Восемь
Шрифт:
— Неееет, — дразню ее я. — Ты ослышалась, — подмигиваю, и она открывает рот, чтобы продолжить спор, но мне приходится ее перебить. — Ты помыла руки?
И тут принцесса Айви закатывает глаза, от чего я даже не пытаюсь скрыть свой смешок.
— Ладно, ладно, просто спросил. Можно еще один вопрос?
Она задумывается, глядя на меня, и кивает головой, все еще не совсем уверенная в том, собираюсь ли я снова дразнить ее.
— Что думаешь насчет того, чтобы мы собрали все необходимое для пикника и пошли на пляж?
—
— Па-па, — присоединяется Артур к беседе.
— Думаю, твоему брату тоже нравится эта идея. Как насчет того, чтобы Артур помог мне собрать все, что нужно, а ты пойдешь в свою комнату и найдешь свой купальник, пляжное полотенце и лосьон от загара?
— Хорошо, папа, — радостно соглашается она и вприпрыжку уходит.
— Давай, Арти, — заговорщически говорю я. — Я дам тебе на одну сырную палочку больше, если ты не скажешь своей сестре, что я только что снова назвал тебя уменьшительным именем.
— Па-па.
— Хороший мальчик. Ты же знаешь, что мы, мужчины, должны держаться вместе. Иначе окажемся под ее каблучком.
***
Меньше чем через час мы находим идеальное местечко достаточно близко к кромке воды. Наш зонт скрывает Артура от солнца, в то время, как малыш рушит замок из песка, который я только что создал, а Айви плескается на кристально чистом мелководье, выискивая рыбок. Это самая настоящая картина спокойствия, умиротворения и идиллии.
Я выбрал пляж поменьше и не такой популярный, который мало кто из туристов Ибицы потрудился бы найти. Здесь только мы, пара-тройка молодых семей и компания из трех женщин, растянувшихся на полотенцах в метрах восьми от нас.
Откидываюсь назад на локти, закрываю глаза и ненадолго подставляю лицо под солнце, слушая, как плескается в воде Айви, и как что-то лепечет Артур, настойчиво уничтожая мое творение из песка своими кулачками.
Что-то закрывает меня от солнца. Щурясь, я наклоняю голову перевожу взгляд на женщину, чья тень падает на мое лицо и тело, создавая препятствие теплу от солнечных лучей.
— Простите, это ваше? — спрашивает она, держа передо мной розовый пляжный мяч.
Перевожу глаза с ее лица, закрытого широкополой пляжной шляпой, на предмет в ее руке и сразу же узнаю мяч Айви.
— О, спасибо, похож на наш, — отвечаю я, поднимаясь на ноги и отряхивая песок со спины, а потом с рук.
— Это наверняка мяч моей дочери, но клянусь, что он был в сумке буквально минуту назад.
Поворачиваюсь и иду к большой пляжной сумке, под завязку заполненной всем необходимым для двух маленьких детей на пляже, но, как и следовало ожидать, мяча там нет.
— Хм, — говорю я, все еще не веря, и снова поворачиваюсь к женщине. — Думаю, он вывалился. Спасибо, что вернули его. Уверен, Айви расстроилась бы, обнаружив, что мяч пропал.
При этих словах, видимо, услышав свое имя,
— Это мое, — по-собственнически говорит Айви женщине, не спуская глаз с мяча и держась за мою ногу. Двойной смысл ее фразы не ускользывает от меня. Вызов в глазах дочери очевиден, и все же, такое поведение не характерно для Айви. Ей нравится знакомиться с новыми людьми. Хотя, когда я возвращаю взгляд к женщине с кожей кофейного цвета и соблазнительными формами, стоящей перед нами и одетой в нечто, состоящее из нескольких треугольников и завязок, мне становится понятно, почему Айви метит свою территорию, и будь я проклят, если ее поступок не вызывает во мне чувство гордости.
Если бы мне захотелось найти привлекательную женщину, то та, что стоит передо мной, без сомнения, могла бы соблазнить и святошу, но мне это не нужно, да и она не стала бы. Думаете я рассуждаю, как монах? Нет, я женатый человек, до самых кончиков ушей влюбленный в свою жену. Всегда любил и всегда буду.
Лора улыбается.
— Айви, скажи спасибо. Эта добрая женщина нашла его и только что вернула тебе.
Айви продолжает пристально наблюдать за незнакомкой, как будто та является потенциальной угрозой, но в итоге с неохотой выдавливает:
— Спасибо.
— Пожалуйста, красавица, — говорит женщина с милой улыбкой и призывающей согрешить фигурой, передавая розовый мяч Айви.
Когда Айви берет его, женщина переводит глаза на меня, я вижу в них усмешку. Скорее всего, незнакомка знает, что моя малышка относится к ней с подозрением, и причина, по которой она метит свою территорию, находится в угрозе, которую представляет эта женщина.
Она бегло скользит взглядом по моему голому торсу, затем пареводит его на мою руку, лежащую на голове Айви, на ту самую с обручальным кольцом, и остаравливается на ней.
— Ну, — говорит женщина спустя какое-то время. — Мне пора возвращаться к подругам, — она показывает рукой позади себя, и я более чем уверен, что у нас были зрители, которые наблюдали за нашей беседой, но не подаю вида и игнорирую женщин, сверлящих мою спину своими взглядами.
— Было приятно с тобой познакомиться, Айви, — женщина наклоняется, чтобы ее лицо было на одном уровне с лицом моей дочери, затем выпрямляется, улыбается и говорит лично мне, — А также, было приятно познакомиться с вами, папа Айви.
Подмигнув и соблазнительно улыбнувшись, она разворачивается и возвращается к своим подругам. Думаю, другие мужчины провожают ее взглядом, но я вижу только свою ревнивую маленькую девочку, которая смотрит уничтожающим взглядом на удаляющуюся фигуру женщины.
— Иди сюда, принцесса Айви, — наклоняюсь и беру свою дочь на руки, а она вцепляется в меня как клещ. Мокрая кожа Айви прилипает к моей, и она обнимает меня руками и ногами. — Что, если мы с Артуром присоединимся к твоей охоте на рыбок?