Восход тьмы
Шрифт:
– Есть работа, которую нужно сделать… Ты видишь, как горят свечи, Уилл. – Ее голос стал тише, потом снова окреп. – Они покажут тебе все.
Уилл посмотрел на мерцающее пламя свечей; высокая колонна света над ними приковывала его взгляд. И вдруг он ощутил странное потряхивание, как будто весь мир содрогнулся. Он посмотрел наверх и увидел…
…увидел, что вернулся назад, в поместье времен мисс Грейторн, Уилла Стэнтона, в холл, наполненный гомоном многих голосов; и один голос звучал прямо над его ухом. Это был мистер Армстронг.
– …спрашивает тебя, – закончил фразу доктор. Мистер
– Да-да, все в порядке. Извините. Что вы сказали?
– Я сказал, что твой приятель, старый бродяга, спрашивает про тебя. «Седьмой сын» – так поэтично он тебя называет, хотя я не знаю, откуда он наслышан об этом.
– Тем не менее я и есть седьмой сын, не так ли? – спросил Уилл. – Я и сам до недавнего времени не знал о своем брате, который умер совсем маленьким. О Томе.
Взгляд доктора Армстронга вдруг устремился вдаль, словно он вернулся в прошлое.
– Том, – повторил он. – Первый ребенок. Я помню. Это было так давно. – Его взгляд вернулся в настоящее. – Да, ты действительно седьмой сын. Как, кстати говоря, и твой отец.
Уилл повернул голову и увидел усмешку отца.
– Ты седьмой сын, пап?
– Конечно, – ответил Роджер Стэнтон. – Половина нашей семьи была убита во время последней войны, а всего нас было двенадцать детей. Ты ведь знал об этом? Это был настоящий клан. Твоей маме очень это нравилось, ведь сама-то она была единственным ребенком в семье. Я смею сказать, что именно поэтому она родила так много детей. Большая редкость для нашего перенаселенного века. Да, ты седьмой сын седьмого сына, мы так шутили, когда ты был еще малышом. Но потом перестали, на случай если ты вдруг возомнишь себя ясновидящим или как там это называется.
– Ха-ха, – хихикнул Уилл, прикладывая некоторые усилия. – Вам удалось выяснить, что случилось со старым бродягой, доктор Армстронг?
– По правде говоря, он привел меня в некоторое замешательство, – ответил доктор. – В его беспокойном состоянии ему нужно бы дать успокоительное, но у него самый слабый пульс и самое низкое кровяное давление, какие я только наблюдал в своей жизни, поэтому я просто не знаю… Физически у него нет никаких заболеваний, насколько я могу судить. Возможно, он просто слабоумный, как многие из этих старых бродяг, хотя в наши дни их не так-то часто можно встретить, они почти исчезли. В любом случае, он продолжает орать, что хочет видеть тебя, Уилл, так что, если ты готов, я провожу тебя к нему ненадолго. Он вполне безобидный.
Странник сильно шумел. Он замолчал только тогда, когда увидел Уилла, и его глаза сузились. Его настроение резко переменилось; он стал уверенным, его морщинистое узкое лицо засияло. Через плечо Уилла он посмотрел на мистера Стэнтона и доктора.
– Убирайтесь! – закричал он им.
– Гм, – нахмурился доктор Армстронг, но все же отвел отца Уилла к двери, так что они оставались поблизости, но не могли ничего слышать. В маленькой гардеробной комнате, которая служила сейчас лазаретом, еще один пациент со сломанной ногой лежал на кровати и спал.
– Ты не можешь держать меня здесь, – зашипел Странник, – Всадник
– Ты уже был однажды до смерти напуган Всадником, – напомнил ему Уилл, – я видел тебя. Об этом ты тоже забыл?
– Я ничего не забываю, – презрительно отозвался Странник. – Тот страх ушел. Он ушел, когда Знак покинул меня. Позволь мне уйти, дай мне уйти к моим людям.
Его слова звучали жестко и решительно.
– Твои люди не возражали, чтобы ты лежал на снегу и умирал, – сказал Уилл. – В любом случае я не держу тебя здесь. Я просто принес тебя к доктору. Вряд ли он позволит тебе уйти во время сильной бури.
– Тогда придет Всадник, – сообщил старик. Его глаза заблестели, он закричал так громко, что все в комнате могли его слышать:– Всадник придет! Всадник придет!
Уилл отошел от него, а отец и доктор быстро подошли к кровати.
– Да что происходит, в конце концов? – спросил мистер Стэнтон.
Доктор склонился над Странником, а тот ничком упал на кровать и снова начал злобно бормотать.
– Кто его знает, – сказал Уилл, – он несет какую-то чепуху. Думаю, доктор Армстронг прав и старик слегка не в себе.
Он оглядел комнату и увидел, что Мерримена нигде нет.
– Что случилось с мистером Лайоном?
– Он где-то здесь, – неопределенно ответил отец. – Найди близнецов, хорошо, Уилл? Я пойду посмотрю, достаточно ли утихла буря, чтобы мы могли пойти домой.
Уилл стоял в шумном холле, люди сновали мимо него с одеялами и подушками, чашками с чаем, бутербродами из кухни, пустыми тарелками. И, находясь в самом центре переполненного людьми мира, он все же ощущал себя обособленно, чувствовал, что держится особняком и не является его частью. Он посмотрел на огромный камин. Даже потрескивание огня не могло заглушить завывание ветра снаружи и стук льдистых хлопьев снега в оконные стекла.
Пламя танцевало, приковывая к себе взгляд Уилла. Откуда-то из безвременья в его голове зазвучали слова Мерримена: «Будь осторожен. Это правда. Всадник придет за ним. Поэтому я просил тебя привести его сюда, в место, защищенное Временем. Иначе Всадник пришел бы в твой собственный дом, и Тьма, что следует за ним, тоже…»
– Уилл! – зазвенел властный голос мисс Грейторн. – Подойди сюда.
Уилл вернулся в настоящий момент и подошел к ней. Он увидел Робина около ее кресла и Пола, который приближался к ним с плоской коробкой очень знакомой формы в руках.
– Мы решили устроить своеобразный концерт, пока бушует ветер, – оживленно проговорила мисс Грейторн. – Все примут в нем участие по мере сил. Все, кому нравится эта идея.
Уилл увидел счастливый блеск в глазах брата.
– А Пол сыграет на вашей старой флейте, которую он так обожает.
– В свое время, – сказал Пол. – А вот ты нам споешь.
– Хорошо, – согласился Уилл и посмотрел на Робина.
– А я стану руководить аплодисментами. Их будет очень много, ведь все мы ужасно талантливы. Мисс Белл прочтет стихи, три мальчика из района Дорни участвуют в фольклорной группе – двое из них даже принесли свои гитары. Старый мистер Дьюхерст прочтет монолог – и даже не стоит пытаться его остановить. Чья-то маленькая дочка хочет станцевать. И это еще не все.