

Ни в коем случае.

Я позволяю ей уйти, на самом деле сижу и смотрю, как она собирает свои вещи, сдерживая слезы, когда запихивает дерьмо в свой рюкзак, все время желая, чтобы мозг заработал.

Господи, подскажи мне хоть раз, что я должен сейчас сказать.

ГЛАВА 23

«Разлука

делает мой член ещё более твердым».

Ретт

– Мама.

– Привет, милый!

– Эй.
– Мое безразличное приветствие заставляет ее действовать осторожно. Возможно, она даже предполагает худшее — что кто-то из команды выкинул еще один глупый трюк.

– Все в порядке? Ты никогда не звонишь.

– Все в порядке.
– Через несколько секунд я прочищаю горло.
– Мне нужен совет.

– Это из-за Лорел?

Ерзаю на стуле и поворачиваюсь к окну.

– Да.

– Что-то случилось?

– Нет. Да. – Я провожу рукой по лохматым волосам. Почему до сих пор не подстригся?
– Понятия не имею.

– Хорошо, - говорит она медленно, осторожно.
– Ты знаешь, что можешь говорить со мной о чем угодно.

– Это на самом деле пустяк.

– Окей.
– Она терпеливо ждет меня.
– Это связано с… - ее голос падает до шепота, - с-е-к-сом?

– Что? Нет!

– Ты порвал с ней?

– Что?
– Почему она так выразилась: я порвал с ней?
– Нет, ничего подобного.

— Потому что эта юная леди влюблена в тебя, Ретт. Эти голубые глаза светятся, когда она смотрит на тебя.

– Светятся?

– Да. Даже твой отец заметил.

– Папа?

– Да, твой отец, - мама смеется.
– Знаешь, мы тоже когда-то были молоды. Мы помним, что значит быть jeune et amoureuse (перев с фран.: Молодым и влюбленным). Так проблема в этом?
– У нее тихий голос.
– Это имеет какое-то отношение к делу? Она милая.

Не знаю, можно ли так классифицировать Лорел, но я держу рот на замке.

– И ты ей нравишься.

На самом деле она влюблена в меня.

Любит.

Я прокручиваю это слово в голове, для меня это понятие чуждое.

– В этом-то и проблема? Думаешь, ты ей не нравишься?

Мое молчание говорит само за себя.

– Почему ты думаешь, что не достоин ее любви?

Оставляю это маме, чтобы добраться до корня проблемы, даже не пытаясь. Телефонная линия молчит, пока я мысленно перечисляю причины, по которым не достоин ее любви:

Я не красавец.

Я не общительный.

Мне

неловко из-за неопытности.

Мои товарищи по команде обращаются со мной, как с дерьмом, хотя теперь я самый победоносный спортсмен команды.

Лорел - это все, чем я не являюсь: красивая, шумная и популярная.

– Милый, ты еще здесь?

– Да.

– Я хочу, чтобы ты выслушал меня, Ретт Клейтон Рабидо.
– Ее тон тверд, слова ободряющие. — Ты смышленый, умный и трудолюбивый - немногие молодые люди твоего возраста могут сказать это.

Я закатываю глаза.

– Симпатичный.

Усмехаюсь, прерывая ее монолог.

– Молчи и слушай свою мать, - бросает она через линию.

Стискиваю зубы.

– Я никогда не видела, чтобы кто-то так усердно работал, как ты. Это все, что ты делал с самого детства. Ставил перед собой цель и работал над ее достижением — мы никогда не могли сказать тебе «нет». Я беспокоюсь, что должна была дать тебе больше ограничений, но ты никогда не хотел соглашаться.

Мама молчит, обдумывая следующие слова.

– Практика, практика, практика. Ты помогал заботиться о Нане, когда она была жива. Работал каждое лето, копил все до последнего цента, чтобы купить джип.

Она снова делает паузу.

– Я знаю, ты думаешь, что мы с папой расстроились из-за твоего перевода, и это, вероятно, моя вина, но ты ошибаешься. Мы с папой эгоисты. Не хотели, чтобы ты переводился, потому что хотели держать тебя поближе к дому — это не имело ничего общего с Айовой как школой. Мы так гордимся тобой, Ретт. Ты всегда был образцом для подражания для своих братьев, избегая неприятностей, алкоголя и наркотиков. Тебе не кажется, что пришло время повеселиться? Влюбиться в умную, красивую девушку?

Тишина.

– Ретт, милый, любой, у кого есть глаза, видит, что она любит тебя, даже если девушка сама этого еще не знает.

Я качаю головой, чего мама не видит.

– Она знает. Она сказала мне.

– Когда?
– У мамы перехватывает дыхание.

– Сегодня.

– Ты поэтому звонишь?

– Да. Она сказала мне, и я…

– Что ты ей сказал?
– Мама мягко понижает голос.

– Ничего.
– Пауза.
– Это плохо?

Короткий вдох мамы - не та реакция, на которую я надеялся.

Дерьмо.

– О, милый. Что она сделала?

– Она немного расстроилась, встала и оставила меня сидеть в библиотеке.

– Как ты относишься к Лорел?

– Она мне нравится.

– И это все?

Так ли это?

– Нет.

– Ты любишь ее?

– Возможно.

Наверное.

– Но ты не готов произнести эти слова?

Я готов, просто чертовски боюсь.

– Не знаю, мам. Я никогда не говорил этого никому, кроме вас.