Восхождение
Шрифт:
— Мы на расстоянии двух лиг, — сообщил группе Форест.
Сомо почувствовал, что живот перестало крутить. Однако теперь парень ощущал некоторую неуверенность. Неуверенность в том, что он действительно настоящий солдат. Неуверенность в том, что сделал свой выбор самостоятельно. И неуверенность в том, что хочет ли он войти в эпицентр песчаной бури во имя Революции.
В то время пока мысли одолевали разум, Сомо почувствовал, что танк сбавляет ход. Услышал, как двигатель увеличивает обороты и надсадно гудит, чтобы преодолеть силу ветра. Тогда он подумал, хватит ли у машины
— Мы в пределах одной лиги, — просипел Форест. Из-за шума ветра его практически не было слышно. Поллоку пришлось повысить голос, чтобы его услышали. Он посмотрел на механика-водителя, ожидающего приказа, и кивнул.
— Хорошо. Пришло время утяжелиться!
Форест включил гравитационные ускорители. С невыносимо медленной скоростью танк пополз вперед.
Казалось, прошла вечность, прежде чем крупинки песка забарабанили по броне танка. Сомо посмотрел на монитор и сообразил, что они достигли песчаной бури в основании смерча.
В течение долгого времени никто не произнес ни слова. Все сидели и слушали, как порывы ветра бьют по броне, как сплошным ливнем стучит песок, как завывает от перегрузки двигатель.
Еще через один бесконечный промежуток времени Форест снова подал голос:
— Мы достигли наружного периметра. Движок раскален. Я не знаю, насколько его еще хватит!
Поллок бросил на Киля испепеляющий взгляд.
— А я не знал, что ты крутой спец по двигателям танков. Полный вперед.
Голос Раймса прерывался. Систему внутренней связи забивали помехи. Сомо знал, что скоро, как только они окажутся внутри воронки, передатчики не будут работать вообще.
— Все-е зашиби-ись… — пробормотал Форест, сосредоточив внимание на панели управления. — Заезжаем в заповедник.
Танк тяжело полз через периметр внутрь Пинакля Фудзита.
Арктур Менгск сидел, наблюдая за таймером на консоли. Нажав тангенту на лацкане, он произнес в петличный микрофон.
— Они должны быть на месте, лейтенант. Приступайте к проникновению.
— Принято, сэр, — знойным голосом ответила Сэла.
Арктур откинулся на спинку кресла и закрыл глаза. «Именно сейчас… Действительно все начнется», — подумал он. — «Скоро мы получим доступ к любым тайнам Конфедерации. Но, что более важно, встанем на путь мести. И когда-нибудь, счета за сломанную жизнь, будут оплачены».
…Кажется, существо являлось каким-то насекомым. Оно имело сегментированное с множеством ног тело, и выделяло слизь из брюшка. Используя крошечные конечности и извиваясь подобно хвосту змеи, насекомообразная тварь поползла вперед. При движении она издавала тот самый липко-сосущий звук, который и слышала Сара. Существо переместилось на край фиолетовой массы, а затем остановилось, исследуя открытое пространство двумя маленькими усиками. Выгибаясь в направлении Сары, тварь приподнялась на задних конечностях и оказалась на уровне глаз девушки. Крошечные ноги засучили туда-сюда, когда существо слегка вытянуло голову вперед и принялось раскачиваться перед лицом
Сара смотрела в фасеточные глаза насекомообразного. Девушка не понимала, откуда они знают друг о друге. Она не была уверена, но ей казалось, что существо ждет… Словно солдат… Ждет приказа сделать шаг.
Находящийся в комнате наблюдения, доктор Фланкс поразился увиденному. Бросив все, он принялся лихорадочно печатать отчет. Ассистент, раскрыв рот, следил за ситуацией в соседнем помещении.
— Ну, я бы сказал, что очевидно есть какой-то способ общения между ними, — предположил он.
Доктор кивнул и сосредоточил внимание на происходящем в лаборатории. Личинка ждала у ног подопытной, как выпрашивающее еду домашнее животное. Это было действительно удивительно.
— И что теперь? — спросил лаборант.
Ученый пожал плечами.
— Не имею ни малейшего понятия… Ясно одно, что телепаты, а особенно этот пациент, могут взаимодействовать с инородным видом.
— Но может ли она контролировать их?
Доктор подумал.
— Посмотрим, — наконец сказал он, — может ли она отдавать твари приказы.
Танк с повстанцами находился внутри смерча и медленно продвигался к внутреннему барьеру. Под напором ветра машина накренило на один бок. В какой-то момент что-то, (скорей всего не очень существенную деталь), оторвало от башни и унесло вихрем. Оглушительный рев ветра не смолкал ни на секунду. Сомо не сомневался, — не будь шлема, в уши пришлось бы вставить затычки.
Внутри торнадо передвижение практически не ощущалось. Тем не менее, танк передвигался вперед. Лишь к реву мотора добавился подозрительный шум, словно в глубине двигателя что-то застучало. Но Поллок, как и остальные из команды знали, что в эпицентре урагана они бессильны что-то сделать.
Сомо в который раз посмотрел на монитор перед Форестом. Картинка на нем не менялась — один сплошной песок. Однако парню вдруг показалось, что он разглядел очертания одного из сооружений комплекса Фудзита.
Сооружение напоминало громадный валун посреди густого тумана. Черная громада комплекса, различные конструкции изредка мелькали в песчаном хаосе. И, чем дольше Сомо наблюдал, тем больше проступали очертания строений. Вскоре он уже мог различить радиомачты и спутниковые тарелки. Танк неумолимо двигался к эпицентру воронки. Рев урагана то накатывал, то отступал, после чего утих и сменился шумом сильного ветра.
Танк остановился. Поллок подал сигнал к высадке.
Сомо Ханг вылез из танка первым. Спрыгнув на землю, он попытался сделать несколько шагов и споткнулся. Он ударил по кнопке управления забралом шлема, чтобы глотнуть свежего воздуха. При инструктаже до десантников довели, что воздух на Виктор-5 пригоден для дыхания. А назначение скафандров — защита от противника. Неожиданно парень почувствовал горечь в горле, а затем его желудок сжался в спазме. Он согнулся пополам, изрыгая на землю два последних обеда. Справившись с рвотой, Сомо вытер рот. Затем он поднял глаза и остолбенел от увиденного.