Восьмой грех

Ванденберг Филипп

Обожженный неторопливо спрятал пистолет под пиджак. У Мальберга появилось ощущение, будто этим движением незнакомец хочет выиграть время на размышление.

— Я пытался, — наконец ответил он. — Но попытка не удалась. Понимаете, я человек для грубых и решительных дел. Конкретный заказ — один выстрел, максимум два — и дело сделано. Или взлом, то есть конкретная цель, требующая три дня наблюдений и планирование, — и через пятнадцать-двадцать минут все готово. Но сделка на сто тысяч долларов с кардиналом курии — это нелегкая для меня задача.

Вы меня понимаете?

Пока Обожженный говорил, Мальберг начал догадываться, что этот тип как-то связан с аварией, в которую попал государственный секретарь Филиппо Гонзага. «Предназначались ли те сто тысяч долларов в пакете, которые вез Гонзага, для этого человека?» — подумал он.

Мальберг интуитивно чувствовал, что доверять Обожженному нельзя. К тому же у Лукаса не было ни малейшего желания участвовать в темных делишках. Однако он все еще помнил холодное дуло пистолета, приставленное к его спине, и боялся.

Тем не менее Мальберг сделал вид, что заинтересовался предложением.

— Понимаете, — продолжал Обожженный, — для такого человека, как я, с которым судьба обошлась жестоко, на свете есть только одно святое слово — деньги. Для меня не имеет значения, как вы выглядите, если ваш кошелек полон. Весь мир можно купить. А поговорка «Деньги не главное» — просто ерунда. Тогда бы все бедняки были счастливы.

Мальберг отсутствующе кивнул.

— Так вы мне, наконец, скажете, о чем идет речь? — спросил Лукас.

Обожженный покачал головой и твердо заявил:

— Не здесь и не сегодня!

— Конечно нет, — согласился Мальберг и выдвинул встречное предложение: — Вы должны меня понять: я бы беспокоился только о деньгах, если бы мы играли в открытую.

— Я ничего другого и не ожидал, — ответил Обожженный. — Нельзя быть чрезмерно осторожным. Хотя в мире много мошенников. Я предлагаю встретиться завтра в десять.

— Договорились. Где?

— У «Пьеты» Микеланджело в соборе Святого Петра, справа от входа.

— Где, простите?

— Вы меня правильно поняли.

Еще до того как Мальберг успел выразить удивление, Обожженный вышел из парадного и направился в сторону Виа деи Коронари.

Глава 37

Когда Мальберг вернулся в квартиру Барбьери, его ожидал сюрприз. Джакопо принимал гостей.

На Катерине была белая блузка и до неприличия короткая юбка. С распущенными волосами и скромно накрашенными губами девушка выглядела так же, как во время их второй встречи в Коллине Эмилианце на Виа дельи Авиньонези. Однажды она этим видом его уже сразила.

— Все не так, как ты думаешь, — сказала она, заметив укоризненный взгляд Мальберга.

Барбьери тут же поспешил вставить:

— Она ждала меня под дверью, когда я пришел домой.

— Ладно. Не буду вам мешать, — прорычал Лукас и развернулся на каблуках.

Но прежде чем он дошел до двери, Катерина остановила его, встав на пути.

— Ты идиот! — зло воскликнула

девушка. Затем она положила руки ему на плечи и поставила ногу между его ног. — Как мне тебя убедить, что Паоло и меня обманывал?

Мальберг чувствовал тепло ее тела, вдыхал аромат ее волос и хотел прижать Катерину к себе. Но он все еще не доверял ей, хотя крайне нуждался в человеке, на которого можно было бы положиться. В темных глазах Катерины Лукас видел желание. «Бог мой, — подумал он, — если и есть женщина, которая способна отвлечь меня от тягостных мыслей, то это она». Только рядом с ней он забывал о Марлене.

Мальбергу не хотелось уходить. Тем не менее он отвернулся и попытался высвободиться из объятий Катерины.

— Просто послушай, что она тебе скажет, — прозвучал у него за спиной ровный голос Барбьери.

Лукас, впервые подумавший о том, что он был не прав, неохотно присел за кухонный стол напротив Джакопо. Катерина молча протянула ему бумажку, на которой было написано: «Лунготевере Марцио, между мостами Понто Кавур и Понто Умберто, по левому берегу Тибра».

— Что это? — спросил Мальберг с наигранным спокойствием.

— Новый адрес синьоры Феллини, — ответила Катерина. — От Паоло, — нерешительно добавила она. — Он сказал, что ему жаль, что так вышло, и он хочет все исправить. Он действительно хочет тебе помочь!

— Ну да, он уже один раз помог, — язвительно произнес Лукас.

— Я знаю. Он мне рассказал, как все произошло. После того как мы побывали в замурованной квартире Марлены, Паоло узнал от соседки синьоры Феллини, которая живет через два дома, что какой-то незнакомец заплатил консьержке за молчание. Она якобы следила за какой-то квартирой на Виа Гора и об этом не должна была никому говорить. Догадываюсь, что сумма была весьма приличная, так как синьора Феллини сразу сменила старое жилье на весьма респектабельную квартиру и перестала работать консьержкой чуть ли не на следующий день. Паоло удалось выяснить, уж не знаю как, новый адрес синьоры. При этом он обнаружил странную взаимосвязь, следы, которые вели в Ватикан. Паоло узнал нечто, чего ему не следовало знать. Информация оказалась очень важной, и он выставил со своей стороны требования. Но ему дали смехотворную сумму Во время передачи денег, в которой участвовала синьора Феллини, разразился скандал. Ну, это мы видели собственными глазами.

Мальберг молчал.

— И где теперь Паоло? — поинтересовался Барбьери.

— Я не знаю, — ответила Катерина. — Мы общаемся только по телефону. Он говорит, что за ним следят и ему приходится скрываться. Лукас, он хочет срочно с тобой поговорить. Я понимаю, тебе будет сложно решиться на это, но ты должен его простить!

Слова Катерины привели Мальберга в бешенство.

— Нет! — взорвался он. — Так просто ты своего братца не вы городишь! Обычного извинения тут недостаточно… Спасибо, но я сам как-нибудь управлюсь. Без помощи этого мелкого мошенника.