Восход Сатурна
Шрифт:
Компьютеры, что мы передали в Москву, активно используют "товарищи ученые", в рамках некоего "межведомственного вычислительного центра", под вывеской НКВД. Знаю об этом, поскольку математические методы для них (и написание программ на Делфи) обеспечивали наши "студенты" из экипажа. Именно так - поскольку у нас в команде оказалось целых восемь студентов-заочников разных технических вузов. Да и здесь, в Молотовске, Доллежаль, помня о прежней своей деятельности, нагружал наших расчетом турбокомпрессоров к авиамоторам (в нашей истории, в это время эта задача была решена лишь в США -
Хотя - Серега Сирый воет, что у него забрали младшего лейтенанта (из мичманов переаттестованного) Кострова, лучшего из старшин команд. Который оказался еще и одним из тех самых студентов, выпускной курс института стали и сплавов. Вдруг выяснилось, что его знания позарез необходимы в Челябинске, где на громадном заводе с символическим именем "Танкоград" налаживают производство чего-то сильно похожего на Т-54. У них возникли проблемы с литьем полусферических башен, так наш Костров в дополнение к уже переданной туда литературе, якобы может очень помочь им. Обещали правда, после вернуть человека обратно. А кем его пока заменить?
Что у нас с танками, подробно я не знаю - но вот видел в газете на фото (снято явно на фронте, под Сталинградом) что-то очень похожее на самоход, СУ-85 или уже СУ-100. Которых точно, в нашей истории не было в сорок втором! А уж "барбосы", очень похожие на АСУ-57 (с пушкой семьдесят шесть, если на той же машине длинноствольная пятьдесят семь, противотанковая, это будет называться "Оса"), я не раз видел здесь, в Северодвинске, где они по уставу входят в штат охраняющего нас полка НКВД. За каким чертом, неясно - фашистского десанта с бронетехникой ждут?
Судя по карте, в январе-феврале фронт будет у Днепропетровска. А за ним Запорожье, а дальше Никополь. Из-за которого в нашей истории была очень упорная битва, поскольку там марганец (а из-за чего в сорок четвертом качество немецкой брони резко упало, никеля или марганца им не хватило - эх, надо было у того же мичмана Кострова спросить!). Но если немцы и того, и другого лишатся - что будет? Массой компенсировать, что там у них было в линейке - неужели "Маусы" на фронт пойдут, из расчета один за три "Королевских Тигра" или четыре "Тигра" обычных? Точно, сюжет будет из компигры про мир танков - был там кажется, такой?
А вот если Князя у нас заберут, не дай бог! Что-то часто к нему стали бумаги приходить, с подписью самого Бурденко, или еще кого-то из медицинских светил. И не только по поводу пенициллина. У доктора на компе оказалось, ни более ни менее, как "Опыт советской медицины в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг, в 35 томах"! Издан научным коллективом, в 1949-1955, размер четыре гига, все вопросы чрезвычайно подробно. Первый том, огнестрельные раны ожоги отморожения. Второй, общие вопросы военно-полевой хирургии (гнилостная инфекция, анаэробная
И кстати, решили вопрос с принтером. Сначала додумались до листа самой обыкновенной фотобумаги, прижатого к экрану ноута. Одиночные кадры так действительно выходят быстрей - но когда текста много, нормально работает обычная фотосъемка, ФЭД на штативе, жестко закрепленный и наведенный на резкость, успевай лишь щелкать. "Фотокор" дает лучшие результаты, но возни с пластинками дольше. Головной боли нам это лишь прибавило - ведь Лаврентий Палыч, да и сам Сталин, наслышанные уже, что ноуты и компы сдохнут лет через десять, наверняка прикажут всю информацию с них переснять на пленку и бумагу. Ну, будем решать эту проблему по мере ее поступления.
В общем, вся история этого мира сделала поворот оверштаг, с выходом на новый курс. И никак уже невозможно, повернуть назад. Может и в самом деле, тот сон был вещим - и война здесь кончится 9 июля 1944 года?
– Михаил Петрович!? Что с вами?
Анечка трогает меня за руку.
– Ну простите меня! Не буду больше об этом. Просто - год войны, и еще год. А что дальше...
– А дальше, жить будем - говорю я - нам жить, чтоб те гады сдохли. И нам не мешали. Жить, и радоваться. Нельзя все время, об одной войне. Себя сожжешь, изнутри. Надо чтобы было здесь - хорошее, доброе, чистое. Когда знаешь, за что воюешь, что защищаешь - тогда и в бой не страшно совсем.
– А если я не сумела?
– тихо спрашивает Аня - и дома нашего, на Плуталова, нет больше, фугас фашистский попал?
– Война кончится - отвечаю - и что, жить будет не надо? Что мы делаем здесь, на ход ее еще больше влияет, чем утопленные нами фрицы. И не будет нам спокойной жизни, не надейся! Но это, завтра! А пока, как командир, приказываю вам быть веселой и отдыхать! На елку посмотреть хотите, танцевать под музыку - пожалуйста! Идите - там офицеров, тьфу, командиров много, каждый будет вам рад!
– А вы, Михаил Петрович? Вы куда?
– Домой, наверное...
Я оглядываюсь. Ну ничего себе! В зале никого уже нет, мы одни. Дверь приоткрыта, доносится мелодия. А слова-то знакомые!
Ночь коротка, спят облака И лежит у меня на ладони, незнакомая ваша рука. После тревог, спит городок, Я услышал мелодию вальса, и сюда заглянул на часок.– Михаил Петрович, а можно... Подарите мне этот вечер новогодний. Как в фильме, что вы мне показывали тогда, "Карнавальная ночь".
– Танцевать не умею - отвечаю - вальсу не обучался.
Не рассказывать же ей про дерганье и обнимание дискотек восьмидесятых!
– Это совсем просто. Вот встаньте, Михаил Петрович. Руку мне на талию. И раз-два-три.