Ворон

Заварелли А.

Один парень говорит что-то другому, наверное, на армянском, а затем раскатисто смеется. Другой кивает в знак согласия и они направляются ко мне. Черт. Это определенно не самая лучшая альтернатива для меня, но придется попытаться отбиться от них в моем полуразорванном платье из спандекса. Но сначала мне нужно застать их врасплох.

— Вставай, — говорит мне парень с сильным акцентом. — Ты пойдешь с нами.

Черта с два. Я встаю на шатких ногах и поднимаю руки, когда иду к ним. Один из них хватает меня за волосы и толкает вперед. Я делаю шаг, а затем замираю,

после чего бью его точным ударом головой в нос так сильно, как могу.

Он чертыхается, а другой парень молниеносно оказывается поверх меня прежде, чем мне удается сориентироваться. Он бросает меня на пол и начинает бормотать гневные слова, которых мне не разобрать, после чего несильно ударяет меня. Моя голова пульсирует, и я дезориентирована, но знаю, что мне нужно что-то придумать и быстро. Мне нужно получить контроль над ситуацией.

Парень на мне шарит по моей груди, пока талдычит что-то другому парню, продолжающему заливать все вокруг своей кровью. Я даю ему по яйцам, пользуясь тем, что он отвлекся, прежде, чем сильно ударить его в грудь.

Когда он теряет равновесие, я встаю на ноги, бегу к двери и наталкиваюсь на очередную груду мышц за ней.

Прежде чем могу понять, что происходит, Лаклэн обхватывает меня за талию и разворачивает кругом. Я слышу пару громких хлопков и криков, когда понимаю, что они стреляют в Лаклэна. Не просто стрельба, а прицельный выстрел.

Мы оба падаем на стену, и ему удается вытащить нас из поля зрения стрелка, прежде чем мы оказываемся на полу вдвоем.

— Господи, Лаклэн! — кричу я. — Ты ранен. Ты только что схлопотал пулю за меня. …

Он истекает кровью, а я просто схожу с ума. Но нет времени обработать его рану, потому что ребята в офисе начали в буквальном смысле решетить стены. Куски гипсокартона и пыли летят повсюду, когда Лаклэн толкает меня, направляя за собой, советуя мне пригнуться. Он вздрагивает и опускается на живот, и так ползет обратно к двери.

— Лаклэн!

— Мак… заткнись и не высовывайся.

Он высовывает голову из-за нижней части дверного проема и делает пару быстрых выстрелов. Я слышу ворчание внутри, за которым следует звук удара. Еще больше выстрелов врезается в стены, и Лаклэн протискивается назад с гримасой боли на лице.

Я не могу точно сказать, куда его ранили и как долго он сможет так продержаться. Где, черт возьми, остальные его люди? В клубе все еще раздаются звуки выстрелов, и нам некуда идти.

Что-то падает внутри офиса, и прежде чем я успеваю моргнуть даже глазом, один из парней нападает на Лаклэна. У него нет пистолета, потому что половина его руки, по всей видимости, была ушиблена. Лаклэн пытается выстрелить, но парень выбивает пистолет из его руки, отправляя его в замедленный полет.

Я протягиваю руку и хватаю его, пока они дерутся, а затем встаю на шаткие ноги, упираясь дулом прямо в парня с черными глазами.

— Боже! — Лаклэн кричит на меня. — Не надо, черт возьми, не стреляй. Ты можешь ненароком прикончить меня.

— Тогда убирайся к чертям собачьим с дороги! — кричу я.

Лаклэн бьет

кулаком по лицу парня, и это дезориентирует его настолько, что тот смог подняться.

— Отдай пистолет, милая. — Он протягивает руку, но я не могу двигаться. Я стою там, замерев. Не хочу этого. Я не хочу видеть, как этот парень умирает. Боженьки. Во что я влипла?

— Нет. — Мои губы дрожат, и я прикусываю их, чтобы не было заметно дрожи.

— Отдай мне этот чертов пистолет! — кричит он.

Делаю шаг назад и качаю головой. Мне нужно поразмыслить. Мне нужно найти другой способ. Конечно, должен быть другой способ.

Лаклэн бросается на меня и вырывает пистолет из моих рук с удивительной легкостью.

— Закрой глаза, милая.

Что я и делаю. Я закрываю их, потому что не могу видеть этого. Но я все слышу, что одно и тоже. Два выстрела. И как настоящая идиотка я открываю глаза и смотрю на дырки в его голове.

— О, боже.

Я отворачиваюсь и меня выворачивает наизнанку. Лаклэн позади меня пытается притянуть меня к себе. Пытается успокоить меня.

— Какого черта? — кричу я. — Какого ЧЕРТА, я спрашиваю? Ты просто взял и убил его? Ты его убил!

Он хватает меня за руки, поворачивает и впечатывает в стену.

— Тебе стоило бы лучше себя контролировать, милая. Просто держи рот на замке, пока я не вытащу тебя отсюда, тебе понятно?

Я чертовски его ненавижу. Ненавижу его. Не могу поверить, что он сделал это прямо на моих глазах. Не могу поверить, что Талия была замешана во всем этом, но теперь я знаю. Я чувствую это нутром. Она мертва. По крайней мере, должна быть. Она бы не выжила в этом мире. Даже я не могу выдержать такого, хотя наивно полагала, что смогу. Но я простая, никчемная обманщица.

Из моих глаз что-то потекло, и я понимаю, что прямо сейчас, здесь стою и рыдаю. Как-то неловко. Гордая, жесткая Мак Уайлдер из Бостона распустила нюни, как маленький ребенок.

Лаклэн достает свою куртку из офиса и накидывает на меня, затем тащит по коридору к выходу. Единственным положительным моментом всей этой ситуации является то, что за последние две минуты выстрелы больше не раздавались. Теперь здесь стояла мертвая тишина, за исключением скрипа разбитого стекла под моими каблуками.

Через минуту я уже вижу Сашу, которая подбегает ко мне, заключая меня в свои объятия. Позволяю ей обнять себя. И это при том, что я терпеть не могу обниматься. Но на какую-то долю секунды мне снова становится хорошо. Мне это сейчас необходимо.

Потом появляется Ронан с еще одним парнем из его группы, и Лаклэн принимается выкрикивать приказы.

— Уведите их отсюда, — говорит он.

Ронан хватает меня и Сашу за руки и тащит к выходу. Я даже не протестую. Слишком ослабла. Слишком устала. Я больше не знаю, что, черт возьми, здесь происходит. Лаклэн ранен, я знаю, что у него кровотечение, и переживаю о том, насколько все плохо. Но я все еще продолжаю думать о том, как он застрелил того парня, и не могу решить, что мне делать, но, очевидно, не имеет значения, что я хочу сделать.